У нас в КэтНьюсе уже который день бурлит классический версус "Наука:Религия". Если точнее, то я бы описал его как "Сциентизм:Агностицизм", но не будем забегать вперед. При всей моей любви к подобного рода дискуссиям, тексты с обеих сторон по этой теме достаточно сумбурные (и поэтому админ не понёс их на Дзен).
Одна из проблем в том, что никто не удосужился до сих пор опереться на сколь-нибудь внятное определение предметов дискуссии. Хотя бы бледное википедийное "Наука – это деятельность, посвященная выработке и систематизации объективных знаний о действительности". Вот я просто сделал Ctrl+F->"наук" по паре постов и там: "наука говорит", "противоречие науки и религии", "псевдонаука" и т.д. И нигде никто не пишет, что же он подразумевает под термином "наука".
Понятное дело. Как и многие фундаментальные понятия внутри человеческой культуры, "наука" чрезвычайно склонна к семантическому промискуитету. Чисто навскидку: "наука" может означать "научную методологию", т.е. сейчас это Поппер и его эпигоны; "научное" мировоззрение (от сциентизма до "мягкого" агностицизма); "наука" как общественный институт, отрасль экономики и субкультура; "наука" на мифологическом ("миф о науке") и мифопоэтическом ("мифы, порождаемые наукой") уровнях... Круто, да?
Давайте, что ли, разберемся хотя бы с частью этого поля смыслов. Начнем с наиболее адекватного самому термину — методологического.
Наука как методология
Поговорим об эмпирической науке. Попутно раздербаним главный миф научной методологии: что наука занимается поисками истины. Что есть истина? Ну естественно, это понятие такое же блудливое, как наша "наука". Но вот есть такое определение: "Истина — это когда помысливаемое соответствует предмету". А Гегель еще добавляет, что "Истина есть результат вместе с процессом". Процесс научного поиска цикличен (см. вторую картинку), и "истина" в нем — в лучшем случае побочный продукт. Да она и на схемке-то не обозначена, заметили? Краеугольный камень современного научного метода — попперовский фальсификационизм: "научная гипотеза или теория должны допускать возможность эмпирического опровержения". Просто потому что подтверждения и опровержения асимметричны, и один контрпример рушит гипотезу целиком или частично, а поддерживающие факты только уточняют. Поэтому гипотезам в науке ищут не подтверждения (подтверждением служит предсказательная сила), а опровержение.
Итак, ученый уже на этапе формулировки гипотезы должен допустить ее потенциальную неистинность. Более того, сортируя поток фактов в контексте своей гипотезы, он должен дотошно искать такой, который бы уличил его гипотезу в неистинности — в том, что через эту гипотезу он помыслил нечто, не соответствующее предмету.
Иными словами: целью научного метода является поиск лжи.
Ладно, и что с того? Можно же сказать, что ученый просто будет "отстреливать" ложь вокруг, пока не останется лишь истинное. Окей, представим себе эту ситуацию: таким макаром мы загнали истину в угол и готовы поставить окончательный эксперимент, чтобы уже пришпилить вёрткую чертовку... Секундочку. Если эту истину эмпирически не опровергнуть (мы, скажем так, элиминировали шаг за шагом все альтернативы), то нет и смысла дизайнить такой эксперимент даже при формальной возможности это сделать. Иначе говоря, "окончательная, неопровержимая истина" — что бы это ни значило — останется ненаучной с точки зрения научной методологии, даже если процесс ее обнаружения будет полностью в рамках этой методологии. Либо, что еще хуже, это значит, что достичь неопровержимой истины таким образом и вовсе невозможно.
— Да вижу я, вижу вас, передняя парта, не надо так истово тянуть руку! Никто не забыл про Гёделя. При всём моём восхищении его результатами, не надо чересчур переоценивать старого параноика. Но, если хотите, поговорим о нем как-нибудь в другой раз. Нам бы с самым сложным разобраться еще: с местом науки в человеческой культуре.
Но это оставим на потом...
Автор: Алексей Дробышев и CatNews