Он погиб больше 100 лет назад - 8 сентября 1914 года, когда уже бушевала Первая Мировая война. На момент гибели ему было всего 27 лет.
Сколько таких молодых канули в Лету, о ком давно забыли и следов от них не осталось ... Но вот именно он навечно остался в Истории и его имя не забудут точно, как не исчезает память о тех, кто стал первым! Независимо от какого-то дела - первого в любом деле помнят всегда.
Вот и он навсегда вошел в Историю мировой авиации, как совершивший за короткий срок сразу два исторических прорыва - первым в мире выполнил, как сейчас говорят - фигуру высшего пилотажа, а именно "мертвую петлю" (которую с тех пор так и называют его именем) и совершил первый в истории воздушный таран. Оба этих без всякого сомнения подвига стали символом смелости и научного подхода к авиации начала XX века.
Как догадались, уважаемые читатели, этим героем стал военный летчик, штабс-капитан Русской императорской армии Петр Николаевич Нестеров
А "мертвая петля" - это и есть "петля Нестерова". Она входит в элемент высшего пилотажа для летчиков, поэтому имя первого, выполнившего эту фигуру, не забудется никогда.
Родом Петр Николаевич был из Нижнего Новгорода, из семьи военного.
По какой-то странной и необъяснимой прихоти Музы Истории Клио и отец, и сын Нестеровы прожили всего 27 лет каждый, дослужившись только до звания штабс-капитана.
Про Петра Николаевича рассказ впереди, а его отец - штабс-капитан Николай Федорович Нестеров (1863-1890) был воспитателем в кадетском корпусе и скоропостижно скончался когда маленькому Пете было всего 3 года.
После смерти отца семья жила очень трудно. Помимо Петра у матери на руках осталось еще трое детей - старшие брат и сестра и младший брат.
Петр и старший брат Николай (к слову - будущий подполковник царской армии и будущий генерал-майор интендантской службы РККА), смогли поступить учиться в кадетский корпус на казенное содержание.
Николай Николаевич Нестеров был человеком спокойным, неконфликтным в отличие от младшего брата Петра. Тот был наоборот - резким, вспыльчивым, постоянно спорил с начальством, доказывая свою правоту. За этом имел взыскания за нарушения дисциплины - кому из начальства понравится, что с ним спорят! При этом Петр хорошо учился, в этом плане нареканий к нему не было.
Кадетский корпус он закончил с очень неплохими показателями и поступил в Михайловское артиллерийское училище, по окончании которого подпоручик Нестеров имел возможность попасть служить в достаточно неплохое место - куда-нибудь в столицу или где-либо рядом.
Но он выбрал ... Владивосток! В то время - дыра дырой "на задворках российской империи". Почему?
Нестеров был влюблен. Однако, на пути к счастливому браку стояли серьезные преграды. Во-первых, надо было получить разрешение от начальства. Но это еще полбеды. Главное - внести т.н. "реверс". Это сумма, которую офицер должен был иметь, если вдруг с ним случается непредвиденное (все-таки армейская служба, мало ли) и надо было содержать на что-то оставшуюся семью. Сумма "реверса" для подпоручика Петра Нестерова была астрономической - 5 000 рублей.
Что делать? Выход был в следующем - от "реверса" освобождались офицеры, служившие "у черта на куличках" образно говоря. Вот Нестеров и выбрал Владивосток, где располагалась 9-я Восточно-Сибирская стрелковая артиллерийская бригада.
Нестеров уже тогда был увлечен техникой, вовсю интересовался новым делом - воздухоплаванием и его применением в военном деле. Первое знакомство с авиацией, если можно так сказать, состоялось в 1909 году, когда его прикомандировали к роте аэростатчиков.
Когда Нестеров наблюдал за подготовкой аэростатов, их полетом, он просто заболел небом. Спустя 2 года, летом 1911 года, приехав в отпуск в Нижний Новгород, он познакомился с Петром Соколовым, учеником основоположника отечественного воздухоплавания профессора Н.Е.Жуковского. Вскоре Петр Николаевич стал членом Нижегородского общества воздухоплавания.
