Рассказы от Алины
– Я перевел все наши деньги на безопасный счет своей матери! – похвастался муж, а я подала на развод в тот же день
— Я перевёл все наши деньги на безопасный счёт своей матери! — похвастался муж, а я подала на развод в тот же день. Утром он стоял перед холодильником в куртке и показывал мне телефон. На экране светилась сумма: один миллион сто двадцать тысяч рублей. До вчерашнего вечера эти деньги лежали на счёте Артёма, куда я каждый месяц переводила часть своей зарплаты. Мы копили на первый взнос за небольшую квартиру. В пятницу собирались ехать смотреть два варианта. — Зачем? — спросила я. — Чтобы не держать всё в одном месте...
– Если любишь внука, перепиши дачу! – потребовала дочь. Ответил ей тот, ради кого она старалась
— Если любишь внука, перепиши дачу, — сказала Лена и придвинула ко мне папку. — Ему через год поступать. Ты же сама говорила, что хочешь помочь. — Чем ему поможет дача на моё имя? — спросила я. — Тем, что она будет на его имя. Мама, не цепляйся к словам. Там уже всё готово, осталось съездить и оформить. Мы сидели у меня на кухне. В папке лежала распечатка с адресом нотариальной конторы и временем приёма — четверг, одиннадцать утра. Лена поставила запись в мой календарь, пока я ходила за чайником...
– Кому ты нужна после тридцати лет брака? – спросил муж. Ответ пришёл в наш дом в субботу
— Кому ты нужна после тридцати лет брака? — спросил Павел и поставил тарелку в раковину. — Ты даже одной жить разучилась. — А тебе зачем это выяснять? — спросила я. — Затем, что ты опять собралась уехать в субботу. К нам Серёжа с Ириной придут, я уже пригласил. На холодильнике висел список покупок, написанный его рукой: мясо, овощи, рыба, торт. Последней строкой — «Оля приготовит». Меня о приглашении поставили в известность вместе со списком. В субботу я обещала помочь открыть выставку в маленькой мастерской, где последние месяцы реставрировала старую мебель...
Родня отказалась помогать с огородом. Осенью я повесила у калитки цены на овощи
— Помидоры по сто двадцать, огурцы по девяносто. А сестре скидка есть? — спросила Валя, остановившись у моей калитки. — Если возьмёшь два ящика, взвешу каждый отдельно, — ответила я. Она не засмеялась. За её спиной стояли зять Андрей и племянник Олег с пустыми корзинами. На калитке висела доска с ценами на овощи. Я написала их утром толстым маркером и прикрутила доску так низко, чтобы человек мог прочесть её, не заходя на участок. Валя смотрела на неё, как на объявление о продаже нашего детства. — Это для прохожих, — сказала она...
Муж назвал мои подработки баловством. Когда сломалась машина, он впервые спросил о моих доходах
— Брось свои лоскутки, поедем к механику, — сказал Игорь. — Машина встала возле кольца. Я её на эвакуаторе привёз. — У меня заказ к шести, — ответила я. — Что сломалось? — Коробка, кажется. Точно скажут завтра. Заказ подождёт, это же твоё баловство. На столе лежали две детские куртки. Я меняла на них молнии для танцевальной студии: дети ездили в этих куртках на выступления, руководитель обещала забрать их вечером. Игорь опёрся на стул, где были разложены снятые детали. Впервые за несколько месяцев он смотрел на мою работу, но только потому, что она мешала ему немедленно ехать в сервис...
Невестка выбросила все мои заготовки на зиму, назвав их «деревенским хламом»
— Где банки с огурцами? — спросила я, открыв кладовку. — Здесь было три полки. — Мы всё вынесли, — ответила Алина из кухни. — Не пугайтесь, я вымыла полки. — Куда вынесли? Она поставила на стол коробку с проводами. Теперь на нижней полке стоял её принтер, выше — пачки бумаги и складная лампа. На верхней осталась одна пустая банка с облезшей этикеткой. Я взяла её в руки: крышка пахла укропом. — Во двор, к контейнерам, — сказала невестка. — Банки с вашими заготовками. Их там столько было, да и хранились неизвестно сколько...

