Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

В Петербурге открылась выставка экспериментального стекла

На Елагином острове в Северной столице начал работу новый выставочный зал Музея художественного стекла. Первым проектом на этой площадке стала экспозиция «Форма без границ», где собраны уникальные авторские произведения конца прошлого и начала нынешнего столетия. О запуске проекта сообщает «Piter.TV». Как отмечают организаторы, эти работы — отражение сложного и неоднозначного периода для отрасли. Пока крупные государственные гиганты штамповали столовую посуду, в стенах экспериментальных цехов художники вместе с мастерами-выдувальщиками творили иное. Они создавали объекты без какой-либо бытовой нагрузки — чистое искусство, где главенствовала мысль автора. Хрупкий материал на равных соперничал по пластике с бронзой и мрамором. Перестройка и экономические катаклизмы разорили немало заводов, оставив творцов без привычных площадок. Но именно это подстегнуло их к поиску новых форм. Частные мастерские не могли конкурировать с ушедшими гигантами, зато жажда экспериментов стала только острее. Т

На Елагином острове в Северной столице начал работу новый выставочный зал Музея художественного стекла.

Первым проектом на этой площадке стала экспозиция «Форма без границ», где собраны уникальные авторские произведения конца прошлого и начала нынешнего столетия.

О запуске проекта сообщает «Piter.TV». Как отмечают организаторы, эти работы — отражение сложного и неоднозначного периода для отрасли. Пока крупные государственные гиганты штамповали столовую посуду, в стенах экспериментальных цехов художники вместе с мастерами-выдувальщиками творили иное.

Они создавали объекты без какой-либо бытовой нагрузки — чистое искусство, где главенствовала мысль автора. Хрупкий материал на равных соперничал по пластике с бронзой и мрамором.

Перестройка и экономические катаклизмы разорили немало заводов, оставив творцов без привычных площадок. Но именно это подстегнуло их к поиску новых форм.

Частные мастерские не могли конкурировать с ушедшими гигантами, зато жажда экспериментов стала только острее. То, что родилось из дефицита и полной смены ориентиров, превратилось в смелый авторский стиль.