Der Spiegel | Германия
250 лет назад с Декларации независимости началась история демократии в США, пишет Spiegel. Тогда отцы-основатели вряд ли могли предположить, во что превратится их страна. За свою недолгую историю Америка столкнулась со многими проблемами. И они никуда не исчезли.
Дирк Курбювайт (Dirk Kurbjuweit)
250 лет назад 13 британских колоний в Америке объявили о своей независимости. Так началась история современной демократии — со всеми проблемами, которые при Трампе достигли опасного масштаба.
Поистине судьбоносные события в истории человечества крайне редки, а если такой момент все же наступает, его наверняка пропускаешь. Один из важнейших звездных часов, к счастью, можно пережить заново: борьбу представителей 13 британских колоний в Америке за независимость от метрополии 250 лет назад.
ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>>
Противостояние колонистов с властью уже шло в Массачусетсе, когда такие фигуры, как Джон Адамс, Томас Джефферсон и Бенджамин Франклин, собрались на Континентальный конгресс в Филадельфии. Решатся ли они на последний шаг — шаг к свободе? <...>
2 июля 1776 года Континентальный конгресс проголосовал по резолюции о независимости. Один за другим делегаты от каждой колонии вставали и голосовали. Напряжение царило в воздухе.
Нью-Гэмпшир: да. Род-Айленд: да. Массачусетс: да. Нью-Йорк: воздержался. Коннектикут: да. Нью-Джерси: да. Пенсильвания: да. Делавэр: да. Виргиния: да. Мэриленд: да. Северная Каролина: да. Южная Каролина: да. Джорджия: да.
Тем самым резолюция считается принятой. Никакого ликования, в зале тишина, лица подавлены, все чувствуют груз ответственности.
С Декларации независимости 4 июля 1776 года начинается история современной демократии, потому что эти "дерзкие 13" — отколовшиеся колонии — отказались заменить своего далекого короля на близкого покровителя. Конституцией 1787 года они учредили республику с президентом и парламентом из двух палат — Палаты представителей и Сената. Два года спустя французы свергли своего короля и, пройдя через множество неудач, тоже образовали демократию.
Ничего лучшего с человечеством произойти не могло. Демократия опирается не на подданных, а на граждан, которые вместе образуют суверен. Для этого им нужны права — права человека. Суверен вправе рассчитывать на достойное обращение и неприкосновенность. Поэтому становление демократии оказалось связано с гарантией прав человека.
И троекратного "ура" было бы мало.
И тут появляется "но".
В наши дни любой, кто восхваляет демократию, не может обойтись без этого "но". Но как же правые популисты и правые экстремисты. Но как же раскол? Но как же двойные стандарты? Но как же несправедливость? Но как же Дональд Трамп?
"Но" — это кризис демократии. Он существует, вне всякого сомнения. И существует уже 250 лет. У каждой эпохи был свой кризис. С демократиями связаны высокие ожидания, а потому они никогда не могут быть выполнены для всех и в полной мере. Несовершенство заложено в самой природе этого общественного устройства. К этому добавляются ошибки политиков, которые совершаются постоянно.
Проблемы демократии и станут темой этой юбилейной статьи. В чем, несмотря на все поводы для торжества, заключаются структурные слабости этой системы? Как они проявляются на примере США, хотя чаще всего в менее выраженном виде встречаются и в других странах? Речь пойдет о девяти ключевых понятиях: двойные стандарты, раскол общества, недоверие, капитализм, стремление к счастью, исключение, империализм, истина, свобода.
Очевидно, что проблемы демократии возникли уже при ее основании. К сожалению, за 250 лет они не исчезли. При Трампе они достигли опасного масштаба.
Едва все началось, как тут же началось и лицемерие. В "Единогласной декларации тринадцати объединенных Штатов Америки" от 4 июля 1776 года Второй Континентальный конгресс провозглашает: "Мы исходим из той очевидной истины, что все люди созданы равными и наделены своим Творцом некоторыми неотъемлемыми правами, среди которых — жизнь, свобода и стремление к счастью". Сильные слова, прекрасные слова, прежде никогда не звучавшие с такой мощью. Но, к сожалению, подразумевалось не совсем это.
Белые отцы-основатели США думали не о "всех людях", а только о белых. Рабы на плантациях в южных штатах в этот круг не входили. Свободных чернокожих, коренные народы и всех женщин политические права, позже включенные в Конституцию, тоже не касались, либо касались лишь частично.
"Странная" смерть Америки: пять причин
Первый проект Декларации независимости написал владелец плантации Томас Джефферсон из Виргинии, у которого от его рабыни Салли Хемингс родились шестеро детей. Джефферсон, словно воплощение двойных стандартов из плоти и крови, сделал миру подарок, изначальный изъян которого никуда не исчез. Права человека нарушают и по сей день.
