У нас появилась Чина. Нет, сначала, конечно, пришёл Денис. Он взял кисточки и краски, но вместо китайских иероглифов написал Чину. Нет, если вы умеете читать английские буквы и слова, то наверняка прочли бы China — чайна, что по-английски значит «Китай». На рисунке был домик с загнутыми углами крыши, летящий карниз — фэй янь, было солнце в стиле гохуа. В тот вечер всё могло быть китайским, но Чина была наша, дачная!
Если рассказывать по порядку, то надо сказать о том, что дети учили историю: читали в учебнике о Цинь Шихуанди, о Великой Китайской стене, об изобретении бумаги и пороха, об изготовлении шёлка и компаса, о занятиях медициной и каллиграфией, о культивировании риса и чая.
«Зачем мне учить историю?» — спрашивал меня то один ученик, то другой.
«Я не люблю историю, я люблю математику и рисование», — говорила одна ученица.
«Я не люблю Китай, я люблю Японию», — повторял другой ученик.
Я не знал, что отвечать своим ученикам, и вместе с ними читал учебник истории Древнего мира. Читал о Конфуции, который говорил о ритуале и порядке. Вспоминал, что на Руси говорили о чести и чине.
В «Суждениях и беседах» Конфуция записано: «Сыновняя почтительность и братская любовь — это корень гуманности».
В «Поучении» Владимира Мономаха записано: «Старых чтите, как отца, а молодых, как братьев».
В «Суждениях и беседах» Конфуция записано: «Молодежь дома должна быть почтительна к родителям, вне дома — уважительна к старшим, отличаться осторожностью и искренностью (правдивостью), обильною любовью ко всем и сближаться с людьми гуманными. Если по исполнении сего останется свободное время, то посвящать его учению».
В «Поучении» Владимира Мономаха записано: «Что умеете хорошего, то не забывайте, а чего не умеете, тому учитесь — как отец мой, дома сидя, знал пять языков, оттого и честь от других стран. Леность ведь всему мать: что кто умеет, то забудет, а чего не умеет, тому не научится. Добро же творя, не ленитесь ни на что хорошее, прежде всего к церкви: пусть не застанет вас солнце в постели. Так поступал отец мой блаженный и все добрые мужи совершенные».
Когда читаешь по отдельности, то видишь: вот китайская мудрость, а вот русская мудрость, но когда думаешь обо всём вместе, то понимаешь: вот — мудрость.
Я читал, думал, а что делать, не знал. И тогда мы поехали в музей. Дети знали, что даже во время маленького путешествия их угостят чем-нибудь необычным, и согласились. А в музее Востока была экскурсия про Китай. Об этой экскурсии чуть позже написала Настя.
«Мы ездили на лекцию про Китай. Ещё до лекции я с Никитой ссорилась! Ну да ладно, мы вошли в зал и узнали: я со всеми ребятами буду вызволять духа!
Сперва мы поговорили о местности Китая, об императорах, о создании мира и мифологии.
Нам рассказали, что китайские императоры с детства видели очень много жёлтого цвета! Показывали, где живёт император. Говорили, что у него есть наложницы: младшие, средние и старшие; они жили во внутреннем дворце.
Ещё нам показали фигурки. Мы погладили пузико у духа, и нам дали две шоколадные монеты!»
Ученики вышли с экскурсии очень довольными. Я думал, что они были довольны тем, что узнали, а они, наверное, были довольны общением друг с другом, с другими детьми и взрослыми и неожиданным сладким подарком!
«Пойдём, нас впереди ждёт настоящий китайский чай!» — сказал я, и мы все отправились в чайную. Это оказалась самая настоящая чайная, там ничего не было, кроме чая, а выбирать мы ещё не умели, поэтому воспользовались подсказками чайного мастера. Нам принесли маленькие пиалы и прозрачный чайник с горячей водой.
— Это вода? — спросили дети.
— Это чай, — ответили им.
Когда разлили чай в пиалки, и каждый взял свою и попробовал, то собственным вкусом убедился, что это чай, необычный вкусный белый китайский чай. Мы пили и разговаривали, и мечтали, как снова пойдём на экскурсию, но теперь уже про Японию. Добрые мысли и чувства, как пар от чая, кружились в воздухе, и всех на свете хотелось познакомить с красивой китайской историей и угостить вкусным китайским чаем.
У нас в Дачной школе есть уроки каллиграфии и чтение у камина. Это днём. Но воскресным вечером к нам пришли друзья и соседи.
Алла Николаевна учила писать иероглифы, как учат писать картины. И за палочками и крючками стали возникать знаки:
日 - солнце
月 - луна
福 - счастье
Я читал у камина легенду провинции Гуйчжоу о девушке по имени Тай-ян и юноше по имени Юэ-лян.
«В одной китайской деревушке жила молодая девушка по имени Тай-ян. Она была умницей и красавицей и любила юношу по имени Юэ-лян, который жил по соседству. Юэ-лян тоже любил Тай-ян».
В камине разгорался огонь, а у душе каждого из нас разгорались страсти:
«Когда пришло время Тай-ян выходить замуж, родители просватали её за злого и всемогущего колдуна по имени Мошу-ши».
«Выпрыгнула Тай-ян в окно и убежала к пруду, а Юэ-лян уже сидел на чёрном камне и ждал её. Она тоже села на камень».
«„Я заставлю тебя полюбить меня и быть моей женой, Тай-ян!“ — злобно прорычал Мошу-ши».
Что получилось у Мошу-ши и что у него не вышло, чем закончилась эта история, в которой даже небесные звёзды оказались разлучены, каждый может узнать, взяв в руки красивую книгу и прочитав эту и другие китайские сказки.
Наш вечер завершился китайским чаепитием и просмотром китайской акварельной анимации «Впечатление от гор и вод» мастера Тэ Вэя.
И ещё долго играли дети, беседовали взрослые, рождались планы будущих встреч и свершений. И только Чина смотрела на нас с листа в ожидании своей собственной истории, своего одушевления и воплощения, в ожидании нашей могущественной анимации и нашего совместного творчества.