Николай Щорс начинался вовсе не с бронепоезда, красного знамени и песни. Он начинался с медицинского образования.
В 1914 г. будущий герой Гражданской войны окончил Киевскую военно-фельдшерскую школу. То есть формально Щорс действительно был фельдшером. Но здесь сразу нужна важная оговорка: это был не земский фельдшер, не сельский медицинский работник, который годами принимал роды, перевязывал раны, лечил воспаления лёгких и ездил по деревням. Щорс был прежде всего военным фельдшером — человеком, подготовленным для армии, фронта, раненых, перевязочных пунктов и полковой повседневности.
По специальности он послужил, но недолго. После фельдшерской школы его направили в артиллерийскую часть. Первая мировая война быстро меняла биографии: вчерашний мальчик из Черниговщины становился военным медиком, затем фронтовиком, затем офицером. Щорс прошёл ускоренную подготовку в военном училище и уже в 1916 г. получил офицерский чин. – Так медицина в его судьбе оказалась не профессией на всю жизнь, а первой ступенью военного маршрута.
Это особенно интересный тип биографии. Мы привыкли, что медицинское образование ведёт человека в больницу, лабораторию, клинику, кафедру. Но в начале XX в. оно нередко вело на войну. Фельдшерская школа давала не только навыки перевязки и ухода. Она давала дисциплину, грамотность, понимание человеческого тела, привычку действовать в экстремальной ситуации. На фронте это могло быть важнее университетских рассуждений. Щорс оказался человеком именно такого времени: фельдшерская подготовка, мировая война, офицерская школа, распад старой армии, революция, Гражданская война.
После 1917 г. он стал одним из командиров красных украинских формирований. В советской версии биографии всё выглядело почти эпически: молодой командир, народный герой, «украинский Чапаев», человек, который идёт впереди отряда. Медицинская часть биографии почти исчезла. Фельдшер растворился в командире. И это неудивительно: советской культуре нужен был не фельдшер Щорс, а герой Щорс.
Образ закрепила песня. Многие помнят её по первой строке — «Шёл отряд по берегу…». Иногда в памяти она превращается в более мягкое «по бережку», но смысл тот же: красный командир, рана, кровь, движение вперёд. Песня сделала из реального человека почти икону. Дальше работали кино, учебники, памятники, названия улиц.
При этом реальная биография была гораздо менее плакатной.
Щорс не был профессиональным полководцем старой школы. Он был человеком, которого война очень быстро вытащила из одной роли и поставила в другую. Сначала фельдшер, потом офицер, потом красный командир. Его военная карьера длилась всего несколько лет. Он погиб в 24 года — возрасте, в котором многие только заканчивают учёбу и начинают понимать, кем хотят быть.
Смерть Щорса — отдельная и до сих пор тревожная часть истории. Официальная советская версия была простой: погиб в бою в августе 1919 г. Командир на передовой, пуля врага, геройская смерть. Эта версия хорошо ложилась в песню и памятник.
Но позже появились вопросы. При эксгумации и изучении останков обратили внимание на характер ранения головы. Возникла версия, что выстрел мог быть сделан не с той стороны, откуда ожидали бы вражескую пулю. Отсюда родились подозрения: не был ли Щорс убит своими? Не стал ли он жертвой политических или военных интриг внутри красного лагеря?
Здесь важно не подменять историю детективом. Точно доказанной альтернативной версии нет. Но и совсем закрытой история смерти Щорса не выглядит. Корректнее сказать так: официально он погиб в бою, однако обстоятельства ранения породили устойчивые сомнения и сделали его смерть одной из странных смертей Гражданской войны.
Почему же нам вообще стоит вспоминать, что Щорс был фельдшером? - Потому что это возвращает в историю живого человека. Не бронзового командира. Не песню. Не школьный портрет. А молодого человека из начала XX века, которого эпоха несколько раз переодела. Сначала в форму военно-фельдшерской школы. Потом в форму офицера Российской императорской армии. Потом в форму красного командира.
Медицина в этой биографии — короткая глава. Но без неё образ получается неполным. Фельдшерская подготовка была частью той социальной лестницы, по которой способный юноша из провинции мог выйти в большую историю. Армия дала ему профессию, война дала опыт, революция дала власть, а советская культура дала легенду.