На надгробии Гарринчи недалеко от Рио-де-Жанейро выбиты слова: «Здесь покоится радость всего бразильского народа». Его считали величайшим мастером дриблинга, хотя одна его нога была заметно короче другой. Он вполне мог стать главным символом бразильского футбола вместо Пеле, но собственную судьбу разрушили алкоголь, беспорядочная личная жизнь и крайне невыгодные контракты.
Главное было научиться ходить
Пеле однажды признавался: «Мне отвратителен его образ жизни». Уже став национальным кумиром, Гарринча мог зайти в самый неприметный бар города, и буквально через несколько минут туда устремлялась огромная толпа поклонников. Советский журналист Игорь Фесуненко, работавший в Бразилии в 1960-х, вспоминал, что владельцы таких заведений потом чуть ли не выставляли стул, на котором сидел футболист, как музейный экспонат. После одного такого визита хозяин бара мог обеспечить себя на всю оставшуюся жизнь.
Биограф Руй Кастро писал, что впервые алкоголь Гарринча попробовал еще в четырехлетнем возрасте. Уже к десяти годам он пил регулярно, а позже подобные истории стали привычными. Нередко перед важнейшими матчами клуба или сборной его находили глубокой ночью в дешевых кабаках, где он выпивал вместе со случайными знакомыми.
Настоящее имя футболиста — Мануэл Франсиско дос Сантос. Он появился на свет в бедной семье в пригороде Рио-де-Жанейро Пау-Гранди и был пятым ребенком. Даже дата его рождения оказалась записана неправильно: отец настолько увлекся празднованием, что добрался оформить документы лишь спустя десять дней после появления сына.
С рождения у мальчика были серьезные проблемы со здоровьем. Искривленный позвоночник, смещенный таз, косоглазие, деформированные колени и разница в длине ног примерно шесть сантиметров. После операции врачи честно предупредили родителей, что настоящим счастьем станет уже то, если ребенок сможет нормально ходить.
Новичок, которого сначала никто не воспринял всерьез
Легендарный защитник Нилтон Сантос вспоминал, как летом 1953 года тренер попросил его проверить на тренировке неизвестного новичка. Перед ним стоял худой кривоногий парень, над которым посмеивались остальные футболисты.
В клуб «Ботафого» Гарринчу буквально привел бывший игрок команды Педро Виана Арати. По одной из версий, именно он купил молодому футболисту первые бутсы, чтобы тот вообще смог приехать на просмотр. Гарринче тогда было двадцать лет, дома его уже ждала жена и маленький ребенок, а сам он заметно нервничал и, как вспоминали очевидцы, пришел на тренировку с запахом алкоголя. Женился он еще подростком, но это никак не мешало ему впоследствии прославиться многочисленными романами. Фесуненко называл его человеком, который жил исключительно сегодняшним днем.
До этого Гарринча выступал за команду текстильной фабрики в Пау-Гранди. Там он творил с мячом настоящие чудеса. Его фирменный прием заключался в том, что после успешного обыгрыша защитника он не спешил вперед, а специально ждал, пока соперник догонит его, чтобы снова оставить того не у дел. Прозвище Гарринча он получил еще в детстве в честь маленькой болотной птицы, которую ловил ради заработка. Многие профессиональные клубы уже проявляли к нему интерес, но практически всех отпугивали его необычные ноги.
Нилтон Сантос позже рассказывал, что спокойно пошел на отбор, уверенный, что без труда остановит новичка. Но Гарринча мгновенно прокинул мяч между его ногами и исчез. Защитник попытался развернуться, однако сам оказался на газоне.
После окончания занятия Сантос буквально настоял, чтобы руководство подписало этого футболиста. По легенде, он сказал тренеру, что если Гарринчу уведет другой клуб, защитники всей страны потом еще долго не смогут спокойно спать.
Через две недели Гарринча окончательно распрощался с работой на фабрике и полностью посвятил себя футболу.
Кошмар для защитников
За несколько сезонов в «Ботафого» Гарринча превратился в одну из главных звезд команды. Хотя сначала его использовали в центре нападения, самому футболисту всегда больше нравилось играть на правом фланге.
В 1957 году команду возглавил Жоан Салданья — известный журналист и убежденный коммунист, который позднее станет главным тренером сборной Бразилии. По воспоминаниям Игоря Фесуненко, он сразу предупредил игроков: правый край полностью принадлежит Гарринче, а все остальные должны лишь ждать от него передач.
В том же сезоне «Ботафого» выиграл чемпионат Рио-де-Жанейро, а Гарринча стал любимцем всей страны. Уже через год его вызвали в национальную сборную на чемпионат мира в Швеции. Вместе с ним впервые на мировое первенство отправился и юный Пеле.
Перед поездкой игрокам устроили психологическое тестирование. Выяснилось, что Гарринча плохо читает, с трудом различает простейшие фигуры и, по мнению специалистов, может иметь психологические проблемы. Руй Кастро вспоминал, что, когда его попросили нарисовать человека, он изобразил фигуру с непропорционально огромной головой. Психолог даже рекомендовал оставить футболиста дома.
Первые два матча чемпионата мира и Гарринча, и Пеле провели на скамейке запасных. Бразилия победила Австрию и сыграла вничью с Англией. Перед третьей встречей против СССР Нилтон Сантос вновь вмешался и убедил тренера выпустить молодых игроков, считая, что они сильнее футболистов основного состава.
