— Завтра пораньше встанем. Мамины вещи к десяти привезут.
Ксения как раз вытаскивала из пакета коробку с новой кофемолкой. На кухонной столешнице уже стояли банки с крупами, упаковка губок, салфетки и несколько контейнеров, которые она заказала для хранения продуктов.
Она поставила коробку на стол и посмотрела на мужа.
— Куда привезут?
Захар не оторвался от телефона.
— Сюда.
— Зачем?
Только тогда он поднял голову.
— Мама у нас поживёт, пока у неё ремонт. Я думал, говорил тебе.
Ксения несколько секунд молчала.
Был обычный пятничный вечер конца сентября. За окном рано стемнело, по стеклу ползли дождевые капли, во дворе фонари отражались в мокром асфальте. Она приехала домой позже обычного, забрала по дороге заказ и рассчитывала спокойно провести вечер.
Теперь выяснялось, что утром в квартиру должны прибыть чемоданы свекрови.
— Нет, — сказала Ксения. — Ты мне этого не говорил.
Захар нахмурился.
— Странно.
— Ничего странного. Я бы запомнила.
Он положил телефон на стол.
— В общем, у мамы начинают ванную делать. Рабочие всё разберут, будет грязь, шум. Куда ей там сидеть? Пару месяцев поживёт здесь.
Ксения медленно убрала последний контейнер в шкаф.
— Мама уже собрала чемоданы и завтра въезжает к нам, — добавил Захар так, будто этим окончательно закрывал вопрос.
Ксения повернулась.
— К нам или ко мне?
На лице мужа появилось раздражение.
— Опять начинается.
— Что именно?
— Это деление. После свадьбы странно постоянно подчёркивать, что квартира твоя.
— Я подчёркиваю это только тогда, когда ты приглашаешь сюда жильцов без моего ведома.
— Моя мать не жилец.
— Тем более стоило сказать заранее.
Квартира действительно принадлежала Ксении.
Она купила её за четыре года до знакомства с Захаром. К тому времени успела сменить несколько съёмных квартир и окончательно устала от хозяев, которые могли в любой момент повысить плату, передумать сдавать жильё или внезапно объявить о продаже.
Ксения долго выбирала район, потом ещё дольше искала подходящий вариант. В конце концов остановилась на просторной двухкомнатной квартире в доме недалеко от парка.
Большая кухня, отдельная спальня и вторая комната, которую она постепенно оборудовала под рабочий кабинет.
Когда появился Захар, квартира уже несколько лет была полностью обжита.
Они встречались около девяти месяцев.
Потом Захар предложил попробовать жить вместе. Своё съёмное жильё освободил за выходные и переехал к Ксении с несколькими коробками, одеждой и огромной сумкой с инструментами.
Ещё через год они расписались.
Тогда Захар сам говорил, что совместная жизнь для него получилась удобной: аренду платить больше не нужно, бытовые расходы они делят, а остальное каждый может откладывать или тратить по своему усмотрению.
Ксения никогда не считала это одолжением.
Если люди становятся супругами, естественно жить вместе.
Но право распоряжаться квартирой без её участия из свидетельства о браке не возникало.
До этого вечера Захар вроде бы прекрасно это понимал.
— На сколько конкретно твоя мама собирается приехать? — спросила Ксения.
— Я же сказал, месяца на два.
— Ты сказал «пару месяцев». Это не срок.
— Пока ремонт не закончат.
— Хорошо. Что именно ремонтируют?
— Ванную.
Ксения посмотрела на него внимательнее.
— Из-за ванной нужно на два месяца съехать из квартиры?
— Там неудобно будет.
— Несколько дней — возможно. Но два месяца?
Захар потянулся к пакету, достал упаковку печенья и начал читать состав, будто разговор перестал его интересовать.
— Рабочие разные бывают. Всё может затянуться.
— Ты видел смету?
— Причём здесь смета?
— При том, что завтра сюда переезжает человек из-за ремонта. Мне интересно хотя бы понять, насколько этот ремонт большой.
