Россия ставит перед собой задачу технологического суверенитета. Стране нужны собственные станки, системы автоматизации, промышленное программное обеспечение, робототехника, беспилотные аппараты, оборудование для сельского хозяйства и десятки других решений, от которых зависит устойчивость экономики.
Но между инженерной идеей и серийным производством по-прежнему лежит огромная дистанция.
Небольшая команда может разработать перспективный прибор, собрать первый образец и доказать его работоспособность. После этого начинается самая сложная часть: найти деньги на доработку, получить доступ к станкам и испытательным стендам, пройти сертификацию, убедить крупную корпорацию провести испытания и наконец получить первый серьезный заказ.
Для крупного холдинга каждый из этих этапов — часть привычного производственного процесса. Для малого конструкторского бюро даже один из них может стать непреодолимым барьером.
Именно эту проблему поднял лидер ЛДПР Леонид Слуцкий в Технопарке новосибирского Академгородка.
«Малый конструкторский бизнес — это скрытый резерв технологического суверенитета страны. Сегодня эти КБ задыхаются: у них дефицит оборотных средств и дорогие кредиты, нет доступа к станкам и испытательным стендам, а бюрократия убивает инновации на взлёте. Крупные холдинги забирают все субсидии, а малые инженеры не могут пробиться ни в госзакупки, ни к корпорациям», — заявил он.
Маленькая компания может придумать технологию, но не может позволить себе завод
Специфика инженерного бизнеса заключается в том, что одного компьютера и хорошей идеи недостаточно.
Чтобы превратить разработку в реальный продукт, нужны фрезерные и токарные станки, оборудование для 3D-печати, климатические камеры, измерительные комплексы, испытательные лаборатории и специалисты, способные на них работать. Покупка такой инфраструктуры требует больших вложений, которые небольшая компания часто не может себе позволить.
Поэтому малому конструкторскому бюро приходится обращаться к сторонним подрядчикам. Каждый новый подрядчик означает дополнительные расходы, увеличение сроков и риск утечки технической информации. Даже простая доработка прототипа может растянуться на месяцы.
В результате небольшая команда, способная быстро принимать решения и создавать новые продукты, начинает проигрывать не по качеству технологии, а по объему доступных ресурсов.
ЛДПР предлагает создавать в крупных технопарках сервисные центры коллективного пользования, где резиденты смогут по принципу одного окна получить доступ к станкам, 3D-печати, климатическим камерам и другому оборудованию. Для небольших компаний предлагается ввести льготный тариф и квоту бесплатного времени.
Это позволило бы изменить саму модель работы технопарков. Сегодня часть таких площадок фактически предоставляет бизнесу преимущественно офисы, консультации и статус резидента. Но инженерной компании нужен не только стол, интернет и переговорная. Ей необходима возможность на одной площадке пройти путь от чертежа до рабочего прототипа.
Технопарк должен становиться не дорогим бизнес-центром с технологической вывеской, а полноценной производственной экосистемой.
Деньги есть, но добраться до них могут не все
В России уже создан отдельный правовой статус малой технологической компании. Федеральный закон № 478-ФЗ «О развитии технологических компаний в Российской Федерации» был принят в 2023 году. Он сформировал правовую основу для ведения реестра таких компаний и предоставления им специальных мер поддержки.
Минэкономразвития публикует перечень доступных малым технологическим компаниям финансовых, налоговых и консультационных инструментов. Статус МТК должен облегчать доступ к льготному финансированию, программам развития и поддержке при выходе на рынок.
Однако наличие программ еще не означает, что небольшой инженерный бизнес получает деньги именно тогда, когда они ему необходимы.
Технологической компании часто требуется финансирование не только на закупку оборудования, но и на период между созданием продукта и его оплатой заказчиком. Необходимо платить зарплату инженерам, закупать комплектующие, проводить испытания и дорабатывать изделие. При этом выручка может появиться только через несколько месяцев или даже лет.
Ситуацию осложняет стоимость заемных средств. На 30 июля 2026 года ключевая ставка Банка России составляет 14% годовых. Она была снижена до этого уровня решением регулятора от 24 июля, однако стоимость рыночного кредита для бизнеса остается заметно выше самой ключевой ставки.
Для обычной торговой компании дорогой кредит означает снижение рентабельности. Для небольшого конструкторского бюро он способен полностью остановить разработку, которая еще не начала приносить доход.
