И наливали на глоток, на глаз. Смотрели фильмы с маленьких экранов. Не думая, что будет и про нас. И жрать готовили не на себя - на роту, Подъём кричали, не спешили дать отбой. Без выходных несли свою работу, Не дембель ждали, ждали выпускной. Когда контракт все даты отлистает, И командир устанет объяснять, Что службы нашей много не бывает, И надо заново бумагу подписать. Не спорили, когда настало время. Стояли насмерть, хоть и "на рогах". Солдатское немыслимое бремя Застало в феврале и в сапогах. Прости меня любой другой прохожий, Когда не в грязной форме ты идёшь, Я знаю, что не брат ты мне, но всё же, Ты тоже вырастишь когда-то молодёжь. И сын придёт к тебе, возможно даже целый, И спросит: где ты был тогда отец? А ты, бараном жалким, что-то блея, Промямлишь - я растил тебя, юнец. Я жить хотел, боялся стать убогим. Ходил спокойно на работу и домой. И обходил Безруких и Безногих, Что познакомились с безумною войной. Твой сын тебя конечно не осудит, Он будет слушать и кивать в о