— Ксюша, ну зачем ты сейчас устраиваешь проверку?
— Потому что ты почему-то не устроил её до того, как предложил мою квартиру.
Захар положил печенье обратно.
— Не предложил квартиру. Предложил маме пожить у нас.
— Без меня.
— Я знал, что ты начнёшь именно так реагировать.
Эта фраза оказалась важнее всего предыдущего разговора.
Ксения перестала разбирать покупки.
— То есть ты всё-таки специально не сказал?
Захар понял, что проговорился.
— Я просто не хотел заранее разводить обсуждения на неделю.
— Когда ты договорился с ней?
Он не ответил сразу.
— В прошлую субботу.
Ксения кивнула.
Неделю.
Целую неделю муж знал, что Валентина Семёновна собирается переехать в их квартиру, и каждый вечер спокойно ужинал, смотрел телевизор, обсуждал планы на выходные и ни разу не упомянул об этом.
— Почему именно сегодня?
— Что сегодня?
— Почему решил сообщить сейчас?
— Потому что завтра привезут вещи.
— Именно поэтому?
Захар раздражённо вздохнул.
— Ну хорошо. Да. Я понимал, что ты можешь начать возражать. А когда всё уже собрано, проще решить по факту.
Ксения посмотрела на него без улыбки.
— Отличный план.
— Только не надо делать из этого какое-то предательство.
— Я пока вообще ничего не делаю. Просто узнаю, как мой муж неделю готовил переезд своей матери в мою квартиру и ждал момента, когда мне станет неудобно отказаться.
— Ты утрируешь.
— Нет. Ты сам только что это сказал.
Захар отошёл к окну.
С Валентиной Семёновной у Ксении прежде серьёзных конфликтов не было.
Свекровь могла давать непрошеные советы, иногда слишком подробно расспрашивала сына о семейных делах, но в целом держалась корректно.
Они виделись несколько раз в месяц.
Иногда Захар с Ксенией приезжали к ней в выходной. Иногда Валентина Семёновна заходила к ним. Поздравляли друг друга с праздниками, обменивались подарками, могли вместе съездить за город.
Именно потому отношения и оставались спокойными.
У каждой женщины был свой дом.
Свои привычки.
Свой распорядок.
Ксения прекрасно знала, что двухнедельное гостевание и совместная жизнь под одной крышей — совершенно разные вещи.
Особенно если гость въезжает не по приглашению хозяйки.
— Завтра никто сюда не переезжает, — сказала она.
Захар резко повернулся.
— В смысле?
— В прямом. Позвони матери и скажи, чтобы машину отменили.
— Ты сейчас серьёзно?
— Да.
— У неё вещи собраны.
— Поэтому позвони сегодня, а не завтра в десять утра.
— Ксения, это моя мать.
— Я знаю.
— У неё ремонт.
— И это мы сейчас тоже выясним.
Она взяла телефон.
Захар сразу насторожился.
— Ты куда звонишь?
— Валентине Семёновне.
— Не надо.
— Почему?
— Потому что я сам с ней поговорю.
— Ты уже поговорил. Неделю назад.
Он подошёл ближе.
— Не втягивай маму в наши разборки.
Ксения убрала телефон на стол.
— Хорошо. Тогда рассказывай всё сам.
Захар нехотя сел.
Выяснилось, что первоначально Валентина Семёновна действительно собиралась обновить только ванную комнату.
Старая плитка давно ей не нравилась, ванну хотелось заменить душевой зоной, заодно поменять трубы и установить новую мебель.
Рабочие обещали закончить основную грязную часть довольно быстро.
— Тогда откуда два месяца? — спросила Ксения.
Захар потёр подбородок.
— Мама потом решила кухней заняться.
— Одновременно?
— Я предложил.
— Зачем?
— Чтобы два раза ремонт не разводить. Если уж съезжать, можно сделать всё сразу.
Ксения молчала.
Появились и другие подробности.
На кухне Валентина Семёновна хотела поменять гарнитур. Старый ещё служил, но несколько фасадов разбухли возле мойки. Потом Захар вспомнил, что в коридоре давно скрипит напольное покрытие.
Поэтому добавились полы.
Потом мать решила подумать над встроенным шкафом.
Никаких договорённостей с мастерами по кухне и полам пока не существовало.
Даже материалы не были выбраны.
Зато место для проживания на весь период Захар уже обеспечил.
— То есть ремонта, ради которого человек должен съезжать на два месяца, пока вообще нет?
— Ванная точно будет.
— Остальное вы придумали, потому что решили, что она может жить здесь сколько понадобится.
— Что в этом плохого? Маме не придётся делать всё в спешке.
Ксения усмехнулась.
— Конечно. Зачем спешить возвращаться домой, если можно спокойно пользоваться чужим.
— Опять «чужим».
— А каким оно для твоей матери является?
Захар не ответил.
Ксения прошла в кабинет.
На столе стоял большой монитор, рядом лежали рабочие документы и наушники. Вдоль стены располагались стеллажи с папками, принтером и канцелярией.
Она работала здесь каждый будний день, когда не требовалось ехать в офис.
Иногда проводила по шесть-семь часов подряд на видеовстречах и за документами.
Захар вошёл следом.
— Кстати, стол придётся переставить.
Ксения медленно повернулась.
— Куда?
— Ну… временно в спальню.
— Зачем?
— Маме нужна комната.
Теперь стало понятно ещё больше.
— Ты уже обещал ей кабинет?
— Там диван есть.
— Захар, это мой рабочий кабинет.
— Можно пару месяцев поработать из спальни.
— Ты сейчас серьёзно предлагаешь поставить туда стол, монитор, принтер и кресло?
— Не обязательно всё.
— А работать мне чем?
Он раздражённо провёл ладонью по затылку.
— Господи, можно же приспособиться.
Ксения посмотрела на него.
Захар воспринимал каждое неудобство удивительно легко, пока неудобство доставалось другому человеку.
— А если ремонт затянется?
— Значит, чуть дольше.
— До какого момента?
Он пожал плечами.
— Может, до зимы.
— А потом?
— Что потом?
— В декабре твоя мама точно вернётся домой?
Захар отвёл глаза.
Ксения заметила это сразу.
— Что ещё?
— Ничего.
— Говори.
— Я просто сказал маме, что если ей у нас будет удобно, то торопиться необязательно.
На этот раз Ксения даже не рассердилась.
Стало просто очень ясно, что именно происходило.
Человек уже не собирался переждать ремонт.
Ему заранее оставляли возможность задержаться.
И решал это опять же не тот, кому принадлежало жильё.
— Всё. Разговор окончен.
— Что окончен?
— Никто сюда не въезжает.
— Ксюша…
— Нет.
— Ты даже не хочешь нормально обсудить.
— Нормальное обсуждение было возможно неделю назад. Сейчас ты сообщаешь мне готовое решение.
— Решение можно скорректировать.
— Я его уже скорректировала.
Захар вышел из кабинета.
Ужинали они почти молча.
Ксения не пыталась добить мужа аргументами. Всё важное уже прозвучало.
Сам Захар несколько раз брал телефон, но матери так и не позвонил.
Перед сном он снова вернулся к теме.
— Может, хотя бы неделю?
Ксения закрыла книгу.
— Нет.
— Рабочие уже начинают.
— Пусть живёт у себя.
— В ванной всё разнесут.
— Есть другие варианты.
— Какие?
— Гостиница. Квартира посуточно. Аренда. Подруга. Ты можешь переехать к ней и помогать.
Последнее предложение ему явно не понравилось.
— Я-то зачем?
— Ты пригласил её сюда. Значит, заинтересован в её комфорте сильнее всех.
— Мне на работу отсюда удобно.
— А мне отсюда удобно жить.
Захар нахмурился.
— Снимать жильё на два месяца — это сумасшедшие деньги.