Поэтому спор идет не только о количестве выделяемых государством денег. Вопрос заключается в том, насколько система финансирования учитывает особенности инженерного цикла и может ли небольшая компания получить средства без многолетней кредитной истории, крупного залога и уже заключенных контрактов.
Получается замкнутый круг: без заказа компания не может привлечь доступное финансирование, а без финансирования не может подготовить продукт к требованиям крупного заказчика.
Государственные закупки растут, но рынок остается труднодоступным
Формально крупные государственные компании все активнее закупают товары и услуги у малого бизнеса.
По итогам 2025 года объем закупок крупнейших заказчиков у субъектов МСП в рамках Федерального закона № 223-ФЗ составил 9,55 трлн рублей. Поставщиками стали почти 239 тысяч малых и средних предприятий.
Растут и закупки непосредственно у малых технологических компаний. В 2025 году госкомпании приобрели у МТК товары и услуги более чем на 198 млрд рублей. Количество технологических компаний, получивших такие контракты, превысило 1,8 тысячи.
На первый взгляд цифры показывают, что проблема постепенно решается.
Но те же данные позволяют увидеть и другую сторону ситуации. К началу 2026 года в России насчитывалось более 6,5 тысячи малых технологических компаний. Контракты крупнейших госзаказчиков получили чуть более 1,8 тысячи из них. Иными словами, значительная часть технологического бизнеса по-прежнему не вышла на этот рынок.
Для небольшой компании участие в закупке нередко становится отдельным сложным проектом. Необходимо подтвердить финансовую устойчивость, обеспечить банковские гарантии, соответствовать внутренним регламентам корпорации и принять на себя ответственность за сроки поставки. Одновременно заказчик может потребовать дополнительные испытания и доработку продукта без гарантии будущей закупки.
Крупному предприятию проще выдержать длительный цикл согласований. Оно способно перераспределить расходы между подразделениями, привлечь кредит и годами ждать решения. Малое КБ живет иначе: несколько месяцев без заказа могут означать потерю команды и закрытие проекта.
Поэтому одного формального доступа к закупкам недостаточно. Необходимы механизмы, позволяющие крупным корпорациям тестировать продукцию российских инженерных компаний, запускать пилотные проекты и заключать долгосрочные договоры после успешного испытания.
Такие инструменты уже развиваются. Например, программа «доращивания» поставщиков помогает малым компаниям адаптировать продукцию под потребности крупных заказчиков. В 2025 году в рамках программы поддержку получили 31 проект на общую сумму 4,2 млрд рублей.
Но масштаб этой работы пока несопоставим с количеством инженерных компаний и потребностями российской промышленности.
Крупные холдинги должны увидеть в малом бизнесе не риск, а источник технологий
Большая корпорация обычно выбирает поставщика, способного гарантировать объем, сроки и стабильность. Это понятная логика: остановка производственной линии может стоить намного дороже потенциальной экономии.
Но избыточная осторожность приводит к тому, что заказчик снова обращается к уже знакомому крупному подрядчику. Небольшая российская компания не получает возможности даже доказать эффективность своей разработки.
Так возникает парадокс. Государство финансирует создание технологии, инженерная команда разрабатывает продукт, но рынок продолжает покупать решения у ограниченного круга крупных поставщиков.
В этой системе крупные холдинги могут не только получать основную долю субсидий, но и определять, какие разработки вообще получат шанс дойти до промышленного применения. От решения нескольких заказчиков начинает зависеть судьба целых инженерных направлений.
Слуцкий предлагает изменить отношение крупных компаний к небольшим российским разработчикам.
«Крупным заказчикам пора осознанно выбирать отечественных инженеров — это не риск, а возможность быстрее внедрять разработки и поддерживать нашу школу», — подчеркнул лидер ЛДПР.
Речь не идет о том, чтобы заставить корпорации покупать неподготовленную продукцию. Необходимо создать нормальный путь от пилотного проекта до серийного заказа: испытание, обратная связь, доработка и контракт.
Государство при этом может разделить часть первоначального риска с заказчиком, особенно если разработка относится к критически важным направлениям технологического суверенитета.
Без молодых инженеров оборудование останется пустым
Вторая часть проблемы — кадровая.
Современное производство нуждается не просто в выпускниках с дипломами, а в специалистах, которые уже работали над реальными проектами, собирали прототипы, взаимодействовали с заказчиком и понимают производственный цикл.
Для этого ЛДПР предлагает развивать сеть студенческих конструкторских бюро при университетах, вводить оплачиваемые стажировки и увеличивать квоты целевого инженерного обучения с обязательствами по дальнейшему трудоустройству.
