Я старый, очень старый. Я сидел на балконе. Ел пельмени. Смотрел на Москва-Сити. И вдруг меня накрыло. Не знаю, что это было. Может, мой сосед алкаш и друг Володя подлил в вискарь чего-то лишнего. А может, я просто понял: мне 40 лет. Я лысый, пузатый, нищий. И если я сейчас не попробую познакомиться с молодой красивой девушкой — я закончусь старым, одиноким и с дырявыми трусами. А это, знаете, не самый лучший сценарий.
Так что я заварил чифир, открыл телефон. Зашёл на сайт знакомств. И начал искать молодую девушку студентку. Искал долго. Смотрел на анкеты, на фотографии, на описания. Там были какие-то странные слова: «рофл», «кринж», «вайб». Я не понимал. Но я решил: буду учиться. Володя сказал: «Димон, ты должен ворваться в их движ». И я решил ворваться.
И вдруг — она. Алиса. Ей 18 лет. Студентка. Красивая. Модная. У неё были длинные чёрные волосы, глаза, которые смотрели с фотографии с вызовом, и подпись: «Ищу весёлого, интересного, с чувством юмора. Люблю рофлить и не выношу скучных». Я подумал: «Вот она. Моя судьба.
Я написал ей:
— Разрешите поинтересоваться, не хотите ли выпить со мной чашечку кофе в ближайшее время? Я, если что, могу сообразить на троих. Ну, кофе. Не вискарь. Хотя и вискарь тоже могу.
Она ответила через минуту:
— Ого! 😄 Ну ты даёшь! А ты вообще кто по жизни? И сколько тебе лет?
Я решил не врать. Написал:
— Мне 40. Я блогер. Пишу про жизнь, пельмени и трусы с дыркой.
Она ответила:
— Угар! 😂 Ты реально мемный чувак. Давай встретимся. Я хочу на тебя посмотреть вживую. Только учти, у меня сегодня стрёмный день.
Я не понял, что значит «стрёмный», но я решил: «Главное — не показать, что я старый пень». Я открыл словарь молодёжного сленга в интернете. Выучил пару слов. И пошёл.
Глава 1. Я собираюсь на свидание. И готовлюсь к «вайбу»
Я решил подготовиться по полной программе. Надел самые новые джинсы (без дырок, но с пятном от кепчука), футболку без жирных пятен (ну, почти без) и мои любимые кроссовки из девяностых. Я даже причесался. Хотя, с моей лысиной это было не сложно. Три волосины я уложил по-модному — зачесал на бок.
Я пошёл. В парк. Мы договорились встретиться у фонтана. Я пришёл за 15 минут. Ждал. Смотрел на прохожих. На молодых парней, которые разговаривали на каком-то непонятном языке: «Хайп», «краш», «душно». Я думал: «Боже, что они говорят?». Я чувствовал себя старым. Очень старым. Как будто я вышел из времени, когда люди говорили «шибко» и «опять двадцать пять».
И вдруг — она. Ёлки палки. Идёт такая, вся из себя модная. Длинные волосы, короткая юбка. Она улыбается. Я тоже улыбнулся. И протянул руку.
— Салют, Алиса! — сказал я. — Ай, то есть — привет! Здарова! Просто я старый, но я пытаюсь! В общем... чо как?
Она засмеялась.
— Ты прикалываешься, да? «Салют»... 😂 Кто так сейчас говорит?
— Ты рофлишь? — удивилась она.
— Да, я рофлю, — сказал я. — Вот я стою, улыбаюсь. Я — рофля. Или рофлан? Как правильно?
— Дима, — сказала она, смеясь. — Ты что-то путаешь.
— Ничего я не путаю, — сказал я. — Я всё знаю. Я — зумер. Ну, почти. Я — зумеровский пенсионер. Я — кринжовый вайб.
— Дим, — сказала она. — Давай просто по-человечески. А то ты звучишь как мой дедушка, который пытается говорить на молодёжном.
— Я и есть дедушка, — сказал я. — С пельменями и без зубов. Но я рофлю, — повторил я. — Я — великий рофля!
Глава 2. Я пытаюсь поддерживать разговор. И несу полный бред
Мы сели на лавочку. Я купил нам кофе. И начал наш разговор. Я решил, что буду использовать все слова, которые выучил.
— Ну что, Алиса, — сказал я. — Как твой вайб сегодня?
— Нормально, — сказала она.
