Авиатехник

Район на окраине города был типичным для позднего СССР: ряды одинаковых пятиэтажек, дворы с облупившимися скамейками, песочницы, в которых уже давно не играли дети, и редкие тополя, будто уставшие от городского смога. В одной из таких хрущёвок на третьем этаже жила Анна Васильевна — одинокая пенсионерка, всю жизнь проработавшая учительницей математики. Она редко выходила дальше булочной и почты, а вечерами сидела у окна, глядя, как темнеет двор, и прислушиваясь к привычным звукам: скрипу качелей, далёким голосам, шагам в подъезде...

Лето 1983‑го выдалось сухим и жарким. Степь на Южном Урале будто выгорела: трава пожелтела и легла под тяжестью зноя, воздух дрожал над землёй, и даже ветер приносил не прохладу, а ещё больше тепла. В совхозе «Рассвет» шли напряжённые дни: нужно было успеть распахать новые участки до дождей, которых все ждали, но никто не верил, что они вообще придут. Тракторист Николай Петрович, которого в совхозе звали просто Петрович, работал на старом «Кировце». Он любил эту машину: тяжёлую, упрямую, но надёжную...

Лето 1968‑го выдалось на удивление жарким, и группа из пяти туристов — троих студентов и двух молодых инженеров — решила использовать редкие тёплые дни по максимуму. Маршрут пролегал по глухой части сибирской тайги: тропа петляла между кедрами и лиственницами, местами уходила в сырые низины, а местами забиралась на сухие возвышенности, откуда открывались виды на бесконечные зелёные волны леса. Туристы шли уже четвёртый день, рюкзаки стали тяжелее от собранных шишек и сушёных грибов, но настроение оставалось бодрым...

Конец октября 1979 года. В старом трёхэтажном общежитии педагогического института на окраине областного города стояла привычная студенческая суета: в коридорах хлопали двери, в кухне шипели чайники, а в комнатах кто-то зубрил билеты, кто-то спорил о смысле жизни, а кто-то просто мечтал поскорее вырваться из промозглого холода в тёплое одеяло. Общежитие было построено ещё в 1950‑х — кирпичное, с толстыми стенами и высокими потолками, но с годами оно будто впитало в себя сырость и тяжесть времени. Особенно мрачным считался подвал...