В октябре 1911 года он становится курсантом Петербургской офицерской воздухоплавательной школы. В сентябре 1912 года Петр Нестеров совершает свой первый самостоятельный полёт.
Понятно, что тогдашние аэропланы были совсем примитивными. Пилоты предпочитали летать только по прямой, даже повороты в воздухе считались смертельно опасным маневром. Нестеров яростно протестовал против подобной методики подготовки пилотов. Он говорил -
"Ведь птица, когда она хочет изменить направление полета, меняет плоскость полета, да и на земле каждый велосипедист сознательно кренится в сторону поворота"
Поэтому, нет ничего удивительного, что освоив аэроплан также, как и остальные летчики, Петр Николаевич решил, что ему этого будет совсем мало. Он был абсолютно уверен, что может на аэроплане спокойно виражи закладывать, быстро подниматься в небо, опускаться, делать "фигуры высшего пилотажа". Тогда, правда, такого понятия еще не было, но Нестеров считал, что "мертвую петлю" выполнить можно, надо только все хорошо рассчитать.
Но это было такое время, когда ему не верили, считали фантазером. Мол, "мертвая петля" на то и мертвая, выжить никому не удастся и сделать ее невозможно. Инструкторам с Нестеровым было совсем непросто - он заявлял, что тогдашние методы пилотирования несовершенны, а самолет в руках человека способен на большее.
Петр Николаевич отлично знает математику и механику, набравшись летного опыта, ставит смелые эксперименты. Теоретически обосновав возможность выполнения глубоких виражей, он сам продемонстрировал их на практике.
Нестеров настаивал - самолет может успешно совершать посадку с выключенным двигателем. Забираясь на предельные по тем временам высоты, он выключал двигатель, и кругами постепенно приводил самолет на посадку.
Нестерова направили для прохождения службы в 11-й корпусной авиаотряд Киевского военного округа. В августе 1913 года Петр Николаевич стал штабс-капитаном. Он часто подменял командира летного отряда, исполняя его обязанности. Сам много работал над совершенствованием техники пилотирования, задумывался над приемами воздушного боя.
Одновременно учил подчиненных работать в команде, взаимодействию и взаимовыручке.
Именно в тот год впервые в мире Нестеров подготовил и совершил перелет в оставе группы. Три самолета летели в строю по маршруту Киев-Остер-Нежин-Киев.
После этого перелета Нестеров всерьез задумался над исполнением "мертвой петли".
Он еще ранее узнал, что во Франции пилот Адольф Пегу сумел в воздухе, в полете сверху вниз описать нечто, напоминающую букву S.
27 августа 1913 года Нестеров поднялся в воздух. На аэродроме всегда были зрители - полеты тогда были еще редкостью и вызывали большой интерес. Вот зрители и увидели, как примерно на высоте 600 метров самолет Нестерова описал полный круг в вертикальной плоскости, а потом спланировал и сел. Схематично это выглядело вот так -
Официальный рапорт гласил - пилот на высоте примерно 800 метров выключил мотор и начал снижаться. На высоте около 600 метров включил мотор, поднял самолет вверх, описал вертикальную петлю и пошел в пике. Мотор снова выключил, выровнял самолет и благополучно приземлился.
Спустя две недели - 8 сентября - француз Пегу также исполнил "мертвую петлю". В Европе тогда был полный восторг по этому поводу, но сообщение о полете Петра Николаевича Нестерова с точным указанием времени, показаниями свидетелей заставило всех признать пальму первенства за русским пилотом. Француз Пегу также не спорил и признал приоритет Нестерова.
Стоит сказать, что спустя время Адольф Пигу приехал в Россию и выступал в Москве в Политехническом музее. О его прибытии в Россию было известно заранее, это вызвало интерес, Нестеров также прибыл в музей. Когда Пегу сообщили, что в зале находится Петр Нестеров, первым выполнивший "мертвую петлю", француз сразу попросил Петра Николаевича подняться на сцену, рассыпался в комплиментах и был очень рад знакомству. Нестеров отвечал взаимностью. Оба уважительно говорили друг о друге.
