«Бандитский Петербург» — нестареющая классика. «Город, которого нет» до сих пор поют в караоке, а фразы Антибиотика не цитировал только ленивый. Но статус классики не означает, что к сериалу нет вопросов: если включить его сегодня, они появятся уже с первых серий. Разбираемся, за что «Бандитский Петербург» критикуют и почему все равно продолжают любить. Сериал задумывался как честный портрет 90-х по книгам журналиста Андрея Константинова. Но на экране случился перекос: Барон в исполнении Кирилла Лаврова — мудрый вор старой школы, которому искренне сочувствуешь, Челищев Дмитрия Певцова — благородный мститель, а не преступник. Даже Антибиотик Льва Борисова считывается зрителем как колоритный дедушка, а не воплощение зла. Честные сотрудники вроде Кудасова показаны заложниками системы. Сопереживать таким героям сложнее, чем харизматичным бандитам, поэтому вместо предупреждения об опасности преступного мира получилась его романтизация. Владимир Бортко снял «Барона» и «Адвоката» — эти две ча