{"draftJsState":{"blocks":[{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Ляшков заболел, бедняга. Странно, если бы не заболел при таком-то образе жизни. Но болеть хорошо, когда ты офицер гвардии и доход с поместий позволяет вызвать врача уровня Боткина на дом. А если ты служишь в крепостной артиллерии Кронштадта, твоя мама пианистка, а папа считал тебя придурком, остаётся рассчитывать только на щедрость военного ведомства, способного обеспечить лечение (госпитальное и курортное) за казённый счёт.","type":"unstyled","key":"6bu9c"},{"data":{"embedData":{"type":"external","host":"litres.ru","image":{"src":"https://avatars.dzeninfra.ru/get-zen_brief_embed/271828/pub_6ac6b03e1d4a5843e5ca3f79_6ac6b208b920612a36bed7d8/smart_crop_600x300","width":415,"height":300,"mainColor":"#909090"},"src":"https://www.litres.ru/book/dmitriy-pavlov-31987743/mara-i-chuma-74241243/","title":"Мара и Чума — Дмитрий Павлов Автор | Литрес"}},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"","type":"atomic:embed","key":"5t18f"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":1770,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"«К концу декабря я стал себя очень скверно чувствовать. Злосчастная болезнь так разошлась, что я потерял окончательно сон. Ноги болели отчаянно и не давали покоя ни днем ни ночью, но я с невероятным усилием превозмогал себя и продолжал разъезжать по театрам и гостям. На Рождество опять началась нескончаемая канитель с Л. К. — я почти ежедневно сидел там до 3–4 часов ночи… В начале же января больше не вынес и 3-го отправился в СПБ Военно-клинический госпиталь. Утром я приехал, а вечером получил вторичное приглашение явиться в Александринский театр на «бал в фойе». Само собой, что это было невозможно, да и при возможности было бы крайне нелепо, хотя мне и хотелось ехать. Клинический госпиталь и особенно судебно-медицинское его отделение, где я лежал, поражало всякого вновь прибывшего отчаянной грязью и отсутствием всяких гигиенических условий, столь необходимых для тяжелобольных. Форточка не отворялась по месяцам, а «удобства» представляли настоящую помойную яму, к которой даже приблизиться было противно. Кормили нас там так паршиво, что, только сильно проголодавшись, можно было прикасаться к этому «подобию пищи», в большинстве же случаев, когда мне не приносили из дому, приходилось довольствоваться молоком и булкой. Мясо почти всегда было несвежее, сильно лежалое и сухое, как дубленая кожа, а от супов и щей воняло, как из сточной канавы. Я поражался аппетиту и нетребовательности одного штабс-капитана, который, несмотря на частое присутствие в щах инертных веществ и даже существ, вроде тараканов, спокойно выкладывал их из тарелки, а щи съедал. Финалом, после которого я выписался, было извлечение из борща грязной тряпки величиной вершка в три. Выписавшись, я ровно ничего не потерял, ибо и здоровье за 3 недели лежания в госпитале не улучшилось»","type":"unstyled","key":"ackh5"},{"data":{"image":{"id":"6ac6b0a98d6fbc56ba26f23b"}},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Клинический военный госпиталь при Военно-медицинской акадении в Петербурге","type":"atomic:image","key":"d15q6"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":108,"offset":121,"style":"ITALIC"}],"text":"Если лежание на казённой койке не помогает, больного следует отправить на воды, у которых, по меткому выражению классика «от которых главное достоинство, по словам доктора, состояло в том, что вреда никакого они сделать не могли». Но не всё так просто.","type":"unstyled","key":"8fsbv"},{"data":{"image":{"id":"6ac6b12cfd88d554c39cc717"}},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Тот же госпиталь в наше время","type":"atomic:image","key":"12ni7"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":2392,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"«Еще в дни лежания в госпитале я подал рапорт о поездке на казенный счет на воды. Медицинское свидетельство о необходимости для меня лечения водами было подписано шестью «светилами науки», генералами от медицины, и поэтому я успокоился и почил на лаврах. Но дни шли, а результаты что-то не выяснялись. Прошел февраль, прошел март, а в Управлении артиллерии не было ни слуху ни духу из Окр<ужного> мед<ицинского> управления, ведающего отправкой офицеров на воды. Наконец в апреле я по совету доктора Е. Н. Иванова съездил в госпиталь, дабы поторопить «движение бумаги», и каково же было мое удивление, когда она оказалась на том же месте, как и 2 ½ месяца назад! Я был еще так неопытен, что не знал общего закона движения бумаг в Военном ведомстве, по которому бумажка, долженствующая пройти 3 или 4 инстанции, неизбежно отдыхает в каждой по 2 месяца (это срочная, а несрочная иногда и дольше). Тогда, взяв лично свой рапорт и свидетельство, я отвез его в Кронштадт, сдал адъютанту с просьбой отправить как возможно скорее в Окр<ужное> мед<ицинское> упр<авление>. Адъютант обещал, и я опять успокоился, но через месяц (в начале мая) узнал, что бумажка благополучно еще находится в Кронштадте! Тогда, взяв ее вторично, я повез в Петербург и сам представил в Окр<ужное> м<едицинское> у<правление>, но оказалось поздно, и я на казенный счет на воды не попал! Таким образом, благодаря адъютанту ш<табс>-к<апитану> Егупову я потерял столько времени, труда, надежд и необходимое до зарезу мне лечение. Оказалось, что господину Егупову, собирающемуся собственной персоной на воды, совершенно не выгодно было давать ход подобным же просьбам других офицеров. Вот тут только я понял, близко соприкасаясь с этим, всю негодность, несправедливость и глупость наших бюрократических бесконечных рапортов, отношений, предписаний и прочей сволочи, цель которой — марание бумаги и масса бесполезного писарского труда, а результат — задержка и просрочка буквально всех дел и заполнение никому не нужных архивов папифаксами «с приложением казенной печати». В конце концов, не имея возможности и средств на поездку и лечение целиком на свой счет, я по совету того же доктора Е. Н. Иванова подал прошение в Главное упр<авление> Красного Креста, и хотя за поздним временем ваканций уже не было, но все же я получил бесплатный проезд туда и обратно и рекомендацию для приема в Колонию Пятигорска с помесячной платой».","type":"unstyled","key":"ajsnr"},{"data":{"image":{"id":"6ac6b14a82547712cb4ee7fe"}},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Хирургическая бригада эпохи стимпанка","type":"atomic:image","key":"arhm5"},{"data":{"image":{"id":"6ac6b18d1d4a5843e5ce237e"}},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Госпитальная палата уже во времена Великой войны","type":"atomic:image","key":"c4gm2"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Денис Лешков. Партер и карцер. Воспоминания офицера и театрала – М.: Молодая гвардия, 2004 – 301 с.,","type":"unstyled","key":"ectis"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[{"key":0,"length":5,"offset":12}],"inlineStyleRanges":[],"text":"Продолжение здесь.","type":"unstyled","key":"8ae6n"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"","type":"marker","key":"7lTBBbpSjov0JInU5n86"}],"entityMap":{"0":{"data":{"url":"https://dzen.ru/a/as1F0ZGJxVgj2lCj"},"mutability":"MUTABLE","type":"LINK"}}},"mentions":[]}