— Тогда не надо делать ремонт на два месяца.
— Ты прекрасно понимаешь, что свободная комната есть здесь.
Ксения закрыла книгу окончательно.
— Свободная?
— Ну кабинет.
— Я в нём работаю пять дней в неделю.
— Можно временно работать в спальне.
— Хорошо. Тогда ты два месяца работаешь из машины.
— Причём здесь это?
— Ни при чём. Как и мой кабинет к ремонту твоей матери.
Он ничего не ответил.
Утром Ксения проснулась в половине восьмого.
Захар уже не спал.
Сидел на кухне с телефоном и выглядел так, будто надеялся, что вопрос каким-то образом решится сам.
На улице было пасмурно. Ветер тряс ветви деревьев, дворник сгребал возле подъезда мокрые листья.
— До машины два с половиной часа, — сказала Ксения.
— Я помню.
— Тогда звони.
Захар недовольно посмотрел на неё.
— Могла бы хотя бы не стоять над душой.
— Я пойду в душ.
Она действительно ушла.
Когда вернулась, муж всё ещё держал телефон.
— Позвонил?
— Сейчас.
Ксения налила воду в кофеварку.
Захар набрал номер.
— Мам, привет. Да, не спишь?
Первые несколько фраз он говорил спокойно.
Потом Валентина Семёновна, видимо, спросила о приезде.
— Тут планы изменились.
Ксения не поворачивалась.
— Нет, машину не вызывай.
Пауза.
— Потому что пожить здесь не получится.
Следующая пауза была гораздо длиннее.
Захар прошёл в коридор.
Ксения слышала только его короткие ответы.
— Нет.
— Мам, не надо.
— Я не могу сейчас объяснить в двух словах.
Потом голос мужа стал громче.
— Нет, Ксения ничего тебе не обещала.
И сразу после этого он замолчал.
Похоже, услышал что-то неожиданное.
— Как это я говорил?
Ксения обернулась.
Разговор продолжался ещё несколько минут.
Вернулся Захар раздражённым.
— Отлично.
— Что?
— Мама теперь считает, что ты передумала.
— Почему?
Он ничего не сказал.
Ксения поняла сама.
— Ты ей сказал, что я согласна?
— Не совсем.
— Захар.
— Я сказал, что мы всё обсудили и ты нормально отнеслась.
Ксения поставила чашку.
— Зачем?
— Чтобы она не переживала заранее.
— Ты неделю скрывал переезд от меня и одновременно врал ей, что я его одобрила.
— Не врал.
— Это именно так называется.
Захар вспылил:
— Да потому что я знал, что ты всё усложнишь!
Ксения посмотрела на него.
— А ты решил упростить, убрав из решения единственного человека, которого оно касается напрямую.
Он хотел что-то ответить, но в этот момент у Ксении зазвонил телефон.
Валентина Семёновна.
Захар сразу сказал:
— Не бери.
Ксения ответила.
— Доброе утро, Валентина Семёновна.
— Ксения, извини, что рано. Я хочу понять, что происходит.
Голос свекрови звучал не сердито, а растерянно.
— Спрашивайте.
— Захар сейчас сказал, что я не могу приехать. Но он же говорил, что вы это обсуждали.
Ксения посмотрела на мужа.
Тот отвернулся.
— Мы не обсуждали.
— Совсем?
— Я узнала о вашем переезде вчера вечером.
На другом конце стало тихо.
— Вчера?
— Да.
— А Захар мне неделю назад сказал, что ты сама предложила спокойно пожить у вас, чтобы мне не сидеть среди ремонта.
Ксения на секунду прикрыла глаза.
Вот откуда была такая уверенность свекрови.
— Я ничего такого не предлагала.
— Но он ещё сказал, что комната свободная.
— Там мой кабинет. Я в нём работаю.
Валентина Семёновна резко выдохнула.
— Подожди. А зачем тогда он мне говорил, что ты обрадовалась?
Захар смотрел в окно.
Ксения не стала его спасать.