США в этом смысле особенно отличились, хотя именно они, как автор этих принципов и как военно-политическая сила, должны были бы быть их защитником. После исламистских терактов 11 сентября 2001 года заключенные в жестоких американских лагерях Абу-Грейб и Гуантанамо в значительной степени были лишены прав. Американское правительство даже разрешило пытки — самое тяжкое нарушение прав человека, какое только можно представить. На внутриполитической арене Дональд Трамп недавно разрешил Иммиграционной и таможенной службе (ICE) жестоко расправляться с мигрантами. Их загоняют в лагеря, иногда разлучая с детьми.
Ничто не вредит репутации Запада в остальном мире сильнее, чем двойные стандарты. С их помощью любое напоминание о правах человека со стороны недемократического государства можно отвергнуть. <...>
Поскольку западные демократии признают ценность многообразия, им нужна готовность к компромиссу, в том числе ради защиты меньшинств. Но, к сожалению, демократический компромисс давно дискредитируют, а споры ведут непримиримо и со всей жесткостью.
Социальные сети углубляют расколы в обществе, позволяя каждому оставаться внутри собственного пузыря и слышать только удобные мнения. Диалог с другими социальными группами часто сводится к оскорблениям. На крайне правом фланге мечтают о белой Америке, на левом дробят общество на бесчисленные идентичности — в зависимости от миграционного происхождения или сексуальной ориентации. Именно так разрушается социальная сплоченность.
При Трампе политические оппоненты окончательно превратились во врагов, стали объектом ненависти и борьбы. Это своего рода словесная гражданская война, а отчасти и с применением оружия, например при покушениях на Трампа или при смертельных выстрелах в активистов в Миннеаполисе.
Сексуальная исключительность Америки
В годы основания США Джефферсон и Адамс вели спор, основой которого было недоверие. Джефферсон выступал за сильный парламент, потому что не доверял правителям и боялся нового королевства. Адамс не доверял народу и хотел сильного правительства. "Выборы, мой дорогой сэр, я воспринимаю с ужасом", — писал Адамс в письме Джефферсону.
Это двойное недоверие пронизывает демократии до сих пор. Фракция Джефферсона с подозрением смотрит на власть имущих, потому что быстро распознает угрозу злоупотребления властью. Чтобы его предотвратить, в американскую Конституцию внесли систему сдержек и противовесов. Власть распределена и уравновешена, чтобы никто не мог править без ограничений. В результате правительства часто выглядят медлительными и неспособными к решительным действиям.
Фракция Адамса, напротив, хочет не допустить, чтобы в демократиях народ правил непосредственно. Поэтому была создана и представительная система — выражение глубокого недоверия к гражданам. Народ избирает депутатов в парламент, где они должны представлять его интересы, но не обязаны этого делать. Так возник политический класс, который фильтрует и дозирует народные мнения, превращая их в законы не так, как это происходило бы при прямой демократии.
Представительная система, в свою очередь, вызывает недоверие к политическому классу. Этим пользуются политики: они идеализируют "народ" и объявляют себя его защитниками. Первым популистом в этом смысле, вероятно, был Эндрю Джексон, ставший в 1829 году седьмым президентом США. Один судья Верховного суда США после инаугурации Джексона написал: теперь начинается "правление КОРОЛЯ ТОЛПЫ".
Здесь проявляется презрение к гражданам из простых слоев, которое уже никогда не исчезнет. Кандидат в президенты от демократов Хиллари Клинтон во время избирательной кампании 2016 года назвала сторонников Трампа "жалкими", то есть достойными презрения или сожаления. Поэтому ее оппоненту было легко внушить городским рабочим, что вашингтонский "истеблишмент" не интересуется их проблемами. И он был не совсем неправ.
Так возник своего рода порочный круг двойного недоверия. Представительная демократия, возникшая из недоверия к населению, все сильнее вызывает у населения недоверие к политике. Но популизм очень далек от народовластия. Здесь власть имущие лишь утверждают, что понимают "народ" и представляют его интересы. Таков и Трамп, который учитывает только собственные интересы. <...>
Трамп относится к тому типу политиков, которого боялся Джефферсон: к тем, кто всегда готов злоупотреблять властью и ни в коем случае не хочет от нее отказываться. Это показала попытка государственного переворота после проигранных выборов 2020 года. Теперь он хочет украсить город, носящий имя Вашингтона, символами королевского статуса: триумфальной аркой и золотым бальным залом.
