Света позвонила Марине в тот момент, когда та держала в одной руке папку с договорами, а второй пыталась достать из ящика степлер.
– Ты сейчас можешь говорить?
Голос у Светы был не обычный. Не веселый, не суетливый, а такой, как будто она уже влезла во что-то неприятное и теперь не знает, как вылезти прилично.
– Могу. Что-то случилось?
– Слушай, только не дергайся сразу.
– Света.
– Я серьезно. Я уже неделю думаю, говорить тебе или не лезть. Но если бы это была я, я бы хотела знать.
Марина положила степлер обратно в ящик и села.
– Да говори уже.
– Я сижу на сайте знакомств.
– Ты?
– Не для себя, не начинай. Подруге помогаю. У нее после развода крыша едет, она то удаляется, то регистрируется. Я ей фото подбираю, переписку читаю. В общем, неважно. Я там твоего Олега увидела.
Марина даже не сразу поняла, что услышала.
– Какого Олега?
– Твоего.
– Свет, ты чего?
– Я тоже сначала так сказала. Потом еще раз увидела. Потом в третий. Фото его, и не старое. Нормальное такое, где он в синей рубашке, когда вы летом в ресторан ходили.
– Не может быть этого!
– Я потому и молчала. Думала, мало ли, но там не похожий мужик, Марин. Там он.
Марина выпрямилась в кресле так резко, что задела коленом тумбу.
– Ты сейчас мне это зачем говоришь?
– Затем, что если промолчу, потом самой противно будет. Я тебе скрин скину, только ты сначала сядь нормально.
– Я и так сижу.
– Марин, ты меня слышишь? Я не шучу.
У коллеги через стол звякнул телефон, кто-то за стенкой засмеялся, принтер выплюнул листы. Все продолжало идти своим ходом, и от этого звонок Светы казался еще гаже.
– Скидывай, что уж теперь, - сказала Марина.
Света сбросила фото через минуту. Марина открыла его не сразу. Сначала разблокировала телефон, потом зачем-то свернула экран, потом снова открыла. На фото был ее Олег. Нормальное свежее фото, которое она сама делала прошлой осенью, когда он вдруг попросил снять его отдельно, без нее и без детей. Еще пошутил тогда: поставь, может, в некролог пригодится. Марина тогда даже засмеялась, а сейчас было не смешно.
Под фотографией стояло чужое имя. Возраст был на три года меньше настоящего. И коротко: свободен, без сложностей, за легкость.
– Ты здесь? - спросила Света в чате.
– Да.
– Я бы рада ошибиться.
– Подожди.
Марина увеличила фото, потом описание, потом снова фото, будто там должно было что-то измениться. Но менялось только лицо Олега на экране: чем дольше она смотрела, тем более чужим оно становилось…
– Ты давно это увидела?
– Неделю назад, я же говорила тебе.
– Неделю?!
Света выдохнула в трубку.
– Поэтому и не хотела лезть. Думала, может, удалит или это чья-то дурацкая шутка. Может, старый профиль, но он то появляется, то пропадает.
Марина закрыла глаза и потерла переносицу.
– Ладно. Спасибо.
– Ты только сгоряча не...
– Света, я сейчас на работе.
– Я понимаю. Если что, звони. Хоть сразу, хоть ночью, я на связи.
Марина отключилась и еще несколько секунд сидела, глядя в ящик стола. Потом выдвинула его до конца, уткнулась взглядом в скрепки, батарейки, старую помаду и поняла, что не помнит, зачем полезла туда.
***
После работы у нее была запись в салон красоты на шесть вечера, окраска и подравнять длину. Она чуть ее не отменила, а потом махнула рукой и поехала, не хотелось ехать сразу домой, сидеть напротив Олега и смотреть, как он снимает ботинки, спрашивает, что на ужин, и кладет телефон экраном вниз, как всегда.
В салоне пахло лаком для волос и кофе из автомата. Парикмахерша Аня натянула на нее черную накидку, быстро перебрала волосы пальцами.
– Ну, Марина, сегодня освежим?
– Давайте.
Аня ушла смешивать краску. Марина достала телефон и снова открыла Светин скрин. Потом не выдержала, полезла в магазин приложений. Руки дрожали мелко и зло. Она даже не знала, что именно хочет сделать: проверить, зарегистрироваться, написать, закрыть или забыть... Но сидеть просто так с краской на голове и ждать, пока домой придет Олег, было еще хуже.
Регистрация заняла минут десять, которые показались ей часом. Придумать имя. Поставить чужую фотографию, возраст не свой. Город свой, потому что зачем врать, если проверка нужна быстрая.
Когда профиль наконец открылся, она сразу вбила параметры фильтра и начала просматривать анкеты. Олег нашелся почти мгновенно.
Та же синяя рубашка, то же фото, чужое имя.
Марина смотрела на экран так долго, что Аня, вернувшись с миской краски, спросила:
– Вам не жжет?
– Нормально. Мажьте дальше, - сказала Марина.
Аня хмыкнула и начала разделять волосы. Марина держала телефон на коленях под накидкой. Пальцы были липкие от страха, но она все-таки нажала на его профиль. Описание оказалось коротким и еще омерзительнее фотографии. Спокойный, адекватный, без драм. Ищу приятное общение, а там как пойдет.
У них в браке Олег терпеть не мог слово драма. Им он называл почти все, где надо было отвечать не по погоде и не по списку покупок.
Марина открыла окно сообщений и написала первой:
– Добрый вечер.
Ответ пришел так быстро, будто он сидел с телефоном в руке и только этого ждал.
– Добрый. Вы из тех, кто сначала смотрит, а потом решается?
Марина уставилась на строчку и даже коротко выдохнула через нос. Дома он мог отвечать на ее вопрос про аптеку два часа. Здесь пять секунд.
Она написала:
– А вы из тех, кто торопит?
– Смотря кого. Красивых женщин жалко терять во времени.
Марина откинулась на кресло так резко, что Аня одернула ее.
– Тихо, а то пятно поставлю.
– Простите.
Потом она опять уткнулась в телефон.
– Вы всем так пишете?
– Просто не люблю долгие переписки.
Он оживал с каждой репликой. Не просто отвечал, а играл. Подбрасывал фразы, как будто давно соскучился именно по этому типу разговора. Спросил, одна ли она живет. Написал, что любит живых женщин без выноса мозга, потом поставил подмигивающий смайлик, которого в их семейной переписке не было лет пять.
В этот момент от Олега пришло обычное сообщение в мессенджере:
– Хлеб дома есть?
Марина на секунду перестала дышать. Одной женщине он пишет про энергию и красивых женщин, другой тут же про хлеб. Вот так, не переключаясь даже, без всякой внутренней заминки.
Она ответила Олегу просто:
– Есть.
А на сайте написала:
– А женатых мужчин вы сами не любите или вы из свободных?
Он печатал недолго.
– Я свободен. Просто давно понял, что лишний шум никому не нужен.
Вот она, спокойная заготовленная ложь. Как будто жена, дети, общая квартира и пятнадцать лет жизни - это и есть лишний шум.
Аня смывала краску, что-то рассказывала про соседку, которая опять покрасилась в медный и стала похожа на лису. Марина кивала невпопад. Ее телефон лежал на полочке у зеркала, экран загорался каждые две минуты.
– А вы давно свободны? - написала она.
– Достаточно, чтобы не отчитываться.
– То есть вы такой таинственный?
– Нет же. Просто ценю спокойствие.
Марина смотрела в зеркало на свое лицо с мокрыми прядями у щек и думала только об одном: вот этим тоном он дома тоже разговаривает, когда хочет быть правым. Только там он более вялый, бытовой, а тут как будто вытащил из себя легкую версию. Молодую почти.
Домой она приехала позже Олега. Он уже сидел на кухне, ел гречку с котлетой и листал новости. Телефон лежал рядом, экраном вниз. Увидев Марину, он поднял голову.
– Ну что, тебя хоть не изуродовали?
– Нормально.
– Подровняли?
– Да.
Он посмотрел на волосы внимательнее, потом кивнул в сторону кастрюли.
– Будешь?
– Позже поем, пока не хочется.
Марина сняла плащ, повесила сумку на спинку стула. Олег ел спокойно, даже лениво. Никакой тайной нервозности, никакого лица виноватого мужчины. Просто муж ужинает, спрашивает про салон, ворчит, что на МКАДе опять все стояло.
– Детям звонила?
– Звонила.
– Они там на даче нормально, отдыхают?
– Нормально.
– Ну и хорошо.
Он сунул вилку в котлету, потом взял телефон и что-то быстро проверил. Марина видела это боковым зрением и чувствовала, как у нее внутри все становится сухим, как бумага.
– Ты чего молчишь? - спросил он.
– Устала что-то на работе.
– Ну ложись пораньше.
Он даже не пытался заглянуть ей в лицо. Ему вполне хватало версии про усталость.
Позже, когда Олег ушел в ванную и вода зашумела, Марина выдернула свой телефон из кармана халата и написала на сайте:
– В переписке все смелые. А на кофе сможете пригласить? А то здесь много тех, кто готов неделями писать незнакомому человеку.
Ответа пришлось подождать минуты три. Эти три минуты она стояла у стола, положив ладонь на спинку стула, и слышала, как Олег в ванной покашливает и открывает кран сильнее обычного.
Потом экран мигнул.
– Смогу. Завтра после семи. Выбирайте место.
Марина перечитала сообщение два раза. Потом еще раз. Вода в ванной перестала шуметь, и она быстро заблокировала телефон.
Олег вышел, вытирая лицо полотенцем.
– Ты чего стоишь в темноте?
– Да так.
– Иди спать, Марин. У тебя вид какой-то странный.
– Какой?
– Как будто сейчас заплачешь.
Она посмотрела на него и вдруг очень отчетливо увидела, как он умеет говорить буднично в самую грязную минуту. Не срываясь и вообще не путаясь, даже почти заботливо.
– Не дождешься, - сказала она себе под нос.
– Что?
– Ничего.
***
На следующий день Марина с утра отправила ему название кафе в торговом центре. Обычное, шумное, рядом с детским магазином и кино. Они там несколько раз ели всей семьей после покупок. И от этого место казалось особенно мерзким, такое, где раньше Олег пододвигал детям картошку и ругался на дорогой лимонад.
Он ответил на сайте:
– Подходит.
И сразу же через обычный мессенджер, уже ей как жене, написал в обед:
– Я сегодня задержусь, не жди с ужином.
Марина не ответила сразу. Потом набрала:
– Работа?
– Ну а что еще.
Как будто она и правда дура, которая существует только для того, чтобы верить в первый же бытовой вариант…
Вечером она приехала в торговый центр раньше на двадцать минут. Села в дальнем углу кафе так, чтобы видеть вход. Перед ней стоял стакан воды с лимоном, который она не пила. Телефон лежал экраном вверх. Люди ходили с пакетами, дети тянули родителей к мороженому, за соседним столом девчонки лет по двадцать фотографировали десерт. Марина сидела прямо, вцепившись пальцами в сумку под столом.
Олег пришел без спешки. Не запыхавшийся, не растрепанный, не с лицом человека, который врет на бегу, совсем наоборот. Свежая рубашка, побрился, волосы уложил пальцами, как делал раньше перед праздниками или чужими юбилеями. И это было, наверное, хуже всего. Он пришел сюда не по инерции и не для галочки, а с искренним интересом.
Оглядел зал, сел за столик у окна, взял меню. Потом достал телефон и написал:
– Я на месте. Не передумали?
Марина прочитала сообщение, подняла глаза и несколько секунд просто смотрела на него. Он сидел в том же кафе, где прошлой зимой кричал сыну не проливать сок на диван. И сейчас ждал другую женщину, анонимную, незнакомую, которая в его голове, кажется, уже давно существовала.
Официант, высокий парень с вытянутым лицом и значком Игорь, подошел к Олегу с меню. Тот кивнул, спокойно заказал кофе, как будто действительно был на свидании, а не на краю своей семейной жизни.
Марина встала.
Ноги были ватные, но шла она ровно. Олег сначала увидел только фигуру, потом поднял глаза. На его лице мелькнуло что-то смешное и жалкое сразу: он будто собирался улыбнуться автоматически и не успел остановиться.
– Ты?
Марина села напротив, не спрашивая.
– А кого ты ждал?
Он оглянулся по сторонам, будто искал выход из сцены, в которую сам зашел.
– Ты что здесь делаешь?
– Тоже на свидание пришла.
– Марин, не начинай.
– А ты уже закончил?
Он быстро убрал телефон со стола экраном вниз.
– Давай не здесь.
– А где? Дома? Там, где ты мне пишешь про хлеб?
Олег дернул подбородком, сделал вид, что злится, но вышло плохо. Слишком видно было, что он сбит с толку.
– Ты вообще как...
– Как я тут оказалась? Своими ногами пришла, так же, как и ты.
– Тише!
Подошел официант Игорь.
– Вам что-нибудь принести?
Марина не повернула к нему головы.
– Мне нет.
Игорь завис на секунду, переводя взгляд с одного на другого, потом неловко кивнул и отошел.
Олег прошипел:
– Что за цирк ты устраиваешь?
– Нет, Олег. Цирк ты устроил вчера, когда писал, на сайте знакомств, что ты свободен.
– Я ничего не делал.
– А это что было? Клуб по интересам?
– Марина, прекрати!
– Это ты прекрати! Ты сидишь на сайте знакомств, врешь, что свободен, назначаешь встречу и мне же потом пишешь, что задержишься на работе!!!
– Я просто...
– Что просто?
Соседний столик притих. Девчонки с десертом перестали фотографироваться. Олег сидел красный, сжатый, и больше всего в нем в эту минуту было не раскаяние, а злость на то, что его поймали не дома, не между дверью и холодильником, а тут, где чужие люди все видят.
– Я просто смотрел, - сказал он.
– И поэтому пришел?
– Я не собирался...
– Ты здесь, Олег. Рубашку надел, побрился, кофе заказал. Что тебе еще нужно было, чтобы это засчиталось?
Он наклонился к ней через стол.
– Давай выйдем.
– Нет.
– Ты ведешь себя как ненормальная!
– Правда? А кто из нас сидит на сайте знакомств под чужим именем?!
Игорь опять подошел, уже осторожнее.
– У вас все в порядке?
Марина повернулась к нему.
– Нет.
Сказала это так резко, что он отступил почти физически.
Олег вцепился в край стола.
– Ты довольна?
– Чем?
– Что унизила меня при людях!
– Это тебя сейчас унизили?
– А что, нет?
– Нет, Олег. Это ты меня унизил, свою жену, когда написал другой бабе, что ты свободен. И, наверное, даже не одной!
Она сама не заметила, как встала. Стул скрипнул по полу. Олег тоже приподнялся, будто хотел схватить ее за руку, но не решился.
– Сядь.
– Да пошел ты!
Марина развернулась и пошла к выходу. За спиной что-то глухо упало, может, его телефон, может, меню. Она не оглянулась.
На улице ее трясло так, что она не смогла сразу попасть пальцем в контакт Светы.
– Алло? - сказала Света после первого гудка. - Ну?
– Я это сделала.
– Что именно?
– Я к нему пришла нсвидание. Он реально пришел, Свет.
– Спокойно. Ты где?
– У торгового центра.
– Одна?
– А с кем?
– Дети дома?
– Нет, у мамы на даче они гостят.
– Тогда ко мне езжай, прямо сейчас, не сиди там.
Марина села в такси и только тогда заметила, что держит в руке салфетку из кафе, скомканную до мокрого комка. Она, наверное, схватила ее со стола, даже не заметив. Выбросила на коврик у сиденья и сразу подняла, пробормотав водителю:
– Извините.
***
Света открыла дверь еще до звонка. На ней были спортивные штаны, старая футболка и то самое лицо, с которым не жалеют заранее, а сначала просто заводят в дом.
– Проходи.
– Я как дура, Свет…
– Да замолчи ты.
Марина вошла на кухню и почти рухнула на стул. Света сунула ей стакан воды. Марина отпила коротко, а потом весь стакан залпом.
– Он пришел, - сказала она. - Понимаешь? Не анкета, не фото старое и не случайность. Он взял и пришел на свидание!!!
– Вижу.
– И писал мне оттуда, что на месте.
– Ясно.
Света достала из шкафа бутылку коньяка, плеснула ей на два пальца.
– Пей.
– Я не хочу.
– Хочешь, не хочешь. Пей.
Марина выпила, закашлялась и вдруг засмеялась коротко, зло.
– Он еще сказал мне быть потише, не при людях!
– Конечно сказал.
– Представляешь? Тише. Как будто весь ужас в том, что кто-то услышит блин. Я еще и виновата, что ору на людях!
Света села напротив, поджала под себя ногу.
– А ты чего ждала? Что он сразу скажет да, дорогая, я сволочь?
– Я не знаю, чего я ждала, Свет. Что это ошибка и это не он, наверное…
– Или что он испугается раньше и не дойдет до встречи. Что сольется.
– Да…
Марина провела ладонью по лицу. Макияж расплылся, тушь склеилась на ресницах, волосы уже висели не так, как днем. И почему-то это особенно ее бесило. Она полдня ходила как нормальная женщина, а закончила вечер на чужой кухне с коньяком и дрожащими пальцами.
– Свет, это же измена?
– А ты у меня спрашиваешь?
– Я серьезно.
– Я тоже. Если муж под чужим именем врет, что свободен, и идет на свидание, это что, кружок шахматистов?
– Он скажет, что ничего не было.
– Конечно скажет.
– Но он уже туда пошел. Он уже искал, и я думаю не случайно, не один раз.
Света кивнула.
– И как мне теперь домой идти?
– Не сейчас.
– А когда?
– Утром пойдешь, оставайся у меня. Нельзя в таком состоянии ему показываться…
Марина хотела возразить, но не стала. Вместо этого потянулась за салфеткой и случайно смахнула ложку со стола. Ложка звякнула об плитку, обе вздрогнули, и Марина опять нервно засмеялась.
– Это все происходит как в плохом сериале, Свет.
– В сериале он бы уже стоял под окнами с розами. А у тебя нормальная бытовая гадость.
Ночью Марина толком не спала. Вставала пить воду, мыла руки, будто они чем-то липким испачкались, потом ходила босиком по кухне Светы и проверяла телефон, хотя читать там было особо нечего. Олег звонил четыре раза. Потом писал: возьми трубку. Потом: ты где. Потом: нам надо поговорить спокойно.
Под утро Марина отключила звук, положила телефон экраном вниз и начала складывать в Светину авоську пустую бутылку, коробку от печенья, использованные салфетки. Света, сонная, вышла в кухню и отобрала у нее пакет.
– Ты что делаешь?
– Убираю.
– Марина, отстань от моего мусора.
– Я не могу сидеть просто так, у меня голова лопнет от мыслей.
– Тогда иди умойся и езжай домой. Только не начинай там плакать.
***
Домой Марина вернулась около десяти. Олег был дома, ходил по квартире в джинсах и футболке с телефоном в руке, как человек, который всю ночь готовил удобную версию и теперь хочет ее наконец продать.
– Ну слава богу, - сказал он с порога. - Где ты была?
– Не твое дело.
– В смысле не мое?
– В прямом.
Он отступил, пропуская ее в квартиру.
– Давай спокойно поговорим, Марин.
– Нет, давай честно.
– Я и хочу честно!
– Тогда начинай.
Марина сняла обувь, прошла на кухню, поставила сумку на стол. Олег пошел за ней.
– Это вообще не то, что ты себе...
– Что я себе? Придумала?
– Я просто зашел посмотреть.
– И поэтому приехал в кафе?
– Я не собирался никуда дальше.
– Олег, не ври хотя бы сейчас!
– Я не вру.
– Ты написал, что свободен.
– Это просто слова.
– А я и дети кто тогда? Лишний шум?
Он резко отвел взгляд.
– Ты лазила у меня в телефоне?
– Нет. Я переписывалась с тобой сама.
Вот тут он по-настоящему сбился.
– В смысле?
– В таком. Анкета, которой ты вчера писал про красивых женщин без выноса мозга, это была я.
– Господи.
Он сел на стул так, будто ноги подвели.
– Ты больная?
– А ты?
– Нормальная женщина так не делает!
– Нормальный муж тоже не делает того, что сделал ты!
Олег потер ладонью лоб.
– Это идиотизм.
– Тв это ты делал не один день!
– Я просто сидел там.
– Просто сидел, просто врал, просто назначал встречи и ходил на свидания…
Он начал злиться, потому что другой дороги у него уже не оставалось.
– И что ты хочешь теперь? Разнести все?
– Нет. Слушай меня внимательно. Если ты хочешь и дальше жить со мной, по-старому уже не будет.
– Это что, ультиматум?
– Это условия.
Он хмыкнул, но неуверенно.
– Серьезно?
– Абсолютно. Удаляешь анкету при мне.
– Марина...
– При мне.
– Ладно, удалю.
– Даешь пароль от телефона сам.
– Ты с ума сошла? Чтобы ты рылась?
– Ты уже сломал мое доверие, а как ты хочешь?
– Это унизительно.
– А мне как вчера было?
Он промолчал.
– Дальше, - сказала Марина. - Идешь со мной к семейному психологу.
– Вот этого еще не хватало.
– Тебе может и не хватало. Мне хватит. Хочешь жить дальше как раньше - не получится. Хочешь делать вид, что это шутка, - тоже не получится.
– А если я не пойду?
– Тогда собираешь свои вещи.
Олег уставился на нее так, будто впервые всерьез услышал не скандал, не обиду, а ее жесткие условия.
– Ты меня выставляешь из дома из-за сайта знакомств?
– Я тебя выставлю из дома из-за следующей лжи. Сайт уже был, и следующего раза не будет.
Он долго молчал. Потом положил телефон на стол.
– Сейчас?
– Сейчас.
Марина пододвинула к нему стул.
– Открывай.
Он разблокировал экран, открыл приложение, зашел в анкету. Та самая синяя рубашка, чужое имя, возраст помладше. У Марины дернулся мускул на лице, но она ничего не сказала.
– Удаляй.
– Ты издеваешься.
– Удаляй!
Он нажал несколько кнопок. Профиль исчез.
– Довольна?
– Пока нет. Пароль.
– Марина...
– Пароль.
Он продиктовал. Она записала в заметки и убрала телефон в карман.
Олег встал.
– Теперь ты довольна?
– Нет.
– Тогда что тебе еще надо?
– Чтобы ты хотя бы раз не пытался сделать из меня виноватую. Но это, видимо, надолго.
Он подошел к раковине, открыл воду, сразу закрыл. Повернулся к ней.
– Я не спал ни с кем.
– Поздравляю.
– И не собирался!
– Вчера ты тоже, наверное, не собирался, пока рубашку не погладил.
Он дернулся.
– Ты все сводишь...
– Я ничего не свожу. Ты сам все уже свел туда, где я должна выбирать, терпеть мне твое вранье или нет, как ты не понимаешь!!!
Марина открыла шкафчик, достала из нижней полки его дорожную сумку и поставила у стены. Просто поставила, чтобы он видел.
– Это еще зачем?
– Для скорости мысли.
– Ты точно ненормальная!
– Еще раз меня так назовешь, ты потеряешь меня навсегда. Хватит.
Олег перевел взгляд с сумки на нее, потом на телефон, потом снова на сумку. В квартире было тихо, только в подъезде кто-то тащил что-то тяжелое по лестнице.
– И что, вот так теперь будет? - спросил он.
– Да.
Марина подхватила свою сумку со стола.
– Куда ты?
– На работу. В отличие от некоторых, у меня сегодня не свидание.
Она вышла в коридор, надела плащ и взяла ключи. Олег не пошел за ней сразу. Так и остался на кухне рядом с удаленной анкетой и дорожной сумкой у стены. Марина открыла дверь, обернулась и сказала:
– Еще одна ложь в лицо, и сам знаешь, куда это складывать.
Потом вышла и закрыла дверь без хлопка.