Назвать Пушкина писателем, который уже не нужен России, сегодня решится разве что интернет-тролль, рассчитывающий собрать побольше комментариев. А в середине XIX века это сделал человек, которого не освистали, а, наоборот, превратили в кумира целого поколения. Его звали Дмитрий Писарев.
Сегодня это имя знают главным образом филологи, историки литературы и жители улиц Писарева, разбросанных по всей России. А ведь всего полтора века назад он был, пожалуй, самым влиятельным публицистом своей эпохи. Его статьи читали взахлеб, переписывали от руки, передавали друзьям. Для молодежи шестидесятых годов XIX века Писарев был примерно тем, кем во времена хрущевской оттепели стали Евтушенко или Вознесенский.
Появился он очень вовремя. После смерти Николая I Россия переживала необычайный подъем. Отмена крепостного права, судебная реформа, земства, новые журналы, оживленные споры о будущем страны — воздух был наполнен ощущением, что старый мир заканчивается и начинается новый.
Писарев оказался самым ярким выразителем этой атмосферы. Он признавал только разум, опыт и практическую пользу. Все, что нельзя было применить в реальной жизни, казалось ему пустой тратой сил. Именно поэтому он позволил себе то, что до него почти никому не приходило в голову. Нет, Писарев не отрицал гения Пушкина. Но он утверждал, что государство нуждается прежде всего в химиках, врачах, инженерах и естествоиспытателях, а не в поклонении замшелым кумирам. Для образованной России того времени подобные слова звучали почти как святотатство. Однако именно эта дерзость и сделала молодого публициста кумиром тысяч студентов.
Летом 1868 года Писарев отдыхал в Дуббельне под Ригой вместе с писательницей Марко Вовчок. Море он любил с детства и плавал превосходно. Однако вода словно преследовала его всю жизнь. Ребенком он едва не утонул в реке, позже провалился под лед на Неве, но оба раза чудом спасся. Третья встреча с водой оказалась последней.
Утром 4 июля Писарев, как обычно, отправился купаться. Местное побережье было обманчивым: песчаные отмели неожиданно сменялись глубокими промоинами, затем снова начиналась мель. Он прекрасно знал эти места и не раз переплывал опасные участки. Но в тот день что-то произошло. Когда Писарев не вернулся ни к обеду, ни к вечеру, Марко забила тревогу. Начались поиски, и лишь на следующий день рыбаки обнаружили его тело.
Почему погиб опытный пловец, так и осталось загадкой. Говорили о судороге, о внезапной потере сознания, даже о самоубийстве. Однако друзья категорически отвергали последнюю версию. По их воспоминаниям, Писарев был увлечен работой, строил планы и вовсе не выглядел человеком, потерявшим интерес к жизни.
Но и после смерти судьба не оставила Писарева в покое. Во время перевозки гроба в Петербург судно попало в сильный шторм. Суеверные матросы решили, что бурю навлек покойник, и решили выбросить гроб в море. Марко Вовчок с большим трудом удалось отговорить команду. Писарева похоронили на Литературных мостках Волковского кладбища. По славной русской традиции прощание с героем поколения превратилось в вольнодумский митинг, который, впрочем, никаких последствий не имел.
Так завершилась короткая жизнь человека, которому было всего 27 лет. Он вошел в историю как публицист, осмелившийся бросить вызов пушкинскому культу и ставший символом поколения, верившего, что разум способен победить любые предрассудки. Ирония заключалась в том, что даже после смерти он едва не стал жертвой именно такого предрассудка.