ЛОР и хор: раскрепощение через экстрим-вокал и кринжовые звуки🤡
Анастасия Раритатис, наш вокальный резидент из ДК Газа и альт хорового феномена Петербурга - Attaque de panique, к слуху и голосу относится профессионально😎
Как ЛОР-врач она не только пишет диссертацию по ушным операциям, но и учится их делать, как фонопед занимается восстановлением голоса у пациентов с дисфониями и после вмешательств на голосовых складках.
⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️
⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️
⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️
⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️
Анастасия всегда любила петь, и после окончания меда стала брать уроки вокала. Ее увлекло управление голосом, и за научной базой она пошла в ЛОР-ординатуру. Пока училась, в качестве подработки брала учеников на вокал: одинокие голоса выросли в целый хор. Чтобы вместить всех, пришлось снять большой класс в самом музыкальном кластере БС АРТ ДЕВ, где можно шуметь допоздна🔥
После окончания учебы я могла стать фониатром, но эти специалисты лечат заболевания гортани препаратами, а также отправляют к фонопедам на занятия или на операцию к гортанным хирургам, если консервативно помочь нельзя. Мне больше нравится корректировать работу голосового аппарата с помощью упражнений. Это кропотливая и долгая работа, но очень увлекательная, потому что каждый пациент индивидуален, чтобы ему помочь, нужна изобретательность.
Анастасия изучила все тонкости работы голосового аппарата и знает, какие звуки действительно опасны, а какие просто непривычны и требуют тренировки. Фонопедия помогает ей подбирать наиболее эффективные упражнения для сложных приемов, например, с вокальной трубочкой.
Пение похоже на каллиграфию или танцы: мы учимся аккуратно и точно управлять мышцами гортани, которые не привыкли даже ощущать. Это отлично отвлекает от бытовых тревог и дарит выброс эндорфинов и дофамина, как спорт. С другой стороны, это своего рода психотерапия, здесь задействованы техники, которые перекликаются с эмоциональными состояниями: например, чтоб спеть высокую звучную ноту, нужно представить, что ты громко жалуешься или сожалеешь о чем-то. Это наклоняет щитовидный хрящ, и ноты становятся выше. Многим приходится на уроках знакомиться с собой эмоциональным впервые.
Для других техник надо покривляться, помяукать или покрякать. Взрослым бывает сложно раскрепоститься на уроке, поэтому Анастасия старается разбавить их шутками и первая издает все эти дикие звуки, чтобы снять стеснение. А «прожить» подавленную злость помогает экстрим-вокал с агрессивным голосоведением😱
Часто мастерство певцов определяется попаданием в ноты. У тех, кто поет двадцать лет, выработан паттерн движений в голосовом аппарате, чтобы этого добиться. Попадать важно, но, когда мы учимся непривычным техникам на время нужно как бы «не петь», чтобы новые движения мышц стали удобными. Ученикам говорю, что важно включить исследовательский интерес: «А что будет если я повторю этот кринжовый звук? Или что будет, если разозлюсь и правда агрессивно скажу эту фразу, вот от души?» Тогда мозг «разжимается», снижается градус ответственности и петь становится легко и приятно.
Анастасия выступает с каверами на открытых микрофонах и джемах, а также на квартирниках с учениками. Последние два года она поет в пост-хоре Attaque de panique. Этот культурный проект постоянно ищет ответ на извечный проклятый вопрос: «Каким должен быть современный хор?»
Я мечтала попасть в этот хор практически с самого его основания в 2020 году. Мы поем современную стриминговую музыку в хоровых аранжировках - Шортпарис, Скриптонит, Тося Чайкина, Сироткин, Буланова. Мы выступаем с концертами-спектаклями на Новой сцене Александринки и не только. Хор — это отдельная жизнь, у нас 7 часов репетиций в неделю, несколько концертов в месяц, а еще съёмки, запись в студии - в общем времени мы вместе проводим очень много, настоящая вторая семья!
Как любительский хор Attaque de panique стал феноменом арт-сцены Петербурга
Подписывайтесь и ныряйте в наш канал! Здесь много о креативных пространствах Петербурга
