— "Людмила Петровна, вы что, с ума на старости лет сошли?! Это же срам какой-то! Что люди-то подумают? У вас внуки растут, а вы себя в таком виде на всеобщее обозрение выставили! У нас в бухгалтерии у девочек чуть инфаркт не случился!"
Истошный, визгливый голос моей бывшей коллеги Светланы эхом разнесся из динамика телефона. Она звонила мне в законный утренний выходной, буквально задыхаясь от праведного гнева. Тот факт, что я, пятидесятипятилетняя женщина, посмела выставить в статус мессенджера одну-единственную, невероятно эстетичную фотографию в шелковой комбинации глубокого винного цвета, намертво сломал ее пресную картину мира.
Инвестиции в собственное тело
Неделю назад моя взрослая дочь сделала мне роскошный подарок — сертификат на будуарную фотосессию за сорок тысяч рублей. "Мам, ты у меня потрясающе красивая, хватит прятать себя в безразмерные свитера", — сказала она.
Три часа работы топового фотографа, профессиональный макияж, приглушенный свет и дорогая шелковая сорочка. Это было полное погружение в любовь к себе. Я увидела на снимках живую, роскошную, уверенную женщину, которая наконец-то перестала стесняться своего возраста и своей чувственности. Мне настолько понравился один портретный кадр, где я сижу в кресле с бокалом, что я решила поставить его в статус.
Светлана, привыкшая видеть меня исключительно в глухих офисных блузках, ожидала, что я сейчас начну извиняться, краснеть и судорожно удалять "постыдную" фотографию. Но обслуживать чужие комплексы я категорически не собиралась.
Бухгалтерия чужого стыда
Я неспешно сделала глоток утреннего кофе, дождалась, пока бывшая коллега наберет в грудь побольше воздуха для новых оскорблений, и ударила первой.
— "Света, давай выдохнем и оцифруем твою панику", — мой голос звучал ровно и пугающе холодно. — "Моя шелковая комбинация стоит пятнадцать тысяч рублей. Сама фотосессия — сорок. Чтобы в пятьдесят пять лет выглядеть в этом тонком шелке роскошно, а не смешно, я каждый месяц отдаю тридцать тысяч за массажи, пилатес и хорошего косметолога. Я инвестирую в свою эстетику, потому что могу себе это позволить."
В трубке повисла тяжелая, звенящая тишина.
— "А теперь давай посмотрим на твою мораль", — продолжила я, чеканя каждое слово. — "Ты каждый месяц спускаешь по двадцать тысяч на пиво и жирную колбасу для своего вечно недовольного мужа. Ты добровольно спонсируешь его пузо и диванную жизнь, попутно экономя на нормальном креме для лица. Твой высший пилотаж ухода за собой — это стрижка за пятьсот рублей в социальной парикмахерской раз в полгода."
Дефолт офисной инквизиции
— "Проблема не в том, что моя фотография какая-то неприличная. Проблема в том, что на моем фоне тебе физически больно смотреть на свою собственную запущенность."
Светлана попыталась что-то возмущенно пискнуть про "солидный возраст" и "скромность", но я не дала ей шанса.
— "Моя взрослая дочь гордится тем, как выглядит ее мать. А мне абсолютно плевать, что там обсуждают скучающие девочки в вашей бухгалтерии. Завари себе ромашку, Света, и иди мужу пельмени вари, моралистка."
Я спокойно сбросила вызов. В культовом итальянском фильме "Малена" героиня Моники Беллуччи сводила с ума весь город. Местные женщины готовы были растерзать ее, проклинали и распускали грязные слухи не за какие-то реальные грехи, а просто за то, что она смела быть невероятно красивой и нести себя с достоинством. Прошли десятилетия, но человеческая психология не изменилась: серая масса всё так же яростно ненавидит тех, кто отказывается стареть по их унылым, установленным правилам.
Я посмотрела на свое отражение в зеркале, улыбнулась и оставила фотографию в статусе. Пусть смотрят.
А как считаете вы? Стыдно ли женщине за пятьдесят показывать свое красивое тело и выставлять эстетичные фотографии? Или чужое громкое возмущение — это всегда лишь неприкрытая зависть тех, кто давно махнул на себя рукой? Пишите свои мысли в комментариях, давайте обсудим эту тонкую грань между красотой и "приличиями"!
Понравилась история? Ставьте палец вверх, подписывайтесь на канал и делитесь своим мнением в комментариях — здесь всегда честные споры!