{"draftJsState":{"blocks":[{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Автор: Ботнарь Анастасия Георгиевна, ООО «ПрофЭксперт-НН»","type":"unstyled","key":"5j0be"},{"data":{"image":{"id":"6acfabe3be108a14522eaaf7"}},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"","type":"atomic:image","key":"e2ojv"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":9,"offset":0,"style":"BOLD"}],"text":"Аннотация. В статье представлены результаты исследования психологических предикторов снижения качества жизни (КЖ) и субъективного благополучия у пациентов с алкогольной зависимостью. Целью было оценить вклад фрустрации социальных потребностей в показатели КЖ и удовлетворенности жизнью (УЖ), а также проверить медиаторную роль эмоционального интеллекта (ЭИ) и модерационную роль партнерского статуса и социальной поддержки в связи фрустрации с УЖ. В исследовании участвовали 30 пациентов с диагнозом F10.2, проходивших стационарное лечение. Использовались WHOQOL–26, шкала удовлетворенности жизнью, ЭмИн Д.В. Люсина и шкала фрустрации опросника «Самооценка психических состояний». Применялись корреляции Спирмена, U-критерий Манна–Уитни, модели медиации и модерации. Выявлено, что фрустрация устойчиво отрицательно связана с УЖ и доменами КЖ, особенно с психическим здоровьем. УЖ положительно связана с компонентами ЭИ и показателями КЖ. Пациенты без партнера характеризуются более низкой УЖ и более низким межличностным ЭИ. Медиаторный анализ не подтвердил опосредующую роль общего ЭИ в связи фрустрации ни с общим КЖ, ни с УЖ; модерационные эффекты партнерского статуса и социальной поддержки также не выявлены. При этом фрустрация и партнерский статус выступают независимыми предикторами субъективного благополучия. Полученные результаты обосновывают КПТ мишени при алкогольной зависимости: снижение фрустрационного напряжения, развитие толерантности к фрустрации, тренинг эмоциональной регуляции и укрепление качественных социальных ресурсов.","type":"unstyled","key":"art64"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":14,"offset":0,"style":"BOLD"},{"length":242,"offset":16,"style":"ITALIC"}],"text":"Ключевые слова: алкогольная зависимость, качество жизни, удовлетворенность жизнью, субъективное благополучие, фрустрация социальных потребностей, эмоциональный интеллект, одиночество, партнерский статус, социальная поддержка, когнитивно-поведенческая терапия.","type":"unstyled","key":"eundf"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":8,"offset":0,"style":"BOLD"}],"text":"Введение","type":"unstyled","key":"2rkl8"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Алкогольная зависимость (АЗ) остается одной из наиболее клинически и социально значимых форм аддиктивной патологии, сопровождающейся нарушениями личностного и межличностного функционирования, снижением социальной включенности и хроническим дистрессом.","type":"unstyled","key":"f1u9m"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"В современной биопсихосоциальной модели эффективность терапии все чаще оценивается не только по клиническим показателям, но и по интегральным критериям адаптации, центральным из которых выступает качество жизни, а его субъективным ядром — удовлетворенность жизнью [1; 7].","type":"unstyled","key":"c4r2j"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"При аддиктивной патологии решающую роль в снижении КЖ часто играют психосоциальные факторы, а не только соматические ограничения [3].","type":"unstyled","key":"antfv"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Одним из таких факторов может быть хроническая фрустрация базовых социальных потребностей — в поддержке, признании и стабильных отношениях. В условиях зависимости неудовлетворенность этих потребностей может усиливать внутреннее напряжение, снижать удовлетворенность жизнью и качество жизни [4; 7].","type":"unstyled","key":"am2i7"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"В качестве потенциального внутреннего ресурса рассматривался эмоциональный интеллект — способность к пониманию и регуляции собственных и чужих эмоций [2].","type":"unstyled","key":"a14ua"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Теоретически ЭИ может снижать неблагоприятное влияние стресса на благополучие [5; 10], однако при АЗ, учитывая дефициты эмоциональной переработки и саморегуляции, остается открытым вопрос, выступает ли он посредником между фрустрацией и снижением благополучия [1].","type":"unstyled","key":"d56bu"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Кроме внутренних ресурсов, для субъективного благополучия при АЗ важны внешние условия социальной включенности.","type":"unstyled","key":"dcb5m"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"В исследовании одиночество операционализировалось через отсутствие партнера, а социальная поддержка — через количество источников поддержки (семья, друзья, коллеги). Проверялись медиаторные модели (роль ЭИ) и модерационные модели (роль партнерского статуса и социальной поддержки).","type":"unstyled","key":"ae15d"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":17,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Цель исследования — выявить связь фрустрации социальных потребностей с показателями качества жизни и удовлетворенности жизнью у пациентов с алкогольной зависимостью, а также проверить, выполняют ли партнерский статус и социальная поддержка модерационную роль, а эмоциональный интеллект — медиаторную роль в этой системе связей.","type":"unstyled","key":"ee68l"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":17,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Основная гипотеза","type":"unstyled","key":"60b8n"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Фрустрация социальных потребностей и социальный дефицит связаны со снижением УЖ/КЖ при АЗ.","type":"unstyled","key":"cspf4"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":31,"offset":0,"style":"BOLD"}],"text":"Материалы и методы исследования","type":"unstyled","key":"fkjlo"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"В исследовании приняли участие 30 пациентов с диагнозом «синдром зависимости от алкоголя» (F10.2 по МКБ–10), проходивших стационарное лечение в НМИЦ ПН им. В.М. Бехтерева. Критерии включения: возраст 18–60 лет, русскоязычие, добровольное согласие, 5–7 день после последнего употребления алкоголя.","type":"unstyled","key":"tidl"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Применялись следующие методики: опросник «Эмоциональный интеллект» Д.В. Люсина, ВОЗ КЖ–26, шкала удовлетворенности жизнью в адаптации Д.А. Леонтьева, шкала фрустрации опросника «Самооценка психических состояний», а также авторская анкета, включавшая показатели партнерского статуса и социальной поддержки. Статистический анализ проводился в jamovi. С учетом небольшого объема выборки и особенностей распределения использовались U-критерий Манна–Уитни, коэффициент корреляции Спирмена, а также медиаторный и модерационный анализы с Bootstrap (5000 реплик).","type":"unstyled","key":"2ncon"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":23,"offset":0,"style":"BOLD"}],"text":"Результаты исследования","type":"unstyled","key":"uuk9"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Средний возраст участников составил 45 лет; 63% выборки — мужчины. Показатели качества жизни по всем доменам находились преимущественно в пределах средних значений, однако отличались высокой вариативностью (Таблица 1).","type":"unstyled","key":"2chk1"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":69,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Таблица 1. Дескриптивные статистики показателей качества жизни (n=30)","type":"unstyled","key":"fii42"},{"data":{"image":{"id":"6acfac05fd530f1a03e65b99"}},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"","type":"atomic:image","key":"91p9c"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Установлено, что показатели качества жизни (КЖ) по всем доменам опросника ВОЗКЖ–26 находятся преимущественно в диапазоне средних значений, однако характеризуются значительной вариативностью. Наиболее выраженная неоднородность данных наблюдается в сфере «Социальные отношения» (M = 53.27, SD = 27.15, Min = 0; Max = 100).","type":"unstyled","key":"3aie3"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Столь значительный разброс данных (коэффициент вариации CV = 50,9%) свидетельствует о глубокой неоднородности выборки по уровню социальной интеграции. Для глубокого анализа механизмов дезадаптации выборка была разделена на две подгруппы по критерию наличия партнерских отношений — переменная «Семейное положение»: группа 1 — одинокие, группа 2 — имеют партнера.","type":"unstyled","key":"3oghs"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"По критерию партнерского статуса 53,3% пациентов находились в ситуации фактического одиночества, а 46,7% состояли в отношениях. С целью уточнения качественных различий в ресурсной среде