Еще два слова об Адольфе Пегу. Как и Нестеров, он погиб в воздушном бою. Через год после Петра Николаевича. Тогда уже стали ставить пулеметы, самолет Пегу во время схватки с немецким внезапно резко пошел вниз и разбился при ударе о землю. Позже выяснилось - пуля из немецкого самолета попала летчику в сердце ...
А сам Петр Николаевич продолжал свое летное дело. Он считал, что в будущей войне авиация покажет себя, будут самые настоящие воздушные схватки к которым надо готовиться. Дело не ограничится только ведением авиаразведки и корректировки огня артиллерии. При этом Нестеров разрабатывал и приемы воздушного таран. После одного из учений его спросили - Что он будет делать в реальной воздушной схватке, окажись противник сильным и умелым. Нестеров ответил - "Тогда я буду бить его колесами сверху, и полетит он не домой, а кубарем на землю".
Осенью 1913 года Нестеров выполнил первые полеты в условиях ночи с помощью прожектора. В марте 1914 года Петр Николаевич совершил перелет из Киева в Одессу за 3 часа, а 11 мая вылетел на "Ньюпоре" из Киева и приземлился в Гатчине, что стало приятной неожиданностью для местных авиаторов.
Но тогда все эти действительно серьезные события в мире авиации остались без надлежащего интереса - в воздухе реально пахло мировым конфликтом и все разговоры были только об этом.
С началом Первой Мировой войны Петр Николаевич Нестеров воюет на Юго-Западном Фронте. Он совершил несколько разведывательных полета, получил важные сведения.
В одном из полетов 20 августа 1914 года с самолетом Нестерова (это уже был "Моран") случилась поломка - заглох двигатель. Летчик вместе с наблюдателем был вынужден посадить самолет на вражеской территории. Повезло, что местные жители - русины - не выдали летчиков австрийцам, а показали, как добраться и перейти линию фронта.
В этот день Нестерову и его товарищу повезло дважды. Первый раз - местные жители русины помогли. Но уже на подходе к линии фронта прямо лоб в лоб натолкнулись на внезапно появившегося австрийского солдата. Дело могло закончиться плохо, но солдат оказался ... тоже русином! Симпатизировал русским и попросил взять его с собой.
Так авиаторы и перешли линию фронта вместе с австрийским солдатом-перебежчиком.
Спустя несколько дней после возвращения в отряд туда прибыл генерал-квартирмейстер штаба 3-й армии полковник М.Д.Бонч-Бруевич. В ходе общения с летчиками он пожаловался на "обнаглевший австрийский самолет", что уже сидит в печенках. Совершает разведывательные рейсы, сбрасывает бомбы на русские позиции. Словом - надоел.
Тогда Нестеров спросил как можно прекратить эти полеты австрийца? Оружия на самолете нет, только личное у летчика. Ответ Бонч-Бруевича был категоричным -
"Надо придумать способ атаки и напасть на этого австрийца. Мы на войне, а не на маневрах! Надо рисковать, раз этого требует обстановка. Я верю в храбрость русских летчиков!"
Словом - я сказал, а вы уже думайте, как приказ исполнить. А кроме храбрости, как с вооружением самолета?
Стоит сказать, что Нестеров был командиром 11 корпусного авиаотряда и одним из первых применил методику бомбометания приспособленными для этого артиллерийскими снарядами.
25 августа в ответ на действия австрийцев он совершил одну из первых бомбардировок позиций неприятеля с воздуха. Очень удачно при этом. Нестеров сбросил подготовленный боеприпас прямо в скопление пехоты, повозок на мосту. Ущерб австрийцам был нанесен конкретный.
А 26 августа 1914 года состоялся последний полет знаменитого русского летчика Петра Николаевича Нестерова.