— Это лучше спросить у него.
Свекровь помолчала.
— Я поняла.
— Валентина Семёновна, дело не в том, что я хочу оставить вас среди строительной пыли. Просто переезд был полностью согласован без меня.
— Так.
— И только вчера я узнала, что речь может идти не о нескольких неделях, а практически до зимы.
— До какой ещё зимы?
Теперь уже удивилась Ксения.
— Захар говорил, что можно одновременно заняться кухней и полами.
— Что?
Голос свекрови стал резче.
— Я кухню сейчас вообще не собиралась делать.
Ксения посмотрела на мужа.
Тот наконец повернулся.
— Тогда, похоже, у нас обеих информация от одного человека.
Валентина Семёновна сказала:
— Я тебе позже перезвоню.
И отключилась.
Через несколько секунд зазвонил телефон Захара.
Он посмотрел на экран.
— Мама.
— Возьми.
— Спасибо за совет.
Он ушёл в комнату.
Говорил долго.
Ксения спокойно позавтракала, загрузила посудомоечную машину и начала разбирать оставшиеся со вчерашнего дня покупки.
Примерно через двадцать минут муж вернулся.
Настроение у него стало ещё хуже.
— Довольна?
— Чем?
— Мама теперь на меня орёт.
— Почему?
— Ты прекрасно знаешь.
— Потому что узнала, что я ничего не предлагала?
— Можно было мягче.
— Я сообщила факты.
Захар открыл холодильник и сразу закрыл.
— Она вообще отказалась ехать.
— Значит, проблема решилась.
— Нет. Теперь она говорит, что отменит ремонт.
— Почему?
— Потому что не хочет жить там, где её появление заранее вызывает скандал.
Ксения посмотрела на мужа.
— Разумно.
— Очень смешно.
— Я не шучу.
Через полчаса Валентина Семёновна позвонила снова.
На этот раз разговор получился совсем другим.
— Ксения, я хотела извиниться.
— За что?
— За всю эту историю. Я действительно думала, что ты согласна.
Ксения села на диван.
— Я так и поняла.
— Захар мне сказал буквально: «Ксюша сама говорит, приезжай спокойно».
Ксения посмотрела в сторону кухни.
Муж слышал.
— Теперь понятно, почему вы собирали вещи.
— Если бы я знала, что тебя ставят перед фактом, я бы вообще этого не допустила.
В голосе Валентины Семёновны уже слышалось раздражение.
Но направлено оно было вовсе не на невестку.
— Я своему сыну сейчас всё сказала.
— Он заметил.
Свекровь хмыкнула.
— Ещё бы.
Потом добавила:
— И до зимы я никуда не собиралась переселяться. Это он придумал. Я сказала, что давно хочу кухню заменить, но не сейчас. Он сразу начал: «Раз уж уедешь, делай всё».
— Значит, размах увеличился уже после решения о переезде.
— Похоже на то.
Ксения невольно улыбнулась.
— Ванную как планировали?
— Да. Рабочие начинают в понедельник.
— Несколько дней совсем без неё тяжело.
— У меня есть вариант. Подруга живёт одна, давно звала приехать. Поживу у неё, пока самое грязное сделают.
— Тогда отлично.
— А потом вернусь домой. Я вообще не люблю долго жить у других людей.
В этой фразе было больше здравого смысла, чем во всём вчерашнем плане Захара.
Они поговорили ещё пару минут и закончили.
Ксения вернулась на кухню.
Муж стоял возле окна.
— Ну что? — спросил он.
— Ничего. Мы всё выяснили.
— Быстро вы нашли общий язык.
— Потому что обе получили одинаковую версию только сегодня.
Захар повернулся.
— Я хотел как лучше.
— Для кого?
Он замолчал.
Ксения не стала развивать тему.
Ей уже надоело слушать объяснения.
В понедельник у Валентины Семёновны начался ремонт.
Первые два дня рабочие снимали старую плитку и демонтировали сантехнику. Она действительно переехала к своей давней подруге Галине, жившей в соседнем районе.