данных групп, была проанализирована переменная «Социальная поддержка». Она рассматривалась как кумулятивный показатель широты социальных связей в трех ключевых сферах: семья, друзья и коллеги.","type":"unstyled","key":"c7ghd"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Категории поддержки определялись на основе количества указанных источников: 1 категория — наличие поддержки только в одной из сфер (только семья, только друзья или только коллеги); 2 категории — сочетание двух источников (семья + друзья, семья + коллеги или друзья + коллеги); 3 категории — наличие поддержки во всех трех сферах одновременно (семья + друзья + коллеги).","type":"unstyled","key":"cl5rl"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Анализ социальной поддержки показал, что большинство обследуемых обладали ограниченной ресурсной базой: даже среди пациентов с партнером половина имела поддержку лишь в одной сфере (Рис. 2).","type":"unstyled","key":"dl6f"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":104,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Рисунок 2. Распределение уровней социальной поддержки в группах пациентов с разным семейным статусом (%)","type":"unstyled","key":"96j4e"},{"data":{"image":{"id":"6acfac1e2d69ac14608fd81d"}},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"","type":"atomic:image","key":"ar2us"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"При этом статистически значимых различий по уровню социальной поддержки между группами не выявлено. Сравнительный анализ показал, что пациенты, имеющие партнера, значимо превосходят одиноких по уровню удовлетворенности жизнью (p = 0,012) и межличностному эмоциональному интеллекту (p = 0,024) (Табл. 2).","type":"unstyled","key":"74qgd"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Различий по уровню фрустрации и большинству доменов КЖ не обнаружено, хотя по шкале психического здоровья отмечалась тенденция к более высоким значениям у пациентов в отношениях. Это позволяет предположить, что влияние одиночества связано прежде всего с субъективным мироощущением и межличностной компетентностью, а не только с внешними условиями жизни.","type":"unstyled","key":"7qftq"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":54,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Таблица 2. Описание результатов сравнительного анализа","type":"unstyled","key":"c5ecs"},{"data":{"image":{"id":"6acfac357fa5c9322fa9dea7"}},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"","type":"atomic:image","key":"9br5i"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":10,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Примечание. УЖ — удовлетворенность жизнью, МЭИ — межличностный эмоциональный интеллект, ВЭИ — внутриличностный эмоциональный интеллект, ПЭ — понимание эмоций, УЭ — управление эмоциями, ОЭИ — общий эмоциональный интеллект.","type":"unstyled","key":"7mviv"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Также проведено сопоставление двух групп пациентов по семейному положению: одинокие (n = 16) и имеющие партнера (n = 14) (см. табл. 3). Анализ показал отсутствие статистически значимых различий по доменам КЖ «Социальные отношения» (p = 0,217), «Окружающая среда» (p = 0,771), а также по уровню фрустрации (p = 0,360), что указывает на относительную однородность групп по внешним условиям и базовому психоэмоциональному фону.","type":"unstyled","key":"936vt"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Следовательно, основные межгрупповые различия локализуются не во внешнесредовых характеристиках, а в сфере субъективного благополучия и эмоциональной компетентности. Показатели удовлетворенности жизнью у пациентов, состоящих в отношениях, оказались значимо выше, чем у одиноких респондентов (24,0 [20,0; 25,8] против 15,5 [13,0; 19,3]; p = 0,012).","type":"unstyled","key":"f7h5r"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Это позволяет рассматривать отсутствие партнерской поддержки как фактор, усиливающий психологическую дезадаптацию при алкогольной зависимости. Значимые различия выявлены и по шкале «Межличностный ЭИ»: пациенты с партнером демонстрировали более высокие значения, чем одинокие (32,0 против 25,5; p = 0,024), что указывает на лучшую способность понимать и регулировать эмоции других людей.","type":"unstyled","key":"b0bde"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Кроме статистически значимых различий были обнаружены и пограничные тенденции (0,05 < p < 