Это было у городка Жолква (Львовская область). В тот день Нестеров пытался перехватить австрийские "Альбатросы", но из-за технической неисправности так и не смог взлететь, австрийцы улетели. Однако спустя некоторое время в небе появился еще один "Альбатрос" и стал кружить над русским аэродромом.
Тогда Нестеров вскочил в первый исправный самолет, как вспоминали потом - даже не успел пристегнуться ремнями, и взлетел. Это и стало фатальным для него.
Нестеров быстро догнал австрийца. Но что делать? Его неоднократные обращения к вышестоящему командованию установить на самолете пулемет так и остались без ответа. Теперь вся надежда была только таран, что летчик и совершил.
Очевидцы вспоминали, что Нестеров догнал австрийца, пересек его курс и ударил по неприятельскому самолету. Возможно Нестеров попытался ударить аэроплан противника по крылу своим шасси, но на скорости врезался винтом в крыло вражеского самолета.
Вполне вероятно, что Петр Николаевич допустил ошибку - ударил в середину "Альбатроса". От его самолета при ударе оторвался мотор, сам самолет сильно разрушился. Скорее всего, как предполагали современники, пилот мог погибнуть в момент столкновения.
Австрийский самолет из-за полученных повреждений стал разваливаться в воздухе и тоже рухнул на землю, экипаж погиб.
Бонч-Бруевич вспоминал -
"... кувыркаясь и переворачиваясь неприятельский самолет стремительно полетел вниз, я готов был поклясться что заметил - он распался в воздухе ... все мы считали, что бой закончился победой нашего летчика, что он вот-вот благополучно приземлится ... неожиданно я увидел, как из русского самолета выпала и, обгоняя падающую машину, стремглав полетела вниз крохотная фигурка летчика. Это был Нестеров ..."
Парашютов тогда еще не было, тело Петра Николаевича нашли среди обломков его самолета и австрийского.
Петр Николаевич одержал победу ценой собственной жизни. Это стало очень широко известно, даже противник был в курсе. Германский кайзер Вильгельм II, узнав о подвиге русского летчика, пожелал своим пилотам -
"Я желаю, чтобы мои авиаторы стояли на такой же высоте мужества и проявления искусства, как это делают русские..."
31 августа при большом стечении народа в Киеве состоялись похороны русского летчика штабс-капитана Петра Николаевича Нестерова.
Памятник на могиле летчика на кладбище в Киеве
В Жолкве был создан мемориальный музей памяти П.Н.Нестерова, а на месте его гибели воздвигнут памятник.
Увы, годы безвременья (нет, нет, не с 1917, как может кто-то подумать, а уже с 1991 года на "независимой Украине") вот к такому печальному результату привели. Это то, что из себя сегодня представляет мемориальный музей Нестерова в г.Жолква
Сейчас музей пришел в полное запустение. Памятник Нестерову был варварски снесен. Более того - в 1994 году на том же месте был с помпой открыт памятник Евгену Коновальцу, основателю ОУН - Организации Украинских Националистов. Который во время Первой Мировой служил австрийцам, а в 1930-е годы клялся в дружбе Гитлеру, призывая под его знамена националистов вот такими словами - "Станьте густым казацким строем на стороне Гитлера, который создаст ворота на Восток!".
Друг и ученик Нестерова Евграф Крутень успел написать несколько книг памяти П.Н.Нестерова, они содержали анализ его теоретических наработок. Знаменитый советский ас Иван Никитич Кожедуб очень внимательно изучал эти работы. А Юрий Гагарин, когда его спросили, с чего начинается летчик, говорил, что лучшим ответом могла бы служить жизнь Петра Николаевича Нестерова.
Младший брат Петра Николаевича - поручик Михаил Николаевич Нестеров, также ставший военным летчиком, погиб при испытании нового аэроплана ровно через месяц после гибели Петра - 8 октября 1914 года. Какая-то несправедливость от Музы Истории Клио ...
Спасибо, что дочитали, подписывайтесь, комментируйте, ставьте лайк. Если решите поддержать автора - буду очень признателен и благодарен.