Мы предложили ей чай и пирог. Она же решила, что попала в спа-отель
Моя мама всегда была из тех людей, которые способны завести друзей там, где остальные едва решаются встретиться взглядами.
Дайте ей пять минут — и она уже знает, что у двоюродной сестры нового знакомого камни в желчном пузыре, а его собаке скоро предстоит операция.
Поэтому, когда мама между делом сообщила, что пригласила на обед «одну чудесную женщину из больничного кафе», никто из нас не придал этому особого значения.
— Она показалась мне одинокой, — объяснила мама, нарезая огурцы так сосредоточенно, словно готовила пир для королевы. — Очень вежливая, образованная. Работает с анестезиологом.
Последняя деталь, видимо, должна была нас успокоить.
Хотите поддерживать отличное самочувствие и естественную красоту, используя все богатство дикой природы? В Telegram-канале «Сила Сибири (для здоровья)» мы делимся секретами эффективного применения продукции Siberian Wellness, рассказываем о самых выгодных акциях и новинках бренда, которые помогут вам всегда оставаться в тонусе. Присоединяйтесь к нашему сообществу, чтобы не пропускать полезные советы по оздоровлению и эксклюзивные предложения для тех, кто выбирает натуральный подход и проверенное сибирское качество.
Наш канал в MAX: https://max.ru/join/wq0qcpxu4w_BootXIYDjQv-Fl0wr77C6IG-wmc_2baI
И в каком-то смысле успокоила. Медсестра, работающая с анестезиологом, звучало вполне солидно.
Если бы мы только знали.
Сам обед начался совершенно нормально.
Женщина пришла в аккуратной блузке с цветочным узором и принесла маме небольшой подарочный пакет с красивыми кухонными полотенцами. Она была разговорчивой — с той немного чрезмерной восторженностью, которая бывает у людей, отчаянно пытающихся убедить всех вокруг в своём обаянии.
За первые десять минут она четыре раза похвалила наш дом.
— О, какая у вас красивая лестница!
— О, какая чудесная кухня!
— Наверное, и наверху у вас очень красиво!
Последняя фраза должна была стать первым тревожным сигналом.
Но мы были слишком заняты куриным салатом и попытками изображать интерес к светской беседе.
Гостья говорила много. В основном о совершенно незнакомых нам людях.
Выяснилось, что анестезиолог, с которым она работала, был «блестящим специалистом, но эмоционально недоступным человеком».
Честно говоря, это самая анестезиологическая характеристика, которую мне когда-либо доводилось слышать.
Мама сочувственно кивала, разливая холодный чай. Я в основном молчала и наблюдала.
Что-то казалось… неправильным.
Знаете, когда человек улыбается немного дольше, чем нужно? Будто пытается воспроизвести нормальное человеческое общение по памяти?
Вот именно так.
Тем не менее обед прошёл спокойно. Мы поели, поговорили и добрались до десерта.
Мама принесла чай и пирог. Мы уже собирались снова сесть за стол, когда женщина вежливо улыбнулась и спросила:
— Можно воспользоваться вашей ванной?
— Конечно, — ответила мама. — Гостевой туалет дальше по коридору.
Прошло пять минут.
Ничего необычного.
Прошло десять.
Ну ладно.
Прошло пятнадцать.
Теперь мы уже переглядывались.
Мама нахмурилась.
— Можешь проверить, всё ли с ней в порядке?
Я пошла по коридору, ожидая чего угодно, связанного со здоровьем. Может быть, ей стало плохо. Может, она упала. Или ей просто неловко позвать на помощь.
Чего я совершенно не ожидала, так это шума льющейся воды на втором этаже.
Я несколько секунд стояла на месте, пытаясь осознать происходящее.
Ванная наверху была не просто не гостевой. Она находилась прямо рядом со спальней моих родителей. Чтобы туда попасть, нужно было сознательно проигнорировать мамины указания.
И это была не вода из-под крана.
Это был шум наполняющейся ванны.
Мой мозг буквально завис.
Я медленно поднялась по лестнице, уже чувствуя себя героиней первых минут документального фильма о загадочном преступлении.
Дверь ванной была закрыта. Из-под неё выползал пар.
Потом я услышала плеск.
Я осторожно постучала.
— Эй, всё в порядке?
И эта женщина — совершенно незнакомая женщина, которую мама встретила возле витрины с кексами в больничном кафе, — весело крикнула в ответ:
— Я просто решила быстренько принять ванну!
Я застыла, размышляя, не умерла ли случайно во время обеда и не попала ли теперь в ад.
— Э-э… — умно ответила я. — Хорошо…
А затем она произнесла фразу, которая преследует меня до сих пор:
— Не принесёшь мне мою сумку?
Простите, что?
Я посмотрела на закрытую дверь так, словно она лично меня оскорбила.
— Нет, — немедленно ответила я.
Женщина легко рассмеялась, будто это я вела себя нелепо.