0,10). У пациентов, состоящих в отношениях, отмечался тренд к более высоким значениям по домену КЖ «Психическое здоровье» (p = 0,063). У одиноких пациентов, напротив, зафиксирована тенденция к более высоким показателям внутриличностного ЭИ (p = 0,058), а также сходные пограничные различия по шкалам понимания и управления эмоциями (p < 0,10), что может отражать большую интрапсихическую направленность эмоциональной сферы.","type":"unstyled","key":"5foo2"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Эти тенденции требуют проверки на расширенной выборке. Таким образом, семейный статус связан прежде всего с различиями в субъективном благополучии и межличностной эмоциональной компетентности. Для уточнения механизмов этих связей далее был применен корреляционный анализ Спирмена (rho), направленный на выявление взаимосвязей между ЭИ, фрустрацией, удовлетворенностью жизнью и показателями качества жизни.","type":"unstyled","key":"e44o7"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Категориальные переменные предварительно были перекодированы в порядковые шкалы: семейное положение (1 — одинокие, 2 — наличие партнера) и социальная поддержка (1–3 категории источников поддержки: друзья, семья, коллеги).","type":"unstyled","key":"p3i6"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":54,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Рисунок 3. Плеяда значимых взаимосвязей пациентов с АЗ","type":"unstyled","key":"dn5uv"},{"data":{"image":{"id":"6acfac4d7b47497b1e3b87e0"}},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"","type":"atomic:image","key":"2kmi3"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":10,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Примечание. ====== прямая корреляция, р< 0,001). Также выявлены значимые отрицательные связи фрустрации с «физическим здоровьем» (rho = −0,542; p < 0,05), «социальными отношениями» (rho = −0,474; p < 0,05) и интегральным показателем «общее КЖ» (rho = −0,565; p < 0,05). Это указывает на то, что рост фрустрации сопровождается системным снижением качества жизни по большинству доменов. Удовлетворенность жизнью, напротив, демонстрирует выраженные положительные связи как с эмоциональными ресурсами, так и с качеством жизни. Наиболее сильные корреляции зафиксированы с межличностным эмоциональным интеллектом (rho = 0,748; p < 0,001) и пониманием эмоций (rho = 0,720; p < 0,001). Кроме того, УЖ положительно связана с «психическим здоровьем» (rho = 0,625; p < 0,001), «социальными отношениями» (rho = 0,611; p < 0,001), «окружающей средой» (rho = 0,486; p < 0,05) и интегральным показателем «общее КЖ» (rho = 0,549; p < 0,05).","type":"unstyled","key":"l2dc"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Дополнительно установлено, что фрустрация положительно связана с рядом показателей эмоционального интеллекта: внутриличностным ЭИ (rho = 0,449; p < 0,05), управлением эмоциями (rho = 0,370; p < 0,05) и общим эмоциональным интеллектом (rho = 0,381; p < 0,05). Среди социально-демографических факторов семейное положение оказалось связано с фрустрацией (rho = −0,472; p < 0,05), а также с компонентами ЭИ — управлением эмоциями (rho = −0,430; p < 0,05), внутриличностным ЭИ (rho = −0,453; p < 0,05) и межличностным ЭИ (rho = −0,423; p < 0,05). Социальная поддержка положительно коррелировала с интегральным показателем «общее КЖ» (rho = 0,374; p < 0,05).","type":"unstyled","key":"76s88"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Таким образом, корреляционный анализ подтвердил системную связь фрустрации социальных потребностей со снижением качества жизни и субъективного благополучия, а также значимость отдельных компонентов эмоционального интеллекта как ресурсных характеристик. Однако корреляционный подход не позволяет раскрыть механизм этих связей, поэтому на следующем этапе был проведен медиаторный анализ модели: фрустрация (X) → эмоциональный интеллект (M) → общее каче ство жизни (Y).","type":"unstyled","key":"10c37"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":117,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Таблица 3. Параметры медиаторной модели связи фрустрации и общего качества жизни (медиатор — эмоциональный интеллект)","type":"unstyled","key":"n0g2"},{"data":{"image":{"id":"6acfac695dd01a7e03bc58ab"}},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"","type":"atomic:image","key":"7njjk"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":10,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Примечание. CI — доверительный интервал, рассчитанный методом бутстреп-анализа (N=5000).","type":"unstyled","key":"5hf8o"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Согласно результатам медиаторного анализа, в модели связи фрустрации с общим качеством жизни у пациентов с алкогольной зависимостью выявлен статистически значимый прямой отрицательный эффект фрустрации на интегральный показатель КЖ (B = −2,451; p < 0,001; 95% ДИ [−3,223; −0,937]).","type":"unstyled","key":"cmna0"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"В то же время непрямой эффект через общий эмоциональный интеллект (ОЭИ) не достиг статистической значимости (B = 0,371; p = 0,176; 95% ДИ [−0,167; 0,909]), поскольку доверительный интервал включает ноль. Это не подтверждает медиаторную роль эмоционального интеллекта в связи фрустрации с общим качеством жизни: влияние фрустрации реализуется преимущественно напрямую.","type":"unstyled","key":"d0a46"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Поскольку в корреляционном анализе удовлетворенность жизнью (УЖ) также была тесно связана и с фрустрацией, и с компонентами эмоционального интеллекта, далее была проверена аналогичная медиаторная модель с УЖ как зависимой переменной (см. Таблицу 4). Результаты показали статистически значимый прямой эффект фрустрации на УЖ (B = −1,086; p < 0,001; 95% ДИ [−1,485; −0,686]) и значимый общий эффект (B = −0,820; p < 0,001; 95% ДИ [−1,274; −0,367]). Однако непрямой эффект через ОЭИ также не достиг значимости (B = 0,265; p = 0,176; 95% ДИ [−0,019; 0,550]).","type":"unstyled","key":"2k9gq"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":120,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Таблица 4. Параметры медиаторной модели связи фрустрации и удовлетворенности жизнью (медиатор — эмоциональный интеллект)","type":"unstyled","key":"9u41o"},{"data":{"image":{"id":"6acfae1960d7d652faffb446"}},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"","type":"atomic:image","key":"gujd"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":10,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Примечание. CI — доверительный интервал, рассчитанный методом бутстреп-анализа (N=5000).","type":"unstyled","key":"1dn9"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Таким образом, обе медиаторные модели согласованно показывают, что общий эмоциональный интеллект не выступает медиатором связи фрустрации ни с общим качеством жизни, ни с удовлетворенностью жизнью: при p > 0,05 и доверительных интервалах, включающих ноль, влияние фрустрации на показатели благополучия объясняется прежде всего ее прямым эффектом.","type":"unstyled","key":"1ln7p"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Для проверки предположения о том, что партнерский статус и уровень социальной поддержки могут изменять силу связи фрустрации с удовлетворенностью жизнью, был проведен модерационный анализ в рамках многофакторной регрессионной модели (см. Таблицу 5).","type":"unstyled","key":"ffn80"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":122,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Таблица 5. Результаты модерационного анализа связи фрустрации с удовлетворенностью жизнью (модератор — семейное положение)","type":"unstyled","key":"dls7"},{"data":{"image":{"id":"6acfae5a28014a1695d6af38"}},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"","type":"atomic:image","key":"e4tke"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":10,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Примечание. Зависимая переменная: УЖ — удовлетворенность жизнью. Семейное положение закодировано как (1 — одинок, 2 — имеет партнера).","type":"unstyled","key":"49m9a"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Результаты модели с семейным положением показали, что фрустрация является статистически значимым отрицательным предиктором УЖ (B = −0,726; p = 0,002), а семейное положение также вносит самостоятельный значимый вклад (B = −4,861; p = 0,029), указывая на различия в уровне удовлетворенности жизнью между одинокими пациентами и пациентами, имеющими партнера (см. Таблицу 6).","type":"unstyled","key":"23cfl"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Однако взаимодействие «фрустрация × семейное положение» оказалось статистически незначимым (B = 0,431; p = 0,371; 95% ДИ [−0,629; 1,249]).","type":"unstyled","key":"cv4so"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Следовательно, семейное