Захар ездил к матери каждый вечер.
Забирал строительные материалы, договаривался с мастерами, возил мелочи.
Ксения не препятствовала.
Наоборот, один раз помогла выбрать новую тумбу под раковину, когда Валентина Семёновна прислала два варианта.
Через пять дней свекровь уже вернулась домой.
Санузел ещё не был полностью готов, но основной шум закончился, пользоваться остальной квартирой можно было совершенно нормально.
Кухню она решила не трогать.
— Посмотрю после Нового года, — сказала Валентина Семёновна по телефону. — А то Захар разошёлся за меня решать.
Ксения рассмеялась.
— Главное, чтобы транспортную компанию не заказал.
— Я теперь сначала у него документы буду требовать.
Отношения между ними после всей истории даже стали немного проще.
Зато Захар продолжал считать, что ничего страшного не сделал.
Однажды вечером, когда ремонт у матери уже подходил к концу, он снова заговорил об этом.
— Всё равно, если подумать, ситуация получилась из ничего.
Ксения работала в кабинете и как раз закрывала ноутбук.
— Почему из ничего?
— Мама пожила у подруги пять дней. Могла так же пожить здесь.
— Могла.
Захар удивился.
— Вот.
— Если бы ты спросил меня заранее.
Он опёрся плечом о дверной косяк.
— И ты бы согласилась?
— Возможно, на несколько дней.
— Тогда вообще не понимаю, из-за чего был весь этот шум.
Ксения посмотрела на него.
— Потому что ты не попросил пустить мать на несколько дней. Ты сообщил накануне, что утром она въезжает. Уже отдал ей мой кабинет, придумал ремонт до зимы и специально молчал неделю, чтобы мне было неловко отказаться.
Захар нахмурился.
— Я не отдал кабинет.
— А стол предлагал убрать зачем?
Он ничего не сказал.
Ксения сложила документы в папку.
— Вот поэтому разговор был не про твою маму.
— А про что?
— Про тебя.
На этом она вышла из кабинета.
Захар остался стоять в дверях.
Больше в тот вечер он к теме не возвращался.
В середине октября Валентина Семёновна пригласила их посмотреть готовую ванную.
Получилось действительно хорошо.
Светлая плитка, новая сантехника, широкое зеркало, удобная тумба. Свекровь водила их по небольшому помещению с заметным удовольствием и рассказывала, где рабочие чуть не перепутали размеры.
Потом они сидели на кухне.
Старая мебель прекрасно стояла на своих местах и, вопреки планам Захара, никому не мешала.
— Гарнитур ещё год поживёт, — решила Валентина Семёновна. — Весной подумаю.
— А полы? — спросил Захар.
Мать посмотрела на него.
— Полы тоже без тебя переживут.
Ксения не удержалась и улыбнулась.
— Чего смеёшься? — спросил он.
— Ничего.
Валентина Семёновна поставила перед сыном тарелку с бутербродами.
— Ешь. И мои ремонты больше не планируй.
— Я просто предложил.
— Вот и предлагай. Решать я сама буду.
Захар перевёл взгляд на жену.
Ксения спокойно взяла чашку.
Повторять уже сказанное не требовалось.
Через несколько дней в пятницу вечером она снова разбирала доставку на кухне.
Почти как месяц назад.
Захар пришёл позже, бросил ключи в прихожей и занёс пакет с продуктами.
— Мама весной всё-таки хочет кухню делать.
Ксения посмотрела на него.
— Хорошо.
— Она сказала, если понадобится где-то переночевать, сама тебе позвонит и спросит.
— Вот теперь идеально.
Захар достал из пакета упаковку кофе.
— И сразу предупредила, чтобы я ничего от её имени не обещал.
— Разумная женщина.
Он усмехнулся.
— Вы с ней теперь против меня дружите?
— Нет.
Ксения забрала кофе и убрала в шкаф.
— Просто обе предпочитаем узнавать о собственных переездах не накануне.