— Ой, да не переживай, дорогая. Просто передай её через дверь!
Ну уж нет.
Я не собиралась становиться соучастницей психотического спа-отдыха, который она решила устроить в ванной моих родителей.
Я вернулась вниз. Мама тревожно ждала меня.
— Ну что? — прошептала она.
— Она принимает ванну.
Мама моргнула.
— Что?
— Она наверху. В твоей ванной. Моется.
Наступило секунд пять полной тишины, пока мамин мозг пытался перезагрузиться.
— Ты шутишь.
— Хотелось бы.
Папа немедленно расхохотался, потому что иногда мужчины начинают смеяться, когда ситуация настолько ужасна, что мозг отказывается признавать её реальность.
Мама тем временем выглядела так, будто вот-вот потеряет сознание.
— Эта женщина моется в моей ванной?
— В данный момент — да.
— Ты уверена?
И именно в эту секунду сверху донеслось:
— Кто-нибудь может принести мне полотенце?
Я буквально увидела, как душа покидает мамино тело. Никогда прежде человек не старел так стремительно у меня на глазах.
Мама поднялась до середины лестницы и позвала гостью, изо всех сил стараясь оставаться вежливой. Её хорошо воспитали, а потому она была физически неспособна сразу крикнуть человеку, чтобы тот немедленно убирался из её дома.
— Вообще-то мы все ждём вас внизу…
Женщина перебила её:
— Я ненадолго!
Затем она приняла то, что можно описать только как самую основательную ванну в истории человечества.
Это было не быстрое ополаскивание и не попытка слегка освежиться.
Нет.
Она устроила себе полноценную роскошную спа-процедуру.
В какой-то момент мы услышали, как она напевает.
НАПЕВАЕТ.
Будто отдыхает в загородном спа-центре, а не держит в эмоциональном заложничестве незнакомую семью из пригорода.
Время от времени она выкрикивала новые просьбы:
— Можно ещё одно полотенце?
— У вас есть лосьон для тела?
— Кто-нибудь может принести мне лезвие?
У мамы едва не случился инсульт.
— ЛЕЗВИЕ ЗАЧЕМ? — закричала она, прежде чем кто-либо успел её остановить.
— Ноги побрить!
Не знаю, что на меня нашло, но я начала смеяться так сильно, что из глаз потекли слёзы.
Представьте, насколько уверенно нужно чувствовать себя в чужом доме, чтобы:
проигнорировать гостевой туалет;
набрать себе ванну;
попросить средства для ухода;
и, судя по всему, приступить к полному техническому обслуживанию собственного тела.
Кто вообще так делает?
Кто приходит в гости на обед, а затем постепенно превращается во временного жильца?
Но самое странное заключалось в том, что она вела себя так, будто ненормальными были мы.
Каждый раз, когда мама пыталась намекнуть, что происходящее, возможно, немного неуместно, женщина с абсолютной жизнерадостностью отвечала:
— Я уже почти закончила!
— Продолжайте без меня!
— Мне просто нужно было немного расслабиться!
Расслабиться после чего?
После обеда?
А мы тем временем сидели внизу в полном оцепенении, пока по дому разносилась симфония её купания.
В какой-то момент папа предположил:
— Может, она бездомная?
Честно говоря, версия была вполне разумной.
Только она явно не была бездомной.
На ней была хорошая одежда, сумочка выглядела дорогой, приехала она на вполне приличной машине и, по её словам, работала в сфере здравоохранения.
По крайней мере, она так утверждала.
Нет, это была не отчаянная необходимость.
Это было чистое, ничем не разбавленное безумие.
Почти через два часа — ДВА ЧАСА — она наконец спустилась вниз.
Свежая, расслабленная и сияющая.
Словно только что вернулась из оздоровительного центра.
И у этой женщины хватило наглости улыбнуться и сказать:
— Это было чудесно.
МОЯ МАТЬ ВЫГЛЯДЕЛА ТРАВМИРОВАННОЙ.
Женщина села за стол так, будто ничего необычного не произошло, и потянулась за ещё одним куском пирога.
Я уже не могла смотреть на неё прямо, потому что боялась снова рассмеяться.
Мама, из последних сил цепляясь за правила приличия, осторожно спросила:
— Вы смогли найти всё необходимое?
И женщина ответила:
— О да. У вас замечательные средства для ванной.
Я увидела, как мама обеими руками вцепилась в край стола.
Именно в этот момент она осознала, что незнакомая женщина пользовалась её шампунем.
Думаю, мало что может сравниться с открытием, что кто-то без разрешения израсходовал твой дорогой кондиционер.
В конце концов женщина радостно попрощалась, словно день прошёл просто идеально.
Как только за ней закрылась входная дверь, мама заперла замок так, будто наш дом находился под вооружённым нападением.
Примерно десять секунд никто не произносил ни слова.
А затем папа сказал:
— Ну что ж.