Моих родителей не стало 5 лет назад.
После похорон я в родительский дом больше не приезжала. Не могла. А вчера муж настоял на том, чтобы выставить дом на продажу.
— Ну что ты как собака на сене, Лена? Дом же не виноват в том, что осиротел, — рассудительно, как всегда, сказал он. — Пусть обретет других хозяев и приносит счастье им, раз тебе не надо.
— Ок, — с каким-то тупым безразличием кивнула я.
А на следующий день на объявление откликнулась молодая пара. Тут же согласовали показ, и я поехала в свою деревню.
Покупатели задерживались. Ища спасения от жары, я побрела в палисадник, под развесистую черемуху: там спасение, папкина деревянная скамеечка. Шаг, другой — и вдруг я растянулась в метре от скамейки.
Не найдя ничего лучше, я заревела — навзрыд, не стесняясь, что соседи услышат. То ли жары, то ли от неожиданности, то ли от отчаяния.
Ну вот же я — снова дома, а дома-то никого больше и нет. Никто меня не встречает, и самое страшное, что уже и не встретит. И мама не погладит ободранную коленку так нежно, как только она умеет, и не передаст мою боль ни корове, ни собачке, ни лисичке. И папа не отругает эту кочку, из-за которой весь сыр-бор.
«Ннну ладно! До свадьбы и так заживет, — произнесла я с маминой интонацией. — А вот ты у меня все равно получишь!»
Я вытерла слезы и прямо на коленках двинулась в сторону своей обидчицы. Одним движением снесла кочку, о которую запнулась, и начала неистово вырывать оставшиеся на ее месте сорняки.
Ой! А что это?
Я нахмурилась и протерла глаза.
Уже более осторожно я начала убирать остатки травы и земли. Чем отчетливее сверкала моя неожиданная находка, тем сильнее билось мое сердце. В момент, когда оно уже было готово выпрыгнуть и покатиться, словно колобок, по пыльной деревенской улице, я ахнула.
«Не может быть… Этого не может быть!»
Я с той осторожностью, с которой разве что принимают новорожденного, достала из земли треугольный кусок стекла, а из-под него полиэтиленовый мешочек с кладом: мама говорила, что это называется «секретик».
Вот сережка-гвоздик. Помню, мне только прокололи уши, вставили эти «гвоздики», и один я тут же благополучно потеряла. А мама его сохранила. Вот огромная пуговица, которая мне всегда нравилась, но ни к чему из моего скромного гардероба не подходила, и я просто хранила ее как сувенир. Вот значок с надписью «ЛЕНА». Вот магнитик из Анапы, память о нашем единственном семейном отпуске на море. А вот самое главное.
Дрожащими — то ли от жары, то ли от волнения — руками я развернула малюсенький свиток, перевязанный белой ниткой.
«Помни, что здесь, дома, живет твое счастье, дочь. Это самый главный секретик».
Телефон зазвонил так резко, что даже огромная слезища испугалась и мигом забралась назад, в левый глаз.
— Але! Да-да… Будете через полчаса? Не надо. Не приезжайте. Показ отменяется.
Я встала, отряхнула несчастные коленки, добралась-таки до скамьи и написала мужу: «Я больше не хочу отказываться от счастья. Приезжай. Нам его обоим хватит».
Я есть в ВК и в Телеграм я тоже есть.
Приходите, девочки :)