ДАМА С РОЗОВОЙ ЛЕНТОЙ

ДАМА С РОЗОВОЙ ЛЕНТОЙ

Наткнулась на статью Софьи Багдасаровой о реставрации одной картины в люберецком музее — и не смогла остановиться, пока не перерыла всё, что можно, в поисках следов этой семьи, в том числе во французских источниках. Делюсь тем, что удалось собрать.

🇫🇷 1918 год, Париж. Русский офицер Василий Бодко, участник Первой мировой, кавалер золотого Георгиевского оружия «За храбрость», женится на Марии-Луизе Блан-Манжан — приёмной дочери музыканта Сильвана Манжана. Остаётся во Франции.

В 1925-м семья строит виллу на Лазурном Берегу, в Антибе. Называют её «Та-и-На» — по именам двух дочерей, Таисии и Натальи. «Та-и-На» это ещё и «тайна», сразу видно людей с определенным культурным кодом. Жили не бедно: Бодко занимался недвижимостью и антиквариатом, и вилла постепенно наполнилась семейной коллекцией — картинами, мебелью, украшениями. Среди прочего там же с 1932 года висел портрет прабабушки Марии-Луизы, «Дама с розовыми лентами» кисти Амори Дюваля.

(Кстати, Библиотеке иностранной литературы Бодко посвятил целую главу своей жизни — он проработал там библиографом двенадцать лет, и позже историк Наталья Степанова написала о нём книгу «Забытый герой забытой войны». Там, к слову, его фамилия пишется через «ь» — Бодько: мягкий знак просто потерялся, когда он обосновался во Франции, и остался French-friendly вариант Bodko.)

В годы оккупации Бодко участвовал во французском Сопротивлении, в частности, в подпольной организации «Союз русских патриотов». А после победы начал добиваться разрешения на возвращение в СССР. Многие эмигранты первой волны тосковали по России, но именно в СССР возвращаться не хотели принципиально. Что изменилось для Бодко? Прошения он подавал годами, разрешение пришло лишь в 1954-м.

🚢 Семья погрузила на корабль всё — реликвии, картины, мебель — и оказалась в подмосковной Малаховке. Бодко устроился библиографом в Библиотеку иностранной литературы, дочери преподавали французский в московских вузах. В 1967-м он умер.

Известно, что коллекция на какое-то время застряла в ленинградском порту — видимо, пока шло таможенное оформление, — и именно там подмокла под дождями. Про саму коллекцию всё написано в статье Софьи Багдасаровой.

Что мне показалось примечательным: 60 лет, с 1954 по 2014 год, коллекция оставалась дома у семьи, никуда не изымалась и не передавалась в советские хранилища. Портрет прабабки висел в доме в Малаховке на почётном месте. То есть всё это буквально личные вещи семьи Бодко, которые они передали музею только в 2014-м.

Сейчас они в экспозиции музея «Люберецкий Эрмитаж» (подробный разбор самих экспонатов — как раз в статье Багдасаровой). Экспозиция подаётся как связанная с именами Наполеона, мадам де Помпадур, Гюстава Флобера и французских королей.

А вот во французских источниках эта история не отражена почти никак (или я плохо искала). Похоже, что для Франции Бодко так и остался одним из тысяч «незаметных» русских эмигрантов, а вот в Люберцах его семье досталась своя маленькая легенда.

Очень люблю такие истории, а вы?

Кстати, я всё-таки добралась до книги о судьбе Бодко, и там нашлась отдельная, совершенно самостоятельная история самого Василия Бодко: с тайной происхождения, семейной легендой об отце и фразой, которая объясняет его поступок. Рассказать?

#наши #Histoire

SM_ART_HISTORY