Защитник сборной СССР Владимир Кесарев позже признавался, что Гарринча буквально уничтожил всю советскую оборону. По его словам, именно он, а не Пеле, был лучшим игроком того матча. Никита Симонян рассказывал, что Борис Кузнецов, которому приходилось его опекать, иногда специально выбивал мяч подальше лишь для того, чтобы хоть немного перевести дух.
Виктор Царев также вспоминал, что Гарринча с первых минут произвел на защитников сильнейшее впечатление. Уже в дебюте встречи он так пробил в штангу, что казалось, если бы Яшин успел подставить руку, удар оказался бы слишком сильным даже для него.
После победы над СССР со счетом 2:0 Бразилия уверенно прошла весь турнир, победив Уэльс, Францию и хозяев чемпионата шведов. В финале Гарринча сделал две результативные передачи, вошел в символическую сборную мирового первенства, а Бразилия впервые стала чемпионом мира.
Вернувшись домой, Гарринча первым делом отправился в родной Пау-Гранди. По воспоминаниям Руя Кастро, он зашел в бар, где когда-то проводил вечера в молодости, и оплатил все долги местных жителей.
Когда клуб оказался важнее здоровья
Гарринча блистал и на чемпионате мира 1962 года, где Бразилия вновь завоевала золото, а сам футболист забил четыре мяча. Он продолжал играть за клуб и даже попал в заявку на чемпионат мира 1966 года, хотя было очевидно, что постоянные проблемы со здоровьем постепенно берут верх.
Уже с 1962 года футболиста серьезно мучил артроз правого колена. Врач «Ботафого» настаивал на длительном отдыхе, однако руководство клуба думало совсем о другом. Команде предстояло прибыльное турне по Европе, и президент Серджио Дарси решил, что главная звезда обязана играть при любых обстоятельствах.
Игорь Фесуненко рассказывал, что перед каждой встречей Гарринче делали обезболивающие уколы. Несмотря на это, после матчей он иногда не мог самостоятельно дойти даже до автобуса, и партнеры буквально несли его на руках. При этом сам футболист почти не умел читать и часто подписывал пустые договоры, куда руководство клуба позже самостоятельно вписывали сумму зарплаты. Позже выяснилось, что долгие годы главный кумир болельщиков получал почти вдвое меньше многих партнеров.
Ситуация немного изменилась после знакомства с известной певицей Элзой Суарес. К тому времени Гарринча все еще состоял в браке и уже был отцом восьмерых детей. Именно Суарес познакомила его с адвокатами, которые помогли добиться более выгодного контракта. Однако руководство клуба вскоре начало рассказывать журналистам, будто футболист требует слишком больших денег, постоянно набирает вес, пропускает тренировки и уже не соответствует прежнему уровню. После операции на колене в 1965 году условия соглашения снова изменились, и теперь ему платили только за матчи, в которых он выходил на поле. А выпускать его стали все реже.
Грустный финал великого таланта
В конце 1960-х Гарринча уже переходил из клуба в клуб, успел поиграть в Колумбии и некоторое время жил в Европе. Весной 1969 года он, находясь за рулем в нетрезвом состоянии, столкнулся с грузовиком. Вместе с ним ехали Элза Суарес, ее дочь и мать. Последняя погибла от полученных травм. Суд ограничился условным сроком и денежным штрафом.
Алкогольная зависимость тем временем только усиливалась. Одновременно росли и финансовые проблемы. Гарринча выплачивал алименты бывшей супруге, а затем появились и другие женщины, утверждавшие, что воспитывают его детей. По официальным данным, у него было как минимум четырнадцать детей, хотя многие считают, что их число было значительно больше. Фесуненко даже рассказывал историю о ребенке, появившемся после короткого турне «Ботафого» по Норвегии.
Иногда футболисту все же удавалось заработать крупные суммы. Например, за прощальный матч за сборную Бразилии в 1973 году он получил около 60 тысяч долларов, однако почти сразу эти деньги ушли на многочисленные долги. Евгений Ловчев вспоминал, что после игры Гарринча плакал, покидая поле под овации 150 тысяч зрителей, а спустя совсем немного времени уже одиноко стоял возле стоянки такси, и прохожие почти не обращали на него внимания.
Мануэл Франсиско дос Сантос умер 20 января 1983 года. Причиной смерти стал цирроз печени. Последние годы своей жизни один из величайших футболистов мира провел практически в нищете и существовал благодаря помощи людей, которые еще помнили его триумфальные годы.
Элза Суарес ушла от него в 1977 году и продолжила успешную музыкальную карьеру. Через год Гарринча женился в третий раз. Его супругой стала двадцатилетняя медсестра Вандерлея Виэйра, с которой он познакомился в больнице после сердечного приступа. За последний год жизни футболиста госпитализировали около десяти раз. Перед самой смертью он вновь ушел в тяжелый запой. Друзья привезли его домой, после чего, по словам жены, он впал в кому и уже не пришел в сознание.
На прощание с Гарринчей на стадион «Маракана» пришли сотни тысяч человек. Его гроб был накрыт флагом «Ботафого» — клуба, который сделал его легендой, но одновременно во многом определил трагический финал его жизни.
Газета The Times включила Гарринчу в число лучших футболистов в истории чемпионатов мира, поставив его на шестое место. В самой Бразилии большинство считает его вторым после Пеле, хотя многие уверены, что именно Гарринча был величайшим. Игорь Фесуненко однажды очень точно объяснил эту разницу: «Пеле для бразильцев был богом. А Гарринча — это радость, восторг и настоящее счастье. Его финты невозможно было забыть. Раз — и сразу трое защитников оказываются в стороне».