Такая инфраструктура в России уже формируется. В 2025 году Минобрнауки впервые провело конкурс на создание и развитие студенческих конструкторских бюро. Субсидии получили 15 вузов. Сам конкурс был организован по двум направлениям: создание новых бюро и развитие уже действующих команд.
По данным Минобрнауки, к 2025 году в 78 регионах действовали сотни студенческих конструкторских бюро. Это показывает, что запрос на практическую инженерную подготовку существует по всей стране, а не только в ведущих московских вузах.
Однако для превращения студенческих бюро в полноценную кадровую систему недостаточно провести конкурс и закупить несколько комплектов оборудования.
Студенты должны получать оплачиваемую работу над конкретными задачами предприятий. У бюро должны быть заказчики, наставники из промышленности и понятная перспектива трудоустройства. Иначе успешный проект закончится вместе с защитой диплома, а выпускник уйдет туда, где выше зарплата и стабильнее условия.
Инженерное образование должно быть связано не только с количеством бюджетных мест, но и с реальным производственным заказом.
Роботизация должна усиливать российских работников
Отдельное предложение ЛДПР касается вовлечения ветеранов СВО и маломобильных граждан в управление робототехникой и средствами малой механизации.
Современное оборудование позволяет человеку управлять несколькими машинами, контролировать производственные процессы дистанционно и выполнять работу, которая раньше требовала значительных физических усилий.
Это создает возможность вернуть в активную экономическую жизнь людей, которым сложно трудиться в традиционных производственных условиях. Для этого рабочие места, интерфейсы оборудования и программы подготовки должны изначально проектироваться с учетом их потребностей.
Слуцкий формулирует эту задачу предельно жестко: один подготовленный российский оператор, управляющий роботами, способен заменить нескольких низкоквалифицированных работников.
В таком подходе роботизация рассматривается не как угроза занятости, а как способ повысить производительность труда, сохранить квалифицированные рабочие места и снизить зависимость экономики от ввоза дешевой рабочей силы.
Но для этого автоматизация должна происходить не только на крупнейших заводах. Доступ к робототехнике и малой механизации должны получать средние и небольшие предприятия, которые сегодня особенно остро сталкиваются с дефицитом кадров.
Технологический суверенитет начинается не с отчета, а с первого заказа
Россия уже создала законы, реестры, грантовые программы, технопарки, фонды и специальные закупочные механизмы. Это важная основа, без которой развитие технологического предпринимательства было бы невозможно.
Но инженер оценивает систему поддержки не по числу действующих программ.
Он смотрит, может ли получить доступ к станку. Может ли оплатить работу команды. Может ли испытать свой продукт. Может ли попасть на переговоры с крупным заказчиком. Может ли после успешных испытаний получить контракт, а не очередное предложение представить разработку на выставке.
Именно на этом уровне сегодня решается судьба технологического суверенитета.
Малые конструкторские бюро обладают важным преимуществом: они быстрее крупных структур реагируют на новые задачи, способны создавать узкоспециализированные решения и не боятся работать с небольшими сериями. Но без доступа к инфраструктуре, финансированию и заказам эта гибкость превращается в постоянную борьбу за выживание.
Предложения ЛДПР складываются в единую систему:
— дать малым инженерным компаниям доступ к производственному и испытательному оборудованию;
— превратить технопарки в площадки, где идея может пройти путь до прототипа без множества сторонних подрядчиков;
— расширить студенческие конструкторские бюро и оплачиваемые инженерные стажировки;
— связать целевое обучение с гарантированным трудоустройством;
— открыть небольшим разработчикам реальный доступ к заказам крупных корпораций;
— использовать роботизацию для создания производительных рабочих мест для российских граждан, включая ветеранов СВО и людей с ограниченной мобильностью;
— убрать бюрократические барьеры, из-за которых разработка устаревает раньше, чем получает разрешение на внедрение.
Сильная промышленность создается не только государственными корпорациями. Нередко большая технология начинается с нескольких инженеров, небольшого помещения и первого прототипа.
Задача государства — сделать так, чтобы после этого прототипа появлялись испытания, заказ и серийное производство, а не закрытое конструкторское бюро и команда специалистов, ушедших в другую отрасль.
Пока малый инженерный бизнес вынужден жить на энтузиазме, говорить о полном технологическом суверенитете преждевременно. Он станет реальностью тогда, когда российский инженер сможет не выживать между грантами и конкурсами, а спокойно создавать продукт, выходить на рынок и видеть, как его разработка работает на страну.