Маша замерла на выходе из подземного перехода, сжимая в руке мокрый зонт. На другой стороне улицы она увидела своего мужа.
Антон стоял возле газетного киоска с какой-то юной особой и, улыбаясь, что-то печатал в свой смартфон.
Девице на вид было не больше девятнадцати. На ней красовался модный бежевый тренч, объемный шарф, а в руках она держала яркий красный зонтик, под которым они вдвоем и прятались от моросящего октябрьского дождя.
Промозглый осенний ветер гнал по асфальту желтые листья. Пятилетняя Полина настойчиво дергала маму за край плаща.
— Мам, ну почему мы застряли? Мне холодно, пошли скорее в садик! — закапризничала девочка, шлепая по лужам резиновыми сапожками.
Маша моргнула, отгоняя оцепенение, перехватила ладошку дочери и быстро зашагала в противоположную сторону, запретив себе оглядываться.
Утренний город гудел в пробках. Из приоткрытой двери соседней кофейни пахло жареными зернами, а мимо, смешно семеня короткими лапками, пробежал мопс Боря — питомец соседки Зинаиды Игоревны.
— Вот же мерзавец, — прошептала Маша, сворачивая в переулок. — Сказал, что к девяти едет на встречу с потенциальными инвесторами, а сам малолеток клеит.
Спустя сорок минут, когда Маша отвела Полю воспитательнице, её телефон пиликнул.
Пришло сообщение от мужа:
«Сижу на презентации проекта, инвесторы сложные, но я справлюсь. Люблю тебя, котенок, очень скучаю!»
Машу захлестнула такая волна ярости, что захотелось швырнуть свой новенький «Самсунг» прямо в лужу. Но вспомнив, что кредит за него платить еще полгода, она лишь тяжело вздохнула, достала бумажную салфетку и нервно протерла экран от капель дождя.
***
Немного успокоившись, она решила позвонить сыну. Егор учился в четвертом классе.
— Сынок, ты в школу не опоздал?
— Мам, всё окей! Я уже в классе, училка журнал открывает, всё, не могу говорить! — протараторил мальчик и отключился.
Следом Маша позвонила своей коллеге Светлане:
— Светик, прикрой меня перед начальством, я минут на двадцать задержусь. Кофе нужно выпить, иначе я кого-нибудь убью.
— Поняла тебя, мать. Не переживай, скажу, что ты в налоговую заехала, — сочувственно отозвалась Света.
Маша медленно шла в сторону консалтинговой фирмы, где уже восьмой год трудилась финансовым аудитором.
Мысли унесли её в прошлое.
Двенадцать лет назад они с Антоном учились в экономическом университете. Тогда за ней ухаживали два студента — Антон и его приятель Денис.
Ей льстило внимание обоих, парни постоянно соревновались, дарили цветы и водили в кино.
Всё решил один ноябрьский вечер.
Они втроем гуляли по ВДНХ, когда к ним привязалась компания агрессивных и нетрезвых парней. Денис тогда стушевался и позорно сбежал под предлогом «я позову полицию», а Антон не испугался, закрыл её собой и даже получил фингал, защищая Машу.
В тот момент она и решила, что за ним будет как за каменной стеной.
— Дура наивная, — горько усмехнулась Маша, глядя на свое отражение в витрине магазина. — Надо было тогда бежать вместе с Денисом.
Прошло двенадцать лет. Двое детей, ипотека на двушку в спальном районе. А в сухом остатке?
Муж, чьи «гениальные стартапы» прогорают один за другим, который живет за ее счет и при этом снимает малолеток прямо в их районе.
***
По пути к офису Маша заметила новую пекарню. Ароматы корицы и печеных яблок настолько манили, что она решила зайти.
Внутри женщина расставляла на витрине свежую выпечку. За кассой стояла совсем юная бариста, лет восемнадцати, с пирсингом в носу.
Маша рассматривала пышные вишневые штрудели и рулеты с маком, пытаясь заглушить душевную боль сладким.
— Таким мужьям нужно выдавать волчий билет и гнать взашей, — вдруг пробормотала она себе под нос.
Юная бариста, услышав это, оживилась:
— Ой, а вы тоже смотрите ту новую корейскую дораму про измены? Я вчера полночи не спала, так затянуло!
— Дораму? Нет. А что там? — рассеянно спросила Маша.
— Там жена узнала, что муж ей изменяет, и так как она работала поваром, стала добавлять ему в еду всякие аптечные капли! Он потом так опозорился перед любовницей, это просто отвал башки!
— Оксана, хватит болтать не по делу! — одернула девушку владелица. — Обслужите покупателя.
Маша замерла, задумчиво глядя на витрину.
— А ведь это... гениально, — протянула она.
— Что, простите? — не поняла бариста.
— Я говорю, штрудели у вас выглядят гениально. Дайте два, пожалуйста.
***
Ложь мужа не давала Маше покоя весь вечер, и в субботу утром она проснулась в шесть часов. Антон спал, смешно приоткрыв рот.
Маша аккуратно вытянула его смартфон из-под подушки. Пароль она знала давно — год рождения его любимой мамочки. Руки дрожали. Она открыла мессенджер.
Среди чатов с бывшими однокурсниками и чата ТСЖ выделялся контакт «Инвестор Анна».
