Почему не встанет русская земля
Человеку политически осознанному свойственно часто рассуждать о судьбах нации, народа, страны. Мы «привыкли» надеяться на народ во время кризисов и бояться его в кратких передышках между кризисами. Но в наше новое чудное время эти привычные рассуждения и ожидания требуют некоторых корректировок, часто довольно значительных.
Народ (вариант — нация) — это ведь не совокупность людей, которые живут на какой-то территории. И не люди, говорящие на одном языке. И не люди, верящие в одного бога. И не гены, не кровь, не паспорт.
Народ в современном значении — это политические и идеологическое понятие, в нем вообще нет ничего «материального». Как говорят социологи, народ (нация) — это «воображаемое сообщество», которое позволяет его членам отделять «своих» от «чужих».
«Воображаемым сообществом» народ называют потому, что, в отличие от реальных сообществ, никогда невозможно, чтобы каждый представитель народа лично знал всех остальных и общался с ними:
«Члены даже самой маленькой нации никогда не будут знать большинства своих собратьев-по-нации, встречаться с ними или даже слышать о них, но в уме каждого из них живёт образ их общности».
Вот это важно — образ общности — единство понимания истории, общность ценностей, чувство товарищества и братства в отношении представителей своего народа, солидарность и готовность к взаимопомощи.
На этом «нематериальном активе», который есть у каждого представителя каждого народа, основаны все достижения последних двух веков, в том числе все победы России.
Народы (нации) существовали не всегда, а появились всего каких-нибудь 250 лет назад — вместе с секуляризацией, развитием СМИ, расширением доступа к образованию, появлением больших государств, включавших в себя многие разные народности и племена. Народы стали с того времени субъектами истории, это они обеспечили невероятный прогресс человечества в последние 200 лет, результатами которого мы все живем.
Но в XXI веке, благодаря дальнейшему развитию образования, секуляризации, средств коммуникации, народы стали размываться, дробиться, исчезать. В этом смысле история повернула вспять. И Россия не исключение.
Какой у нас сегодня «образ общности» и есть ли он вообще? У нас есть единство понимания истории, общность ценностей? Где чувство товарищества и братства? Куда подевались солидарность и готовность к взаимопомощи?
Кто для нас свои и кто чужие? Каждый решает этот вопрос индивидуально, и перед своими проблемами оказывается в одиночестве. Мы живем в стране, где «у кого-то проблемы с бензином», «кого-то постоянно бомбят», «кто-то перебрал кредитов», «кто-то где-то воюет», «кого-то обманывают мошенники», а мы продолжаем жить, как жили. Это ведь всё не мы. Это не «наш народ», это разные люди, ничем с нами не связанные и не связанные между собой. И никому ничем не обязанные.
Нет чувства общности — народа нет. И потому — не встанет русская земля.
Смехотворны заклинания про «единение народа» на фоне 30 лет непрерывных и успешных усилий власть предержащих по разъединению народа, по его отчуждению от страны, по его атомизации и натравливанию всех на всех. В совокупности с общемировыми историческими, культурными, экономическими и социальными тенденциями эти усилия, по сути, убили народ России. Вряд ли это можно поправить восклицаниями и призывами, при этом не подкрепленными никакой заинтересованностью в людях.
Но если необходимость в людях, их активности, их способностях, их творческих усилиях всё-таки будет кем-нибудь осознана, то объединение еще возможно, скорее всего. Но только — на совершенно новых, соответствующих времени основаниях.