положение не модифицирует силу связи между фрустрацией и удовлетворенностью жизнью, хотя само по себе связано с ее уровнем.","type":"unstyled","key":"70k1g"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":124,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Таблица 6. Результаты модерационного анализа связи фрустрации с удовлетворенностью жизнью (модератор — социальная поддержка)","type":"unstyled","key":"bbb0j"},{"data":{"image":{"id":"6acfae6ebb6d5f56016d85b0"}},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"","type":"atomic:image","key":"a4jum"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":10,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Примечание. Зависимая переменная: УЖ — удовлетворенность жизнью. Социальная поддержка закодирована как (1 — одна из категорий семья/коллеги/ друзья, 2 — две категории из семья/коллеги/друзья и 3 — все категории). Average/ Low/High — условный эффект фрустрации на УЖ при среднем уровне социальной поддержки и при значениях −1SD/+1SD соответственно.","type":"unstyled","key":"v2r1"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"В модели с социальной поддержкой фрустрация также выступила значимым отрицательным предиктором УЖ (B = −0,829; p < 0,001), тогда как сама социальная поддержка не показала значимого самостоятельного эффекта (B = 0,098; p = 0,947). Взаимодействие «фрустрация × соци альная поддержка» также оказалось статистически незначимым (B = 0,239; p = 0,431), что не подтверждает ее буферную роль в данной выборке. Анализ простых наклонов показал, что отрицательная связь фрустрации с удовлетворенностью жизнью сохраняется при среднем уровне социальной поддержки (B = −0,829; p < 0,001) и при низком уровне поддержки (B = −1,014; p < 0,001). При высоком уровне поддержки эффект остается отрицательным, но уже не достигает статистической значимости (B = −0,644; p = 0,091; 95% ДИ [−1,40; 0,108]).","type":"unstyled","key":"dmr67"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Это позволяет предположить возможный смягчающий эффект высокой поддержки, однако статистически он в исследовании не подтвержден. В целом результаты модерационного анализа показывают, что фрустрация вносит устойчивый негативный вклад в снижение удовлетворенности жизнью, тогда как семейное положение и социальная поддержка выступают скорее как самостоятельные контекстные факторы, но не как подтвержденные модераторы этой связи.","type":"unstyled","key":"dq8qr"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":22,"offset":0,"style":"BOLD"}],"text":"Обсуждение результатов","type":"unstyled","key":"3kvul"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Полученные данные подтверждают центральную роль фрустрации социальных потребностей как важного психологического фактора снижения качества жизни и удовлетворенности жизнью у пациентов с алкогольной зависимостью.","type":"unstyled","key":"euj5n"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Фрустрация устойчиво отрицательно связана с УЖ и доменами КЖ, особенно с психическим здоровьем. Это соответствует клинической картине АЗ: хроническая неудовлетворенность потребностей в принятии, поддержке и принадлежности усиливает дистресс, поддерживает дисфункциональные убеждения и повышает вероятность использования алкоголя как способа быстрого снижения внутреннего напряжения.","type":"unstyled","key":"8hh0f"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Важным результатом стало то, что эмоциональный интеллект действительно связан с субъективным благополучием, прежде всего через межличностную эмоциональную компетентность и понимание эмоций, однако не выступает медиатором связи фрустрации ни с общим качеством жизни, ни с удовлетворенностью жизнью.","type":"unstyled","key":"egrvh"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Это означает, что негативное влияние фрустрации на благополучие реализуется преимущественно напрямую. Клинически это может указывать на разрыв между субъективно оцениваемой эмоциональной компетентностью и реальной способностью применять эти навыки в стрессовых ситуациях и при тяге.","type":"unstyled","key":"cgjed"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Сравнительный анализ по партнерскому статусу показал, что пациенты без партнера имеют более низкую удовлетворенность жизнью и более низкий межличностный эмоциональный интеллект. При отсутствии различий по домену «окружающая среда» это позволяет предположить, что эффект одиночества