В тот день Иван Петрович проснулся в хорошем настроении.
До пенсии оставалось еще три дня, холодильник был почти пуст, но это его не пугало. Главное — вечером должен был приехать сын.
Они не виделись почти два месяца. Сын работал водителем междугороднего автобуса, постоянно был в разъездах.
— Пап, в пятницу заеду. Посидим, чай попьем, — сказал он по телефону накануне.
Иван Петрович весь день наводил порядок. Купил любимые пирожки сына. Даже достал старый семейный альбом.
Около пяти вечера зазвонил телефон. Номер был незнакомый.
— Алло?
— Это отец Андрея?
— Да.
— Ваш сын попал в серьезную аварию. Он жив, но срочно нужны деньги…
Иван Петрович даже не дослушал. За последние месяцы по телевизору столько рассказывали о подобных схемах, что он почти рассмеялся.
— Других ищите.
И отключил телефон. Через минуту снова звонок. Он сбросил. Еще через минуту. Снова.
— Совсем совесть потеряли, — проворчал он и выключил мобильный.
Вечер прошел в ожидании.
Сын не приехал.
— Наверное, рейс задержали…
Такое уже бывало.
Иван Петрович лег спать, даже не включая телефон.
Утром в дверь громко постучали. На пороге стояли двое полицейских.
— Вы отец Андрея Ивановича?
У него сразу похолодели руки.
— Да…
— Нам очень жаль…
Дальше он почти ничего не слышал. Настоящая авария произошла именно вчера вечером. Грузовик выехал на встречную полосу. Андрея успели доставить в районную больницу. Он был в сознании. Первым делом попросил позвонить отцу. Его телефон оказался разбит. Медсестра набрала номер с личного телефона.
Не ответили.
Попробовала еще раз.
И еще.
Потом телефон стал недоступен.
Она оставила попытки.
Через два часа сердце Андрея остановилось.
После похорон Иван Петрович долго не мог заставить себя включить мобильный. Когда все же решился, увидел двенадцать пропущенных вызовов с одного и того же номера. И одно голосовое сообщение. Он нажал воспроизведение.
Послышался уставший женский голос.
— Здравствуйте… Я медсестра районной больницы. Ваш сын просит срочно связаться с нами. Пожалуйста, если слышите это сообщение, перезвоните…
Запись оборвалась.
Иван Петрович слушал ее снова и снова. Он понимал, что уже ничего нельзя изменить. Больше всего его мучило не то, что он не успел приехать. А то, что последние слова сына он принял за очередную уловку мошенников.
Через неделю соседи заметили, что Иван Петрович каждый вечер сидит на лавочке у подъезда с включенным телефоном в руках.
На любой незнакомый номер он теперь отвечал сразу.
Всегда.
Но с тех пор ему больше никто не позвонил.