Обстоятельства добровольного вхождения Грузии в состав Российской империи
Весть о появлении русских быстро распространилась далеко за пределы Кавказа. Генерал от кавалерии и историк Василий Потто, умерший в Тифлисе в 1911-м году утверждал, что северное побережье Османской империи накрыла волна паники. Так, население портового города Трапезунда (Трабзона), только узнав о русских войсках в Грузии и появлении русского флота у их берегов,что, кстати, оказалось лишь слухом, быстро собрало пожитки и бежало в глубь турецких земель.
Турция и Персия, значительно ослабленные в то время, не могли напрямую наказать грузинские земли за подобный союз и тем более не желали ввязываться в войну с Российской империей, которая упрочила свои позиции на юге. Однако всегда есть строптивый сосед, чьими руками можно изменить ситуацию. Таким соседом выступили лезгины, которые и без того традиционно для того времени были готовы поживиться за счёт грузин. Это касалось как материальной добычи, так и живого «товара».
Лезгинские набеги были опустошительны, внезапны и оставались чаще всего безнаказанными, поэтому репутация лезгин как воинов была грозной, а сами они казались непобедимыми. Вскоре именно такой набег и обрушился на грузинские земли. При этом, естественно, два русских батальона не могли контролировать всю страну, а поэтому рассчитывали на координацию усилий с войском царя Ираклия. Но, к поразительному удивлению наших офицеров, ни Ираклий, ни его воины ничего не предпринимали сами и не спешили сотрудничать с русскими, ожидая окончания набега.
Наконец сам светлейший князь Григорий Александрович Потёмкин лично прибыл в Тифлис на переговоры с грузинским царём. Он был прекрасно осведомлён о бездействии Ираклия II по донесениям русского командования в Картли-Кахетии. Князя ждала безрадостная картина – боеспособной армии в её нормальном виде у грузин практически не было. Возмущённый такой безалаберностью, Потёмкин в личной аудиенции высказал всё самому царю Ираклию. Последний согласился сформировать отряды милиции, чтобы провести репрессалии[1], это привычная международная практика того времени, против ближайших лезгинских сёл в отместку на столь варварские набеги. Потёмкин одобрил данное предложение, хотя это было далеко не та мера, на которую рассчитывал князь.
Кроме того, Григорий Александрович решил усилить русский контингент в Грузии для будущей совместной военной экспедиции своим собственным конвоем. Таким образом, кроме двух батальонов и четырёх орудий, наше войско пополнилось эскадроном астраханских драгун и сотней донских и уральских казаков. Начальство над всеми силами принял оставленный в Тифлисе племянник князя Потёмкина генерал Александр Николаевич Самойлов.
Учитывая опыт общения с грузинской стороной, генерал Самойлов решил не дожидаться общего сбора войск Ираклия. В то время лезгинские отряды разоряли район близ Казах[2]. Именно туда в начале октября 1784-го года и выдвинулась экспедиция Самойлова, но вот войска Ираклия и его самого пришлось ожидать целых три дня, при этом неорганизованность грузинских войск, с которой пришлось столкнуться нашим солдатам, поражала. На своей собственной территории грузинское командование даже не смогло наладить приличного снабжения войск продовольствием. Всё это тормозило начало наступательных действий, целью которых было ни много ни мало спасти от уничтожения местное грузинское население, т.е. простой народ.
[1] Репрессалии – ответный набег с целью нанесения вреда противнику.
[2] Город Газах, западный Азербайджан
Генерал Самойлов тщетно слал грузинскому царю депеши с требованием без промедления приступить к активным военным действиям, так как едва ли не ежедневно приходили вести об уничтожении очередного грузинского селения со всеми жителями. Александр Николаевич, который лично видел последствия набегов, проходящих почти у него под носом, воспринимал такое промедление как оскорбление его офицерской и дворянской чести.
Но царь Ираклий II продолжал медлить. Сам Самойлов лично описывал положение следующим образом:
«Большое несчастье, что Ираклий сам принял начальство над своими войсками, а не прислал сюда своих военачальников. Тех я бы принудил к действию, а к царю могу лишь входить с представлениями. Он слушает советы, а поспешности не прибавляет нимало…»
Таким образом, терпение Самойлова медленно сходило на нет. К тому же большая часть осени уже была позади, а это означало ухудшение погоды, что ставило вообще под вопрос какие-либо активные военные действия. Ливни превратили и без того отвратительные дороги в какую-то булькающую топь, которая выбивала из рядов войска артиллерию. А вода в реке Алазани, служившей своеобразной границей между грузинскими сёлами и селениями лезгин, с каждым днём поднималась, размывая последние места, позволявшие форсировать её вброд.
Именно в эти тягостные минуты пришли сведения о крупном лезгинском отряде, возвращавшемся из-под селения Ганжи и находившимся в тот момент пока ещё по эту западную сторону Алазани. Терпение Самойлова лопнуло. Русские войска выступили наперерез отряду лезгин, лишь оповестив о принятом решении грузинского царя.
11 октября 1784-го года близ селения Муганды, раскинувшегося на берегу Алазани, русские солдаты настигли лезгинский отряд. Лезгины, славившиеся в Грузии как умелые и бесстрашные воины, заметив, что их преследуют русские, а не грузины, предпочли скрыться в прибрежном лесу, используя его как естественные оборонительные позиции.