Некоторые отцы-основатели США были ранними капиталистами, например, Джефферсон и Вашингтон. Пока в Великобритании первые промышленники вкладывали капитал в паровые машины, колонисты, прежде всего на Юге, использовали рабов как человеческий капитал и обращались с ними бесчеловечно. Американский историк Джойс Эпплби писала о рабовладельцах: "Это безобразное лицо капитализма. Чтобы успокоить свою совесть, они объявили чернокожих низшей расой". Тот, кто якобы "не вполне человек", не нуждается в правах человека. Следы этой безжалостности американский капитализм так полностью и не утратил. <...>
Союз демократии и капитализма, с одной стороны, логичен, поскольку обеим системам нужна свобода. Но он создает проблемы, потому что реальная демократия предполагает равенство граждан, тогда как капитализм ведет к неравенству, ведь один стремится превзойти другого. Есть и второе противоречие: демократия благоприятствует большинству, а капитализм — часто деятельному, но иногда и беспринципному меньшинству, которое может получить огромное богатство.
Bank of America: с американского рынка акций ушли рекордные за три месяца средства
Что хорошо работало в этом союзе: капитализм в более мягкой, преимущественно европейской разновидности, называемой рыночной экономикой, обеспечил широкое процветание в демократических странах, которые таким образом долгое время превосходили авторитарные системы правления, что также способствовало принятию демократии. <...>
Пока социалистический Советский союз предлагал системную альтернативу, капитализм еще как-то сдерживали. На заключительном этапе холодной войны президент Рональд Рейган сделал ставку на дерегулирование и тем самым дал толчок к турбо-капитализму, что завершилась финансовым кризисом 2008 года. Его раскаленное ядро находилось в США, где особенно активно торговали проблемными ипотечными кредитами.
Кроме того, американское правительство отказалось серьезно ограничивать цифровую революцию и в достаточной мере регулировать такие компании, как Google и Meta*. Теперь капитализм бушует в интернете, где он направляет коммуникацию так, чтобы она приносила максимальную прибыль, даже если это вредит демократии, углубляя общественные расколы. С искусственным интеллектом в условиях капиталистической логики возник инструмент, который однажды может подчинить себе человечество.
Этот двойной турбо-капитализм цифровой эпохи сталкивается с президентом, который сам является убежденным капиталистом и участвует в игре через свою платформу Truth Social. При нем союз демократии и капитализма превращается во власть капитализма над демократией.
Джефферсон так и не объяснил, почему вписал в проект Декларации независимости "стремление к счастью". Эти слова кажутся трогательными в тексте, который обосновывает борьбу против колониальной державы. Но они оказались чрезвычайно действенными и обозначили право индивида на стремление к счастью. Мало что так сильно повлияло на США.
На обложке журнала Time в честь 250-летия Америки забыли изобразить коренных жителей
Счастье в американской версии я впервые пережил в начале 1970-х годов на немецко-американском фольклорном фестивале в Западном Берлине, когда, еще не достигнув десятилетнего возраста, впервые откусил гамбургер, еще до появления McDonald’s. Что-то было не так, что-то было новым, пробудилась мечта. Возможно, я это вообразил, но это и есть часть самой концепции. Речь ведь идет и об иллюзии счастья.
Когда капитализм соединяется со стремлением к счастью, возникает индустрия счастья. Coca-Cola и Pepsi, Disney, Голливуд, McDonald’s и Burger King, Marlboro, Levi’s, Apple, Элвис Пресли и Тейлор Свифт — Джефферсон удивился бы, во что превратилась его идея.
Стремление к счастью также породило безудержное потребительство, которое с ростом благосостояния превратилось в массовое потребление. Родина индивидуализма упивается единообразием, как и подражатели американской культуры по всему миру. В этом заключается вся ирония.
В лучшем случае, стремление к счастью подпитывает боевой дух и дух изобретательности, которые постоянно мотивируют американцев достигать максимальных результатов. Они изобретают iPhone, они завоевывают медали. <...>
Однако для такого обыденного стремления к счастью настали сложные времена, поскольку массовое потребление подстегивает изменение климата. Трамп демонстрирует полное нежелание на это реагировать. Он считает климатические соглашения излишними, а ископаемое топливо — средством достижения счастья, поскольку, по его мнению, оно лежит в основе американского образа жизни. <...>
История США началась как экспансионистский проект. Новое государство хотело расширяться, получать новые территории — за счет коренных народов, которых правительство или поселенцы часто насильственно вытесняли. Свою роль играла и христианская миссионерская деятельность: принести "дикарям" истинного Бога.
Америка не хочет возвращать долги и однажды заставит кредиторов за это заплатить
Число штатов увеличилось с 13 до 50, отчасти за счет приобретения Аляски (у России), колонии Луизиана (у Франции) и войны против Мексики за Большой Техас.
