Каждое утро я просыпаюсь и, как наркоман, тянусь к телефону проверить ленту. И каждое утро меня встречает одно и то же: «За ночь сбито столько-то», «Прилетело во столько-то», «Скорость рекордная», «Количество небывалое». Мы превратились в бухгалтеров апокалипсиса. Складывается ощущение, что мы уже не люди, а просто большой статистический отдел, который считает чужие болванки. И знаете, меня это достало. Не война достала, нет. Достала форма этой войны в наших головах.
Давайте признаемся честно. Когда мы видим цифру «сбито 20 из 20», в глубине души мы уже не радуемся. Мы просто ставим галочку: «Ок, система работает». Когда мы видим «попадание в инфраструктуру», мы уже не ужасаемся, мы сверяемся с картой: «О, это северо-восточнее, у меня там никого нет, проехали».
Мы скатились в какую-то компьютерную игру в жанре «Тower Defense» с графикой из новостных сводок. Но жизнь — это не метрика. И вот тут я хочу копнуть глубже некуда.
Первое: Обезличивание боли.
Когда я слышу «уничтожен склад боеприпасов», я понимаю, что за этим казенным словосочетанием стоит не только «хлопок». За этим стоит чья-то работа, чей-то страх, чей-то расчет, который оказался неверным. Но новостная лента сводит это к байту информации. Мы потеряли сенсорику. Мы видим цифры, но не видим шрамов. Мы обсуждаем «железо» так, будто оно не предназначено убивать, а предназначено развлекать наш мозг математикой.
Второе: Подмена понятий.
Раньше новости были историей. Сюжетом с началом, кульминацией и концом. Сейчас новости — это просто биржевой тикер. «Было 10 дронов — стало 0. Индекс стабильности вырос на 2 пункта». Мы перестали спрашивать: «Зачем?», «Почему?», «Кто?». Мы спрашиваем только: «Сколько?». Это подмена понятий, инверсия смыслов. Нам продают войну как футбольный матч, где главное — счет на табло. Но в войне не бывает ничьей, а статистика не лечит ПТСР.
Третье, самое страшное: Эффект привыкания.
Человеческий мозг устроен так, чтобы защищаться от перегрузок. Мы привыкаем к новому фону жизни. Мы уже не вздрагиваем от сирены в телефоне, мы просто смотрим на время: «Ну, еще полчасика побудем в коридоре, и выйдем». Мы адаптировались к дронам. И вот эта адаптация — самый опасный вирус. Потому что если мы привыкаем к смерти как к контексту, мы перестаем быть людьми. Мы становимся биомассой, которая просто наблюдает за перемещениями железа в небе.
Я не призываю удалить новостные ленты. Я призываю к другому: давайте остановимся на секунду в этом бесконечном потоке «Сбито/Не сбито». Давайте посмотрим в глаза фактам без посредников в виде сухих строчек.
Каждый «прилет» — это не пункт в сводке. Это дыра в заборе, это звонок матери, это зажженная свеча. Каждый «сбитый» — это не просто «молодцы», это кусок металла, который мог упасть в чей-то огород, но упал в поле, оставив воронку. Но мы должны помнить: за воронкой стоит тишина. А тишина — это то, что нам пытаются заменить гулом моторов и трескотней новостных каналов.
Заключение:
Я устал от дронов не как от оружия. Я устал от дронов как от навязчивой идеи медиа. Мы достойны большего, чем просто быть калькуляторами для пересчета боеприпасов.
Давайте сегодня просто помолчим. Не в знак протеста, а в знак уважения к тем, для кого это не статистика, а жизнь. И давайте требуйте от новостей не цифр, а сути. Потому что, если мы не остановимся в этом бешеном забеге за сводками, мы рискуем проснуться однажды, понять, что все уже кончилось, но мы это просто не заметили, потому что были слишком заняты подсчетом.
Накипело. И, кажется, не у одного меня.
Ваш автор, который сегодня выключает уведомления.