Здравствуйте, коллеги-киноманы. Я уже писал про «Муху» Дэвида Кроненберга 1986 года — фильм, который превратил историю о неудачном эксперименте в одну из самых впечатляющих трагедий о болезни, старении и потере собственного тела. Позавчера же я посмотрел оригинальный фильм 1958 года, который Кроненберг переосмыслил почти три десятилетия спустя. И по этому поводу хочется сказать пару слов.
Режиссёром оригинала выступил Курт Нойманн, главные роли сыграли Дэвид Хедисон, Патриша Оуэнс и Винсент Прайс (я этого актёра уже упоминал, когда писал о «Падении дома Ашеров» и «Доме восковых фигур»). В основе лежал рассказ Джорджа Лангелана. Учёный Андре Деламбр экспериментирует с устройством для телепортации материи, а затем отправляет в аппарат самого себя — вместе с обыкновенной комнатной мухой. В результате его атомы смешиваются с атомами насекомого. Голова мужчины оказывается на теле мухи, а её голова (и одна её лапка), наоборот, «прирастают» к телу учёного.
Сегодня особенно занятно наблюдать, как Голливуд представлял себе превращение человека в муху в 1958 году. Разумеется, тут нет того натуралистического кошмара, который позже устроит Кроненберг. Зато есть логика классической фантастики: учёный пытается постичь неизвестное, находит соответствующую технологию, а затем технология «объясняет» ему, почему этого делать совершенно не следовало.
Невольно вспомнилось:
– Ты хотел поиметь Марселласа Уоллеса, Брэд. А Марселлас Уоллес не любит, когда его имеет кто-нибудь, кроме миссис Уоллес.
Отдельный момент — режиссёр Нойманн не торопится показывать нам, что получилось от «союза» человека и мухи. Большую часть фильма зритель знает, что что-то пошло не так, но что именно там не срослось (и к чему это привело), ему не раскрывается.
При этом «Муха» 1958 года вовсе не была каким-то дешёвым проходным фильмом категории B. Её бюджет, по разным данным, составлял $325–495 тысяч. В прокате картина собрала около $3 млн и стала одним из заметных хитов студии Fox того года. Ну а связь Винсента Прайса с жанром ужасов стала гораздо прочнее
И вот здесь появляется ещё один интересный момент. В «Мухе» Прайс не играет монстра. Он играет Франсуа Деламбра — брата Андре, который постепенно понимает, что произошло, и оказывается втянут в эту историю вместе с инспектором и женой учёного. То есть Прайс здесь ещё не тот привычный нам король готического хоррора, каким он станет позже. Он скорее проводник зрителя в происходящий кошмар.
Конечно, сегодня некоторые детали фильма выглядят наивно. Сам образ человека-мухи — огромная голова насекомого, лапки и соответствующая маска — уже давно стал частью истории кино. Но именно поэтому смотреть на него особенно интересно. Кроненберг в 1986 году фактически снял не продолжение этой идеи, а её полную ревизию. У Нойманна страшно то, что человек случайно оказался внутри неправильного эксперимента. У Кроненберга страшно другое: человек постепенно понимает, что эксперимент невозможно отменить. И, пожалуй, именно поэтому две «Мухи» так хорошо существуют рядом — одна показывает, чего зрители боялись в научной фантастике 1950-х, а вторая — чего начали бояться уже в 1980-х.
Примечательно и ещё одно: у оригинальной «Мухи» есть целых два продолжения. «Возвращение мухи» вышло в 1959 году (и Винсент Прайс там вернулся к своей роли из первого фильма), а «Проклятие мухи» (имеет связь с первыми двумя фильмами очень условную) — в 1965.
Благодарю за внимание.
Трейлер: