— Вы, Галя, больше на кухню не заходите.
— Простите? — Галина удивленно вытаращила глаза на новую домработницу.
Женщина в белом фартуке даже не обернулась. Она продолжала раскладывать овощи по контейнерам с таким видом, словно это был не чужой дом, а её собственная территория.
— Я сказала, к плите тоже не прикасайтесь. Теперь готовлю я.
Галя оглядела собственную кухню, словно впервые оказалась в этом доме. Всё было на своих местах… и в то же время — совсем не так.
— Вообще-то… это моя кухня, — сказала она,
— Конечно, ваша, — улыбнулась Наташа. — Но Кирилл Сергеевич платит мне именно за то, чтобы вы наконец перестали работать!
Она открыла шкаф, достала кастрюлю и добавила:
— Честно говоря, в вашем возрасте нужно больше отдыхать.
В этот момент в кухню вошёл муж Галины, Кирилл.
— Ну что, Наташенька, уже освоились? — спросил он весело.
— Почти, — ответила Наташа. — Только Галина Викторовна пока никак не хочет доверить мне хозяйство.
— Галя, ну вот видишь? Хоть кто-то сможет заставить тебя не стоять у плиты с утра до вечера, — Кирилл рассмеялся.
Галина еще сильнее удивилась, она посмотрела на мужа так, словно ждала, что он сейчас скажет: «Наташа, вы забываетесь». Но вместо этого он снял пиджак и протянул его новой домработнице:
— Посмотрите, пожалуйста. Кажется, на рукаве пятно.
— Конечно. — Наташа взяла пиджак так естественно, будто делала это уже много лет.
Галя вдруг поймала себя на странной мысли: эта женщина находится в их доме всего сорок минут, а ведёт себя так, словно хозяйка здесь она. И самое страшное — похоже, кроме неё самой, этого никто не замечает.
А ведь ещё неделю назад Галя сама убеждала мужа нанять помощницу.
— Кирилл, я больше не справляюсь.
— С чем именно ты не справляешься? — Он даже не открыл глаза. Придя как всегда поздно, мужчина налил стопку коньяка и, выпив, отправился спать. И теперь жена снова «завела свою шарманку».
— Дом большой. Ты почти не бываешь дома. Я с утра до вечера только и делаю, что стираю, убираю, готовлю. Уже сил нет.
— Можно реже драить полы.
— Дело не в полах.
— Тогда в чём?
Галя посмотрела на него и вдруг поняла, что он действительно не понимает. Он видел чистый дом, горячий ужин и выглаженные рубашки. А сколько часов это занимало — никогда не задумывался.
— Мне нужна помощница, Кирилл. С тремя собаками, которых мы взяли по твоей милости, я просто загибаюсь. Плюс еще через неделю у нашей дочери срок, она родит и я буду ей помогать! Мне будет не до домашних дел! Пойми же ты!
Он захлопнул ноутбук.
— Не люблю чужих людей в доме.
— А я не люблю каждый вечер засыпать раньше, чем моя голова касается подушки.
Он помолчал.
— Хорошо. Найдём.
Галя даже улыбнулась.
— Правда?
— Но выбирать будешь не ты.
Улыбка исчезла.
— Почему?
— Потому что ты всех жалеешь. Возьмёшь какую-нибудь несчастную женщину, а потом окажется, что она работать не умеет.
— И кто тогда будет выбирать? Ты сам?
— У меня нет времени на это. Светлана займется.
— Твоя секретарша?
— Она уже два года со мной работает. Умеет разбираться в людях.
— При чём тут люди? Она же домработниц никогда не нанимала.
— Найдёт агентство, посмотрит рекомендации, отзывы. Для этого голова и нужна.
Галя пожала плечами. Особой разницы уже не было. Главное — чтобы дома наконец появился человек, который возьмёт часть забот на себя.
Через три дня Светлана вошла в кабинет Кирилла с папкой.
— Нашла.
— Быстро.
— А чего тянуть? Я просмотрела человек двадцать.
— И?
— Остальных можно даже не смотреть.
Она открыла папку.
— Наталья Викторовна. Тридцать пять лет. Работала в трёх семьях. Везде по несколько лет. Все рекомендации великолепные.
Кирилл пролистал несколько страниц.
— Конфликтов не было?
— Ни одного.
— Отлично. Когда сможет выйти?
— Хоть завтра.
Светлана улыбнулась. На том и договорились.
На следующее утро ровно в девять раздался звонок.
На пороге стояла высокая женщина в светлом костюме, совсем не похожая на типичную горничную.
— Здравствуйте. Я Наталья.
Не «Наташа». Не «Наталья Викторовна». Именно «Наталья».
Она вошла в дом уверенной походкой, словно прекрасно знала, куда идёт.
— Можно сразу посмотреть кухню?
— Конечно, — ответила Галя.
Наталья не задавала вопросов. Она сама открывала шкафчики, заглядывала в холодильник, выдвигала ящики. Даже кладовую осмотрела.
Потом закрыла дверцу холодильника и спокойно сказала:
— Галина Викторовна, сразу договоримся.
— О чём?
— Вы больше на кухню не заходите.
Галя решила, что ослышалась.
— Простите?
— И к плите тоже не подходите.
— Это ещё почему?
— Потому что теперь это моя зона ответственности.
Она произнесла это так буднично, словно речь шла о чём-то само собой разумеющемся.
— Если хозяйка постоянно вмешивается, хорошей работы не получится.
Галя удивилась.
— Я никогда не слышала, чтобы в своём доме нужно было спрашивать разрешения сварить чай. — Наталья улыбнулась очень вежливо.
— Не нужно спрашивать разрешения. Нужно просто отдыхать. Именно за это мне обычно и платят.
В этот момент в кухню вошёл Кирилл.
— Уже познакомились?
Наташа обернулась и улыбнулась, будто они с Галей были давними приятельницами.
— Да. Просто объясняла Галине Викторовне, что теперь ей можно немного пожить для себя.
— Вот и правильно, — одобрил Кирилл. — Я же именно для этого тебя и нанял.
«Тебя». Обращение мужа к посторонней даме резало слух. Галя промолчала: не хотелось выглядеть мелочной из‑за женщины, которая в доме меньше часа.
Через несколько дней кухня, которую Галя обустраивала почти тридцать лет, будто перестала быть её собственной: баночки со специями исчезли, любимые кружки переехали в дальний шкаф, а вазочки и салфеточки Наташа убрала в кладовку.
— Она уже старомодная.
— Но она мне нравится.
— Вам просто жалко с ней расставаться.
В тот вечер Кирилл неожиданно приехал домой к шести — так рано он не возвращался много лет. Едва войдя, он ахнул.
— Ничего себе…
— Добрый вечер, Кирилл Сергеевич. Сегодня приготовила утку с яблоками. Светлана сказала, что это ваше любимое блюдо.
— Даже Галя редко её готовит.
— Наверное, потому что возни много, — хитро улыбнулась Наташа.
Галя знала настоящую причину: Кирилл поздно возвращался и не хотел тяжёлой еды. Но промолчала.
За ужином Наташа подала тарелку и тихо заметила:
— Люблю, когда мужчина приходит домой и понимает, что его здесь ждали.
Фраза была обращена не к Кириллу — а к Гале. Как тихий сигнал: «Теперь это делаю я».
На следующий день Наташа принесла Кириллу идеально выглаженную рубашку.
— Просто воротник нужно отпаривать иначе. Странно, что раньше этого никто не делал.
Кирилл рассмеялся:
— Вы меня избалуете.
Галя стояла в дверях и чувствовала, как её будто водой окатили. Столько лет она сама готовила рубашки мужу… И теперь оказалось, что она все делала не так.
Неделя шла за неделей, и Кирилл стал возвращаться всё раньше. Вскоре уже в 6 он был дома.
— Работы меньше стало? — спросила Галя.
— Да решил, что пора домой. Хорошо тут…
— А раньше почему сидел допоздна?
— Так не было таких «уток» на ужин, — пошутил муж, но Галя не оценила.
Она заметила, что Наташа всё ближе подбиралась к Кириллу: советовала, что надеть, напоминала про таблетки, предупреждала про изжогу. Однажды бросила:
— Сегодня лучше не звоните Кириллу Сергеевичу после трёх: он нервничает перед переговорами.
— Откуда вы знаете, во сколько у него переговоры?
— Ну… догадалась, — на миг растерялась Наташа.
Тем же вечером Галя попросила мужа:
— Уволь Наташу.
Кирилл отложил вилку.
— Что она сделала?
— Она ведёт себя как хозяйка.
— Галя, ты сама просила помощницу. Наташа отлично справляется: готовит, убирает, гладит. Меня всё устраивает.
