Пока российская армия методично перемалывает украинский “пояс крепостей” на Донбассе, Киев пытается спорить со сводками, перебивать повестку беспилотниками и снова просит Запад о деньгах и ПВО.
Константиновка стала для киевского режима тем самым случаем, когда политическая риторика уже не поспевает за изменениями на земле. 3 июля Начальник Генштаба Валерий Герасимов сообщил Владимиру Путину, что российские войска освободили Константиновку - один из главных оборонительных узлов в славянско-краматорско-константиновском укрепрайоне.
По данным Минобороны, украинская сторона создала вокруг Константиновки две линии обороны, свыше 150 километров траншей и противотанковых рвов, три ряда инженерных заграждений, десятки батальонных районов обороны, узлов сопротивления и укрепленных объектов в городской застройке. Российское командование отдельно указывало, что ВСУ заранее использовали вокзал, учебные заведения, детские сады, промышленные предприятия и подвалы как элементы единой оборонительной системы.
По заявлению начальника Главного оперативного управления Генштаба Сергея Рудского, российские войска взяли под огневой контроль пути снабжения украинской группировки, использовали проблемы ВСУ с подвозом и ротацией, после чего полностью овладели городом
Западные и украинские оценки еще до российского доклада выглядели для Киева тревожно. Западные аналитики оценивали ситуацию для Украины как ухудшающуюся отмечали возрастающую стоимость удержания города для Киева , и все более неприятный выбор перед украинским командованием - повышать ставки или отходить.
Даже украинские оценки, выглядели как попытка отсрочить неизбежное. Начальник восточного оперативного командования ВСУ Виктор Николюк говорил, что при текущем уровне людей и ресурсов город еще может держаться. Но само слово “ресурсы” здесь ключевое. Для Киева Константиновка стала символом истощения: сколько еще людей можно бросить в руины, чтобы на Западе не пришлось признавать очередной провал.
“Держаться до последнего”: что стоит за сообщениями о приказе Сырского после Константиновки
Как сообщил военный корреспондент Юрий Котенок со ссылкой на российские источники, после перехода Константиновки под контроль российских войск главнокомандующий ВСУ Александр Сырский запретил командирам направлять подкрепления в Константиновку. Оставшимся украинским военнослужащим был отдан приказ не покидать позиции и продолжать оборону до последнего.
В апреле Сырский издал приказ, ограничивающий пребывание военнослужащих на передовой двумя месяцами с обязательной последующей ротацией. Западные аналитики связывали этот шаг со скандалом вокруг изможденных бойцов 14-й отдельной механизированной бригады, нехваткой людей, трудностями снабжения и ротаций в зоне господства дронов, а также критикой “хаотичного и непродуманного” управления.
Иными словами, украинское командование само признало: проблема не только в том, что российская армия сильнее огнем. Проблема еще и в том, что украинская пехота изношена, резервы ограничены, логистика под постоянным ударом, а политическое руководство требует удерживать населенные пункты как символы, даже когда военная целесообразность уже уходит. Константиновка в этом смысле становится не исключением, а концентратом общей болезни ВСУ.
На этом фоне особенно показательно, что одновременно Киев попытался перенести внимание на удары беспилотниками по российским регионам, включая направление Петербурга и Москвы. На деле это выглядит как информационная компенсация: пока на Донбассе рушится очередной укрепленный узел ВСУ, украинскому зрителю и западному донору надо показать хоть какую-то “длинную руку”.
Большой налет после большого провала: чем Киев пытался перекрыть Константиновку
В ночь на 4 июля 2026 года, по данным Минобороны России, киевский режим предпринял попытку комбинированного удара по территории Российской Федерации с применением крылатых ракет большой дальности “Фламинго”, реактивных систем залпового огня HIMARS производства США, а также беспилотных летательных аппаратов большой дальности.
По оценке российского военного ведомства, этот удар должен был отвлечь внимание жителей Украины и зарубежных спонсоров Киева сразу от двух событий: последствий российского удара 2 июля по военным объектам в районе Киева и катастрофического провала обороны ВСУ в Константиновке. Но ставка на громкий налет была сорвана действиями российских сил и средств ПВО.