— Ты такой кринж, — сказала она — Но это мило.
Я — ходячий кринж! Сказал я с гордостью.
Она засмеялась и уже не могла остановиться.
— Дима, — сказала она. — Это так смешно. Ты как машина времени. Ты — портал в 90-е.
Я решил, что пора проявить себя. Я выучил пару фраз из ТикТока. И решил их использовать.
— Алиса, — сказал я. — Ты такая… такая… эстетичная. Ты — мой краш. Ты краш?
Она засмеялась.
— Ты знаешь, что такое «краш»?
— Конечно, — сказал я. — Это когда кто-то нравится. Ты — мой краш.
— Нет. Ты — рофл, — сказала она. — Ты — главный рофл этого свидания.
— Значит, я — рофл, — сказал я. — Я — великий рофл. Я рофлю на всю катушку. Я — рофля. Я — рофлан. Я — рофлище!
— Дима, — сказала она. — Ты не знаешь, что такое «рофл». Ты просто говоришь это слово.
— А кринж — это круто? — спросил я.
— Кринж — это когда смешно, но странно, — сказала она.
— Значит, я крутой, — сказал я. — Я — крутой кринж. Я — кринжовый герой. Я — кринж с пельменями!
Она уже просто смеялась, чуть не падая с лавочки. Я видел, что я её развеселил. И это было приятно.
Глава 3. Я спрашиваю про современную музыку. И несу ещё больший бред
— Алиса, — сказал я. — А ты какую музыку слушаешь? Я, кстати, тоже слушаю. И пою даже. "Границы ключ переломлен пополам... "
— Что это за группа? — спросила она.
— «Гражданская оборона», — сказал я.
— А знаешь эту песню? "Водку я налил в стакан и спросил. И стакан граненый мне отвечал: "Сколько жил и сколько в жизни ты своей......
— Что-то я не знаю такую, — сказала она. — А ты знаешь Моргенштерна?
— Моргенштерн? — переспросил я. — Это который поёт про деньги? А я знаю про конную милицию: Из-за леса выезжает Конная милиция. Становись-ка девки pак... ой, ну хватит.
Она уже смеялась так, что слезы текли.
— Дима, — сказала она. — Ты — лучший! Я никогда не забуду это свидание. Ты — феномен. Ты — легенда.
— Я старый, — сказал я. — Но я живой. Я — живой музей. Я — живой экспонат. И я могу рассказать тебе про время, когда не было интернета. Мы общались без вай-фая. Мы ходили друг к другу в гости. Я мог бы прийти к тебе в гости, если бы ты жила в соседней квартире. Но ты живёшь далеко. Придётся брать авоську и идти пешком. Но я готов.
— Ты готов идти ко мне пешком? — спросила она.
— Конечно, — сказал я. — Я — выносливый. Я — как верблюд. У верблюда два горба, потому что жизнь — борьба. Я тоже борюсь. Борюсь с одиночеством. И я хочу, чтобы ты была моим попутчиком.
— Я — человек, — сказал я. — Я — человек, который ест пельмени и знает, что такое «промокашка». Я — старый. Но я — не скучный. Я — весёлый. Я — рофля. Я — главный рофля в твоей жизни.
— Ты говоришь, как будто хочешь, чтобы я была твоей девушкой.
— Я не против, — сказала она, улыбаясь.
Глава 5. Итог. Я старый, но я смешной
Мы разговаривали ещё час. Я рассказывал ей про пионеров, про субботники, про политинформации.
— Я хочу продолжения, — сказала она. — Я хочу видеть тебя снова. И я хочу, чтобы ты научил меня варить пельмени. И рассказывал мне про свою жизнь.
— Научу, — сказал я. — Я научу тебя всему. Даже как заваривать чифир.
Она встала, подошла ко мне и поцеловала меня в щёку. Нежно. Тепло. Мы попрощались.
Я вернулся домой. Володя ждал меня на балконе с вискарём.
— Ну как? — спросил он.
— Я стал рофлом, — сказал я.
— Ты всегда был рофлом, — сказал он.
— Нет, — сказал я. — Теперь я официально. Она так сказала.
— И она права, — сказал Володя. — Ты — рофля. И я — рофля. Мы все рофли.
— И нам хорошо, — сказал я.
— И нам хорошо, — повторил он.
P. S. Моргенштерн запрещен в Российской Федерации. Алиса этого не знала. Я ей потом объяснил, что он злодей и она начала слушать Шамана.