связан прежде всего не с внешне-бытовыми условиями, а с внутренними психологическими процессами — субъективным переживанием дефицита, межличностными ожиданиями и стилем взаимодействия.","type":"unstyled","key":"adf7q"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Модерационный анализ не подтвердил, что партнерский статус или социальная поддержка изменяют силу связи фрустрации с удовлетворенностью жизнью. Это, однако, не снижает значения социальных факторов: вероятнее, в данной выборке они выступают как самостоятельные источники риска снижения благополучия.","type":"unstyled","key":"1kf13"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"По социальной поддержке отмечена тенденция к ослаблению влияния фрустрации при ее высоком уровне, но статистически стресс-буферный эффект не доказан, что может быть связано с малым объемом выборки, упрощенной оценкой поддержки и клинической спецификой алкогольной зависимости.","type":"unstyled","key":"53vro"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":38,"offset":0,"style":"BOLD"}],"text":"КПТ-интерпретация и мишени интервенций","type":"unstyled","key":"fm449"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"С позиции КПТ результаты указывают на два взаимосвязанных контура вмешательства — фрустрационный и социально-межличностный, оба значимо связаны со снижением благополучия и потенциальным риском срыва.","type":"unstyled","key":"6r041"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"1. Фрустрационная толерантность и работа с дефицитарными схемами.","type":"unstyled","key":"9otlu"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Фрустрация потребностей выступает не только эмоциональным состоянием, но и когнитивной рамкой, через которую пациент воспринимает себя, других и возможность удовлетворения значимых потребностей. В этой связи мишенями КПТ становятся выявление автоматических мыслей и базовых убеждений дефицита и отвержения, когнитивная реструктуризация катастрофизации, поведенческие эксперименты на переносимость фрустрации, а также развитие навыков выдерживания дискомфорта и поиска альтернатив употреблению.","type":"unstyled","key":"e1375"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"2. Эмоциональная регуляция как конкретный навык. Отсутствие медиаторной роли общего эмоционального интеллекта показывает, что в терапии важнее не общая декларируемая осознанность эмоций, а формирование прикладных навыков регуляции в триггерных состояниях — при тяге, конфликте, одиночестве и стыде. Ключевыми мишенями здесь являются функциональный анализ поведенческих цепочек, навыки управления импульсом и «серфинга влечения», а также поведенческая активация с планированием альтернативных способов восстановления ресурса.","type":"unstyled","key":"ap53f"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"3. Межличностные компетенции и профилактика социальной изоляции. Более низкая удовлетворенность жизнью и межличностный ЭИ у пациентов без партнера указывают, что значима не столько формальная включенность в отношения, сколько способность выстраивать и поддерживать устойчивые связи. Поэтому в КПТ важны тренинг коммуникации, развитие ассертивности, навыков запроса поддержки и обозначения границ, работа со схемами недоверия и отвержения, а также планирование постепенного расширения поддерживающих контактов, включая участие в трезвых сообществах и группах взаимопомощи.","type":"unstyled","key":"6v723"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"4. Поддержка как качественный, а не только количественный ресурс. Поскольку число источников поддержки не показало буферного эффекта, в терапии следует оценивать не только наличие контактов, но и качество поддержки — эмоциональную доступность, надежность и возможность обращения за помощью в кризисе. В этой связи полезны составление карты поддержки, развитие навыков обращения за помощью и удержания контакта, а также профилактика социальных триггеров употребления.","type":"unstyled","key":"eelnk"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":10,"offset":0,"style":"BOLD"}],"text":"Заключение","type":"unstyled","key":"c73p7"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Исследование, проведенное на выборке пациентов с алкогольной зависимостью (n = 30), показало, что фрустрация социальных потребностей является центральным психологическим фактором снижения субъективного благополучия и качества жизни. Она устойчиво связана со снижением удовлетворенности жизнью