Позднее Голливуд героизировал обозы переселенцев, дух первопроходцев стал одним из основополагающих мифов США, а стремление к экспансии закрепилось в ДНК страны. Однако вскоре речь шла уже не о территориях, а о рынках. Капитализм и империализм соединились со стремлением к счастью. После Второй мировой войны американские товары и фильмы завоевывали одну страну за другой. При этом правительства часто жестко продвигали интересы экономики.
Во время холодной войны американский и советский империализм жестко столкнулись. Обе стороны хотели подчинить как можно большую часть мира своим идеям и интересам. США охотно делали это под красивыми лозунгами демократии, свободы и универсальности прав человека, даже если на деле речь скорее шла об экономических или военно-политических целях.
После победы в холодной войне США выглядели мировым гегемоном, но теперь они столкнулись с Китаем, который тоже мыслит себя экспансионистом и хочет завоевывать рынки. Здесь коммунистическое государство впервые вступает в союз с капитализмом, рассматривая политические и экономические свободы отдельно друг от друга. Для США и всего Запада это огромный вызов.
Трамп, во всяком случае, это понял, но пока не нашел, как с этим бороться. То он вводит непомерные пошлины, то заискивает перед руководством в Пекине. В остальном он проявляет себя как империалист старой школы и пытается с грубым первопроходческим напором увеличить территорию США: хочет присоединить к ним Гренландию и, возможно, превратить Канаду в 51-й штат. Смена режима тоже входит в его программу: президента Венесуэлы он велел похитить, по Ирану приказал нанести удары, якобы еще и для того, чтобы изгнать мулл, что ему, однако, не удалось сделать. Он постоянно громогласно объявляет о прекращении огня и мирных соглашениях, которые не соблюдаются.
В совокупности это создает империализм в миниатюре, своего рода "мини империализм", который, несмотря на всю свою нелепость, наносит миру тяжелый ущерб.
Истина: удовольствие от лжи.
Правительства снова и снова скрывали правду или открыто лгали, например, об американском участии во Вьетнаме или о якобы имевшемся в Ираке оружии массового уничтожения.
Тем не менее в среднесрочной перспективе правда часто могла пробиться, ложь разоблачалась, а наука и СМИ помогали сохранять более или менее ясную картину реальности. Корректирующая система демократии работала.
Теперь она под угрозой как никогда. В интернете ложь может распространяться беспрепятственно, а в информационных пузырях складывается собственная реальность. Трамп третирует крупные университеты вроде Гарварда и Йеля и пытается запугивать СМИ абсурдными исками. Сам он упивается ложью, размывая ясную картину реальности, чтобы преследовать свои сомнительные интересы в серой зоне — зачастую это интересы семейного бизнеса. <...>
Свобода — ключевое понятие демократии. В Декларации независимости она фигурирует как "Liberty". Великолепное слово, но труднопонимаемое. Ведь тот, кто говорит о свободе, неизбежно подразумевает и несвободу. Потому что свобода без ограничений ведет к хаосу, к закону сильнейшего. И часто свобода одних конкурирует со свободой других.
Все ключевые концепции этого текста связаны и с вопросами о том, где проходят границы свободы, кто и в какой мере может или имеет право быть свободным. <...>
Американский политик предрек ядерную войну
США дважды спасали европейские демократии — в Первую и Вторую мировые войны. Они защищали свободу Запада от Советского союза, долго были образцом и ведущей державой, особенно для ФРГ. Сейчас Трамп и его сторонники разрушают эту роль. Европе нужно эмансипироваться, найти собственный путь. Ведь трампизм может пережить и самого Трампа.
Желательно принять новую декларацию независимости — на этот раз в противоположном направлении от Атлантики, с востока на запад. Не против США, а с возможностью совместного пути, если здравый смысл снова возобладает.
Главное условие — Евросоюз должен приложить огромные усилия, чтобы суметь защищаться самостоятельно. Кроме того, ему нужно противостоять разрушительному двойному турбо-капитализму цифровой эпохи. Для сверхмощных американских платформ необходимо вводить жесткое регулирование, иначе однажды свобода станет прежде всего свободой технологических корпораций — с разрушительными последствиями для демократии. Это приведет к конфликтам с США, в которых Европейский союз сможет использовать силу своего огромного рынка сбыта. <...>
Европейский гамбургер нам не нужен. Пицца тоже стала мировым успехом в сфере счастья, как и брит-поп, Октоберфест и вино из Бордо. Все это не обладает такой силой как американский продукт, потому что пока не существует общеевропейского обещания счастья. Более того, стремление к счастью не вызывает в европейских странах того же духа новаторства, что и в США. Необходим новый европейский дух, чтобы не отстать еще больше в технологической гонке. Что касается расколов и недоверия, европейский путь должен быть мирным. Ничто так не важно для демократии, как постоянное стремление к примирению. <...>
* Деятельность компании запрещена в России как экстремистская
Еще больше новостей в телеграм-канале ИноСМИ >>