Маша открыла диалог, и земля ушла из-под ног.
«Малышка, я считаю часы до нашей встречи»
«Ты заставляешь меня чувствовать себя живым»
«Завтра в три часа дня в ресторане у пруда. Жду тебя, моя нежность, столик на летней веранде забронирован»
Антон громко всхрапнул. Маша мгновенно заблокировала экран, положила телефон на место и тихо вышла на кухню.
— Инвестор, значит... Ну-ну. Я устрою тебе такие инвестиции, век не забудешь, — прошипела она.
***
В воскресенье с самого утра Маша собрала детей и отвезла их на другой конец города к дедушке. Николай Иванович, военный врач на пенсии, внукам всегда был рад.
— А где бабуля? — спросил Егор, снимая куртку.
— Бабушка в санаторий умотала на две недели, кости греть, — бас деда разнесся по коридору. — А вы вовремя! Егорка, поможешь мне этот чертов Смарт-ТВ настроить, а то каналы пропали.
— Пап, я до вечера их оставлю, мне нужно дома генеральную уборку сделать, — предупредила Маша.
— Да хоть на два дня! Справимся! — отмахнулся Николай Иванович.
На обратном пути Маша зашла в супермаркет и аптеку. Купила слоеное тесто, картошку, отборные лесные грибы, лук. И один маленький, но очень эффективный флакончик.
Дома муж еще валялся в постели. Маша закрылась на кухне. Она мелко нарезала грибы с луком, обжарила их до золотистой корочки, смешала с картофельным пюре. А затем щедро, не жалея, добавила в начинку прозрачные капли из аптечного пузырька — мощное и очень быстродействующее слабительное.
Налепила аккуратных пирожков, смазала желтком и отправила в духовку. Вскоре квартиру наполнил одуряющий запах домашней выпечки.
В час дня на кухню вполз заспанный Антон.
— М-м-м, чем это пахнет? А где банда? — он огляделся.
— У дедушки. Решила дать тебе отдохнуть. Садись, я твои любимые пирожки с грибами и картошкой испекла, — ласково сказала Маша.
Антон поцеловал ее в макушку:
— Какая же ты у меня умница! А мне, представляешь, сегодня в воскресенье нужно на стратегическую сессию ехать. Инвесторы только сегодня могут встретиться.
— Конечно-конечно, милый. Кушай, набирайся сил перед важной встречей, — Маша поставила перед ним тарелку с пылу с жару.
Антон умял шесть здоровенных пирожков, запивая их сладким чаем.
***
В половине третьего, принарядившись в свежую рубашку и надушившись дорогим парфюмом, Антон ушел «на встречу».
Как только щелкнул замок, Маша начала действовать. Она достала из кладовки огромные строительные мешки. Выгребла из шкафов всё: его костюмы, любимые толстовки, джинсы, обувь, ноутбук, зарядки. Скидывала всё без разбору.
Затем вытащила пять набитых мешков на лестничную клетку.
Из лифта как раз вышел дворник, дядя Равиль.
— Мария, помочь на мусорку отнести? — вежливо предложил он, глядя на баулы.
— Нет-нет, спасибо, дядя Равиль. Хозяин этого барахла скоро сам за ним прибежит, — мило улыбнулась Маша.
Вернувшись в квартиру, она закрыла дверь на внутреннюю задвижку, которую невозможно открыть снаружи ключом. Пустой флакончик из аптеки полетел в мусорное ведро.
***
До свидания с «инвестором» оставалось минут десять.
В дверь начали неистово колотить. Кто-то дергал ручку так, словно пытался вырвать её с корнем. Звонок разрывался.
— Маша! Маша, открой срочно! — голос Антона срывался на истеричный фальцет. Судя по звукам, он приплясывал на месте.
Маша неспешно подошла к двери.
— Кто там? — спокойно спросила она.
— Маша, это я! Открой задвижку, умоляю! Я, кажется, отравился... или ротавирус! Срочно пусти в туалет!!! — он уже буквально скулил под дверью.
— А как же инвестор Анна? — громко и четко спросила Маша. — Она ведь ждет на летней веранде.
За дверью на пару секунд повисла пауза, прерываемая лишь тяжелым, полным боли кряхтением.
— Какая Анна?! Маш, мне плохо, я сейчас прям тут всё... Открой!!!
— Всё кончено, Антон. Вещи в мешках. Можешь поискать там влажные салфетки и запасные брюки. Адвокат свяжется с тобой на следующей неделе.
— Ты ненормальная! — взвыл Антон, но звук его шагов уже стремительно удалялся в сторону лестницы, переходя в панический топот. Лифт он ждать явно не мог.
Маша подождала полчаса. Выглянула в глазок. На площадке царил хаос: один из мешков был разорван, на полу валялись джинсы, галстуки и кроссовки. Самого Антона и след простыл.
Она накинула любимое пальто, заперла квартиру и с легким сердцем поехала к отцу забирать детей.
Спускаясь на эскалаторе в метро, Маша поймала свое отражение в стекле рекламного щита. Она улыбалась.
«Уж лучше быть одной с детьми, чем стирать штаны за таким заср..цем», — подумала она и уверенно шагнула в подошедший поезд.