и большинства доменов качества жизни, особенно психического здоровья.","type":"unstyled","key":"5tfsk"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Показатели эмоционального интеллекта и отдельные аспекты качества жизни связаны с удовлетворенностью жизнью как ресурсные характеристики, однако медиаторный анализ показал, что общий эмоциональный интеллект не опосредует связь фрустрации ни с общим качеством жизни, ни с удовлетворенностью жизнью: в обеих моделях сохраняются значимые прямые эффекты фрустрации при отсутствии значимого непрямого эффекта через ОЭИ.","type":"unstyled","key":"8v1e0"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Социальный контекст также значим: пациенты без партнёра характеризуются более низкой удовлетворенностью жизнью и более низким межличностным эмоциональным интеллектом. Однако модерационный анализ не подтвердил, что партнерский статус или уровень социальной поддержки изменяют силу связи фрустрации с удовлетворенностью жизнью. Это позволяет рассматривать фрустрацию и социальные дефициты как относительно независимые факторы риска снижения благополучия.","type":"unstyled","key":"d4ftp"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"В прикладном плане результаты обосновывают основные мишени КПТ-интервенций при алкогольной зависимости: снижение фрустрационного напряжения и развитие толерантности к фрустрации; работу с дисфункциональными схемами дефицита и отвержения; формирование конкретных навыков эмоциональной регуляции в ситуациях тяги и меж личностного стресса; развитие межличностных компетенций и стратегий расширения поддерживающей сети с акцентом на качество социальной поддержки.","type":"unstyled","key":"99gee"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Ограничениями исследования являются поперечный дизайн, небольшой объем выборки, самоотчетный характер измерений, а также упрощённая операционализация одиночества и социальной поддержки.","type":"unstyled","key":"fh0he"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Перспективы дальнейшей работы связаны с расширением выборки, использованием более точных показателей субъективного одиночества и качества поддержки, а также с проверкой выявленных моделей на клинических исходах ремиссии, включая уровень тяги и риск рецидива.","type":"unstyled","key":"2ia4m"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ","type":"unstyled","key":"ak3kr"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"1. Ботнарь А. Г. Психологические предикторы качества жизни пациентов с соматической и аддиктивной патологией: выпускная квалификационная работа / А. Г. Ботнарь; Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и неврологии имени В. М. Бехтерева. — г. Санкт-Петербург, 2026. — 79 с.","type":"unstyled","key":"eh9nh"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"2. Люсин Д. В. Новая методика для измерения эмоционального интеллекта: опросник ЭмИн // Психологическая диагностика. — 2006. — № 4. — С. 3–22.","type":"unstyled","key":"7bu6k"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"3. Минко А. И. и др. Показатель качества жизни и поддерживающая терапия больных с алкогольной зависимостью //Журнал психиатрии и медицинской психологии. — 2023. — №. 4 (14). — С. 169–175.","type":"unstyled","key":"cqsrt"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"4. Рейковский, Я. Экспериментальная психология эмоций: [Пер. с пол.] / Я. Рейковский; общ. ред. и вступ. ст. О. В. Овчинниковой. — Москва: Прогресс, 1979. — 392 с.","type":"unstyled","key":"bnrav"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"5. Сергиенко Е. А., Козлова Н. В., Федоренко Н. А. Исследование качества жизни во взаимосвязи с субъективным возрастом на этапе позднего онтогенеза // Психологический журнал. — 2012. — Т. 33, № 2. — С. 15–29.","type":"unstyled","key":"4dfpn"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"6. Angner E. The evolution of eupathics: the historical roots of subjective measures of wellbeing // International Journal of Wellbeing. — 2011. — Vol. 1, No. 1. — P. 4–41.","type":"unstyled","key":"3jk4k"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"7. Zaorska J. et al. Distress tolerance and emotional regulation in individuals with alcohol use disorder //Frontiers in psychiatry. — 2023. — Т. 14. — С. 1175664","type":"unstyled","key":"ei9dq"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"","type":"marker","key":"oHcxfCzNtsq8O16YosJq"}],"entityMap":{}},"mentions":[]}