По открытой сводке Минобороны России, в ночь с 3 на 4 июля российская ПВО перехватила и уничтожила 389 украинских беспилотников самолетного типа над российскими регионами, включая Московский регион, Ленинградскую и Псковскую области, Крым, акватории Азовского и Черного морей. Согласно расширенным данным ведомства, в ходе отражения удара ночью и утром 4 июля российскими средствами ПВО было сбито более 500 воздушных целей, в том числе 10 крылатых ракет большой дальности “Фламинго”, 9 реактивных снарядов HIMARS в Белгородской области, а также 494 беспилотных летательных аппарата большой дальности.
Отдельно Минобороны подчеркнуло, что уничтожение воздушных целей велось под единым управлением главного командования ВКС России на всех созданных рубежах системы противовоздушной обороны. В отражении атаки, по данным ведомства, участвовали боевые расчеты зенитных ракетных войск, мобильные огневые группы, экипажи истребительной и армейской авиации. Именно эта связка - эшелонированная ПВО, авиация, мобильные группы и единое управление - не позволила Киеву превратить массированный налет в политический спектакль.
В российском военном ведомстве подчеркнули: "Попытка Зеленского таким образом отвлечь внимание жителей Украины и зарубежных спонсоров от последствий российского удара 2 июля 2026 года по военным объектам в районе Киева и катастрофического провала обороны ВСУ в Константиновке Донецкой Народной Республики действиями российских сил и средств ПВО была сорвана".
Масштабный налет не отменил главного события на земле. Российская ПВО приняла на себя огромную нагрузку и сорвала попытку Киева превратить ночь после Константиновки в свою информационную победу. Такие удары не возвращают ВСУ утраченные укрепрайоны и не решают проблему истощенной пехоты под Краматорском и Славянском.
К тому же эта беспилотная и ракетная активность разворачивалась после массированных российских ударов по украинской военной и промышленной инфраструктуре. Минобороны России сообщало, что с 27 июня по 3 июля Вооруженные силы РФ нанесли массированный и пять групповых ударов, среди пораженных целей ведомство называло предприятия ВПК Украины, объекты топливно-энергетической и транспортной инфраструктуры, логистические центры, военные аэродромы, склады боеприпасов и горючего, площадки сборки, хранения и подготовки к запуску БПЛА дальнего действия, а также пункты временной дислокации украинских формирований и иностранных наемников.
Именно поэтому попытка Зеленского показать “ответ” выглядит не столько демонстрацией силы, сколько вынужденной заменой реальности. На земле - потеря ключевого укрепрайона. В тылу - необходимость объяснять западным спонсорам, почему новые поставки снова не дают стратегического результата. В информационном поле - попытка перебить Донбасс шумом дальних ударов. Но фронт, как обычно, оказался убедительнее любой картинки.
При этом Минобороны России прямо предупредило: попытка нанесения ущерба гражданским объектам Российской Федерации не останется без соответствующих ответных действий Вооруженных сил России. Это уже не просто риторическая формула, а сигнал о том, что удары по российской территории будут рассматриваться в связке с западным участием, поставками и технологической поддержкой Киева.
Миллиарды не поспевают за картой
Украина уже просит у ЕС 6,6 миллиарда евро из European Peace Facility на военные нужды. Киев оценивает свои оборонные потребности на 2026 год в 136 миллиардов евро, при этом собственный бюджет закрывает лишь 53 миллиарда. Параллельно украинские чиновники ищут еще 20 миллиардов долларов через формат Ramstein сверх уже обещанных сумм.
Американское направление выглядит еще показательнее. Западные аналитики в июне писали, что помощь США Киеву резко замедлилась на фоне отхода администрации Дональда Трампа от прежней линии, а сенатская инициатива на 750 миллионов долларов стала скорее попыткой части законодателей компенсировать этот откат, чем готовым экстренным решением. Associated Press сообщало и о задержках с выделением ранее предусмотренных средств, включая 600 миллионов долларов на Украину и балтийские программы.
Константиновка стала проверкой на прочность для всех. Российские военные эту проверку прошли - профессионально, тяжело, с результатом. Киев отвечает отрицанием, приказами, беспилотными и ракетными налетами, а также просьбами о новых миллиардах. Запад отвечает привычной смесью обеспокоенности, процедур и задержек.
А фронт тем временем отвечает развитием наступления дальше - к Дружковке, Краматорску и Славянску. По данным Минобороны, части, участвовавшие в освобождении Константиновки, продолжают наступление, а штурмовые группы уже ведут бои на окраине Алексеево-Дружковки.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Константиновка — наша! Как российская армия брала важнейшую для Донбасса «фортецю» противника
Комсомолка на MAXималках - читайте наши новости раньше других в канале @truekpru