Студия Illumination выпустила в кинотеатры планеты третью серию сольных приключений миньонов — приспешников суперзлодея Грю. В России новинку транслируют пираты.
Маленькие желтые таблетообразные существа в джинсовых комбинезонах, более известные как миньоны, появились в 2010 году в мультфильме студии Illumination «Гадкий я». Тогда они работали на местного суперзлодея Грю, помогали ему украсть Луну и присматривали за тремя девочками-сиротами, которых тот хотел использовать как воровской инструмент, чтобы втереться в доверие к другому суперзлодею, обладавшему устройством, необходимым для похищения Луны… Впрочем, всё это слишком долго объяснять.
За следующие 16 лет и шесть фильмов Грю переквалифицировался из суперзлодея в супергероя, научился быть хорошим мужем и отцом, девочки выросли, а вот миньоны не изменились. Они по-прежнему милы, веселы и вопиюще некомпетентны. Благодаря вирусной популярности этих безумных желтых карапузов «Гадкий я», три его сиквела и два спин-оффа превратились в самую кассовую анимационную франшизу всех времен.
Когда всё так прекрасно работает, создателям очень сложно устоять перед искушением ничего не менять. В седьмой части франшизы и третьем фильме серии спин-оффов «Миньоны и монстры» режиссер Пьер Коффен повторяет как минимум треть того, что уже было показано в первых «Миньонах» 2015 года, режиссером которых тоже был он. Миньоны здесь снова представлены как кочевое племя аборигенов, вооруженных копьями и одетых в набедренные повязки. Они плавают по первобытным океанам на чем-то вроде длинных каноэ в поисках самого здоровенного и самого злобного монстра на планете.
Одиннадцать лет назад миньоны начинали с динозавров, затем перемещались в Древний Египет, средневековую Трансильванию, наполеоновскую Францию и в итоге оказывались в тупике посреди ледяной пещеры снежного человека. На этот раз вместо тираннозавра — гомеровский циклоп. Потом снова мумии. А в Средневековье вместо графа Дракулы — какой-то злой колдун. Но исход один и тот же: из-за криворукости и придурковатости наряженных в джинсы носителей хаоса все их злобные повелители один за другим гибнут страшной смертью — падают в пропасть, идут на корм рыбам, превращаются в пыль или сгорают заживо, не оставляя следов. Правда, от колдуна остается крайне полезная книга черной магии, которая еще сыграет свою роль в финале фильма.
В 1920-х годах бессмертное племя оказывается в Лос-Анджелесе в самый разгар эпохи немого кино. Они видят потенциального злого повелителя в дерзком грабителе банков, удирающем от помощников шерифа на паровозе. Но тот оказывается всего лишь киноактером, снимающимся в чем-то вроде «Большого ограбления поезда» — легендарной киноленты 1903 года, считающейся первым в истории криминальным боевиком.
«Миньоны», «Гадкий я», а также все их продолжения и раньше не чурались цитат и мемов из разнообразной киноклассики: в ход шло абсолютно всё — от бондианы до гонконгских боевиков. Но «Миньоны и монстры» — кино более обстоятельное. Это экскурс в историю немого кинематографа, напоминающее «Вавилон», «Поющих под дождем», «Артиста», «Зелига» и еще пару десятков фильмов о Голливуде 1920-х.
Миньоны прибывают вместе с поездом на станцию Ла-Сьота, встречают там Чарли Чаплина, Бастера Китона, «Политого поливальщика» и отправляются на Луну вместе с героями фильмов Мельеса.
Однако слишком долго цитировать немое кино у Коффена не получается, и он переходит к классике помладше. Под потолком над миньонами летает на велосипеде инопланетянин из одноименного фильма Спилберга, а в соседнем павильоне внутри стеклянного ящика демонстрируется всем желающим живой и здоровый Джордж Лукас. В оригинале Лукас даже озвучил сам себя, но нам этого не услышать.
Оказавшись в Голливуде, миньоны немедленно попадают в оборот к местным киношникам, заключают контракт с близнецами-продюсерами (довольно очевидный намек на братьев Уорнеров, основателей одноименной студии), работают с режиссером-эмигрантом из Европы по имени Макс (тут, возможно, имеется в виду Макс Линдер, но скорее — Фриц Ланг, создатель культового «Метрополиса») и становятся большими звездами.
Впрочем, уже в следующей сцене они теряют большую часть ролей, контрактов и медийного влияния. С появлением в кино звука выясняется, что антропоморфные таблеточки не владеют английским, и они вылетают со студии так же, как герои «Артиста», «Вавилона», «Поющих под дождем» и еще пары десятков фильмов о Голливуде 1920-х.
Возможно, было бы лучше, если бы после этого миньоны бросились решать проблему и, как во всех предыдущих сериях, лишь усугубляли бы ее до очередного безумного финала. Но на этот раз Коффен и сценаристы поступают иначе: племя разделяется. Трое миньонов-новичков — вместо безумной троицы (Кевин, Стюарт и Боб) в «Миньонах 3» дебютируют Генри, Джеймс и Эд — хотят вернуться в Голливуд и задумывают снять фильм ужасов про монстра (вот тут им как раз понадобится дьявольская книга средневекового волшебника), а остальные выбирают новым злым хозяином инопланетного робота, который планирует захватить мир, но всё время отвлекается на симпатичную суфражистку. Всё-таки 1920-е в США — еще и период подъема движения за права женщин.
После этого фильм распадается на множество не связанных друг с другом гэгов — удачных и не очень. Пока Генри, Джеймс и Эд пытаются вызвать из своего Некрономикона самого Ктулху, остальные оказываются в вариации «Огней большого города»: устраивают личную жизнь своего инопланетного босса и участвуют в митингах его новой пассии.
К финалу фильм окончательно теряет ощущение цельности, но не теряет боевого задора. Миньоны в итоге спасают положение и весь мир как настоящие герои. Но разве они не злодеи? Или хотя бы приспешники злодея?
Для боссов Illumination это вряд ли имеет большое значение. Первый хозяин миньонов Грю использовал их для крупных и не очень краж, в сольных спин-оффах они продолжили воровать не слишком хорошо лежащую интеллектуальную собственность. Но главной и единственной их задачей всегда было зарабатывание денег для Illumination. И пока они со своей функцией справляются, бессмертие им обеспечено.
Удачного просмотра.