После разговора с мужем Галя поняла: если она ещё хоть раз скажет, что Наташу нужно уволить, Кирилл решит, что ею движет обычная ревность. Значит, убеждать его бессмысленно. Нужно, чтобы он увидел всё своими глазами.
На следующий день она неожиданно сказала Наташе:
— Вы были правы.
Та даже перестала вытирать стол.
— В чём именно?
— Я слишком держусь за хозяйство. Наверное, мне действительно пора научиться жить для себя. С понедельника вообще перестану заходить на кухню.
— Вот и замечательно, — довольно улыбнулась Наташа. — Давно пора.
— Кирилл сказал, что собирается постепенно передавать мне управление всеми семейными расходами. Хочет, чтобы я сама распоряжалась счетами, домом…
Наташа ничего не ответила. Но Галя заметила, как у неё на секунду изменилось лицо. Этого ей было достаточно.
В тот же вечер Галя подошла к Кириллу.
— Ты завтра сможешь приехать домой пораньше?
— Зачем?
— Просто приезжай. Только ничего не говори Наташе.
— Что ты опять задумала?
— Доверься мне.
Он нехотя согласился.
На следующий день Галя нарочно сказала Наташе:
— Завтра мы с Кириллом едем к нотариусу.
— Поздравляю.
— Он хочет оформить на меня загородный дом.
Наташа только кивнула.
Но едва Галя вышла из кухни, сразу схватила телефон. Она даже не заметила, что входная дверь тихо открылась.@Стелла Кьярри
Кирилл приехал раньше. Остановился в прихожей. И услышал голос Наташи:
— Свет, всё меняется. Он собрался имущество на жену переписывать.
Несколько секунд тишины. Потом снова Наташа:
— Нет, ждать нельзя. Если она станет всем распоряжаться, он уже не разведётся.
Кирилл замер. Из телефона отчётливо донёсся голос Светланы:
— Тогда действуй быстрее. Он уже к тебе привык. Сделай так, чтобы Галя сама ушла. И никаких скандалов. Пусть думает, что это её решение.
— Не переживай. Ещё немного — и она сама соберёт вещи.
— Главное — не испорть всё. Такого мужчину второй раз не встретишь.
У Наташи вырвался смешок.
— Не зря же ты меня сюда устроила. Отзывы твои сработали идеально.
Кирилл вошёл на кухню так тихо, что Наташа вздрогнула только тогда, когда услышала его голос:
— Продолжайте.
Телефон выпал у неё из рук.
— Кирилл Сергеевич…
— Нет. Мне очень интересно дослушать.
Она побледнела.
— Вы всё не так поняли…
— А как я должен был понять? Что моя секретарша случайно оказалась тёткой моей домработницы?
Наташа молчала.
Через несколько минут приехала Светлана. Она ещё пыталась что-то объяснить:
— Кирилл Сергеевич, выслушайте…
— Столько лет, Светлана, — он говорил спокойно. — Столько лет я доверял вам документы, деньги, переговоры. А вы решили влезть в мою семью.
Она опустила глаза.
— Простите… пожалуйста… не увольняйте, мне работа дорога!
Он открыл дверь.
— Обе на выход.
Никто больше ничего не сказал.
Когда за ними закрылась дверь, в доме стало непривычно тихо.
Галя машинально потянулась убрать со стола чашки.
Кирилл вдруг остановил её:
— Подожди.
Она вопросительно посмотрела на мужа.
Он медленно обвёл взглядом кухню.
— Знаешь, что меня сейчас больше всего испугало?
— Что?
— Я поймал себя на мысли, что уже хотел спросить у Наташи, можно ли взять из холодильника воду.
Галя невольно усмехнулась:
— Вот до чего дошло.
— Нет… Не «дошло». Я сам это допустил.
Он взял её за руку.
— Прости. Я так увлёкся тем, что в доме наконец стало удобно, что не заметил, как в нём перестало быть место для нас.
Галя ничего не ответила. Она просто подошла к плите, достала муку, яблоки. Корица стояла не там, где всегда: Наташа переставила её в другой шкаф. Галя открыла дверцу, вернула баночку на привычное место и негромко сказала:
— Вот теперь порядок. Сейчас испеку яблочный пирог.
Кирилл улыбнулся. Ему вдруг захотелось остаться дома не потому, что здесь его ждал вкусный ужин, а потому, что здесь снова была его семья.
