15 августа 1990 года на 35-м километре трассы Слока — Талси в Латвии произошла авария, которая разделила историю отечественного рока на «до» и «после» . Виктор Цой возвращался с утренней рыбалки в поселок Плиеньциемс. Он никогда не доедет до дома. Его темно-синий «Москвич-2141» на скорости около 100–130 км/ч вылетит на встречную полосу и столкнется с рейсовым автобусом «Икарус» . Удар окажется настолько сильным, что «Москвич» отбросит на 22 метра назад, а автобус вынесет в реку . Водитель автобуса Янис Фибикс не пострадает. Цой погибнет мгновенно от множественных травм, несовместимых с жизнью .
Официальная версия следствия гласила: музыкант уснул за рулем из-за переутомления . Алкоголя и наркотиков в его крови не обнаружили . Но именно эта версия породила больше вопросов, чем ответов, и не утихающие до сих пор споры.
Странная траектория: загадка для экспертов
Главная нестыковка, которую исследователи и даже родители Цоя оспаривали с первого дня, — это характер движения машины. В материалах дела зафиксировано, что автомобиль проехал по правой обочине около 200 метров, а затем резко вывернул на встречную полосу . Вот что говорят специалисты о том, как ведет себя уснувший водитель.
«Уснувший за рулем человек теряет контроль над автомобилем, из-за чего тот куда-то сворачивает и движется в направлении, заданном этим случайным поворотом. Если предположить, что Цой свернул на обочину случайно, уснув, он должен был продолжить движение по направлению. В этом случае его «Москвич» оказался бы в поле, а не на проезжей части на пути следования «Икаруса» .»
Судебный эксперт Наталья Потлачук, изучив дело спустя почти 30 лет, пришла к выводу: действия водителя в последние секунды выдают осознанное решение. Человек, увидев перед собой препятствие, сознательно вырулил обратно на асфальт, чтобы избежать столкновения с деревом и кустом, но в тот же момент встретился с автобусом . Это траектория не спящего, а спасающегося водителя.
С этим соглашался и отец музыканта, Роберт Цой. Он с первого дня настаивал: сын не спал . От места рыбалки до места трагедии ехать всего 15 минут, вряд ли за такой короткий промежуток можно было уснуть от усталости. Роберт Максимович считал себя виноватым в другом — он не научил сына хорошо водить . У Виктора не было большого опыта, он быстро уставал за рулем, а голова его была занята музыкой .
Версии, мифы и тишина архива
Отсутствие внятной официальной картины породило множество альтернативных трактовок. Среди самых популярных — попытка уйти от погони после конфликта с рыбаками или отвлечение на смену кассеты в магнитофоне . Однако обе они не выдерживают критики. Очевидцы не видели второго автомобиля, а водитель «Икаруса» Фибикс в своих интервью высказывался осторожно, предполагая, что Цой мог на мгновение отвлечься или «просто видел, что машина та напротив шла в эти перила» .
Дело о гибели Цоя было закрыто крайне быстро, и до сих пор доступ к его полным материалам ограничен . Эксперты указывают на то, что схема ДТП составлена неполно, в ней отсутствуют многие размерные характеристики, а некоторые свидетельства, например о следах алкоголя в крови, якобы исчезли из документов уже после аварии .
Но, возможно, истина, как это часто бывает, лежит не в конспирологии, а в простом и трагическом стечении обстоятельств. Молодой водитель, опасный поворот, высокая скорость, усталость после пятичасовой рыбалки, мгновенная потеря концентрации . Мать Цоя, Валентина Васильевна, говорила, что Виктор был спокойным и уравновешенным, «но музыкантам нельзя садиться за руль. Он вполне мог в мыслях сочинять музыку или слова. Музыка отвлекла внимание» .
Эта версия — самая человечная. Она не ищет злого умысла, а говорит о нас всех: о том, как легко роковая случайность вторгается в жизнь, оставляя после себя лишь песни, которые не умрут никогда.