Уставший от бесцельного ожидания, навязанного грузинами, Самойлов решился на быстрый и решительный штурм леса. Для штурма генерал выделил две колонны по двести кавказских егерей каждая, под общим командованием подполковника принца Эрнста Гессен-Рейнсфельдского. Началась мощная артиллерийская подготовка, одновременно с которой подполковник Гессен-Рейнсфельдский окружил лес.
Начался штурм, в который вскоре были втянуты все силы Самойлова, только кавалерия оказалась не у дел ввиду лесистой местности, поэтому прикрывала фланги и опасные участки от попытки прорыва противника. Бой длился пять часов. Лезгины сопротивлялись отчаянно. Взбираясь на деревья, они долго отстреливались. Те из них, кто не выдержал и дрогнул, бросились в бурные воды Алазани, где их накрыла картечь русских пушек. Только в лесу обнаружили около двух сотен тел поверженных врагов, а те сотни тел, которые унесла с собой Алазани никто не считал вовсе.
А где же всё это время был Ираклий II? А он, вместе со своим войском, явился на встречу с генералом Самойловым ещё в самом начале сражения. Однако, ко всеобщему недоумению, он заявил, что его воины будут находиться в общем резерве. Таким образом, гордый грузинский царь все пять часов просто наблюдал, как за его страну, а главное, за его народ, бьются русские солдаты.
Естественно, после этого отношения между генералом Самойловым и царём Ираклием II стали, мягко говоря, натянутыми. И это немудрено, хоть в количественном плане потери русских в том сражении были незначительными, но для самого генерала ощутимыми. При штурме леса погиб находящийся в первых рядах своих бойцов подполковник Гессен-Рейнсфельдский. Позже его тело со всеми воинскими почестями было погребено в одной из церквей Тифлиса.
20-го октября генерал Самойлов вернулся в Тифлис. Войска встречали восторженные горожане. Царь, переждавший сражение в стороне, сразу же устроил праздничный приём, демонстрируя легендарное «гостеприимство».
Ввиду начала зимы все активные боевые действия пришлось свернуть, как и прогнозировал Самойлов. Несмотря на то, что победа в сражении у Алазани имела важное психологическое значение, так как был развеян миф о непобедимости лезгинских полчищ, её военное значение быстро свели на нет политические интриги грузинской знати, нерешительность Ираклия II и бездействие самих грузинских войск.
В 1785-м году боевые действия возобновились. Несмотря на то, что из всех сражений русские войска вышли победителями, положение продолжало усугубляться. Грузинские силы были деморализованы, координации боевых действий как не было, так и не было по прежнему. Любые данные о новом набеге приходили русскому командованию от их грузинских «союзников» с таким опозданием, что противник успевал скрыться. Фактически русский контингент в Грузии, не имея никаких резервов, должен был заново отстроить укрепления и форпосты, наладить с нуля разведку и сеть лазутчиков, разведать дороги и организовать своевременное снабжение продовольствием. При этом рассчитывать на Ираклия и его силы не имело никакого смысла, словно наши солдаты находились на пустынной территории.
Словно всего вышеупомянутого было мало, так «благодарная» грузинская знать возложила всю ответственность за постоянные набеги на командование русских войск. Даже царица Дареджан Дадиани не стеснялась обвинять русских во всех бедах Грузии. Кстати, именно эта «непримиримая» к русским барышня, запутавшаяся в собственных политических интригах, сама побежит к императору Александру I с мольбой о защите её и её семьи, но это будет значительно позже. Так или иначе, но недовольство медленно проникало в грузинский народ, поэтому и безвольный тыл, пока русские носились по Грузии, преследуя противника, медленно становился не таким уж безопасным.
В сентябре 1786 года Оттоманский правитель Сулейман-Паша Ахалцихский направил Ираклию II предложение о заключении сепаратного мира. Грузинский царь это приложение принял, а турецкий Султан летом 1787 года документ ратифицировал. После такого грубого нарушения условий договора Георгиевский трактат утратил свою силу и уже 26 октября 1786 года русская армия покинула Грузию и расположилась во Владикавказе.
Победа России над Турцией в войне 1787 – 1791 гг. улучшила положение Грузии. По Ясскому миру Порта отказывалась от претензий на Грузию и обязалась не предпринимать враждебных действий против грузин.
Перейдём к событиям 1795 года. Мы помним, что Георгиевский трактат 1783 г. был расторгнут в 1786 году, тем временем Персия решила восстановить свою сферу влияния на Кавказе. Там после многолетней междоусобицы захватил власть Ага Мохаммад-шах из тюркского племени каджаров. Он стал основателем новой династии – Каджаров и принялся деятельно восстанавливать империю. В 1795 году огромная персидская армия огнем и мечом прошлась по Грузии.
29 августа 1795 года царь Ираклий уведомил Русский двор, что Аги Магомет-хан занял Эриванское ханство, которое уже 45-й год принадлежит Грузии, и все это признают в том числе и Персы.
Ираклий обратился о скорейшей присылки войск и к Гудовичу.
В своих записях царевич Теймураз указывает на 70 000 войск у шаха. У Ираклия “всего-навсего” – 2 700 человек и еще 2 000 у имеретинского царя Соломона II. При Ираклии были сын Вахтанг и внуки Давид и Иоанн.
10 сентября произошло первое сражение персидских и грузинских войск. Давид с небольшим отрядом, в составе которого находились князья Зураб Церетели, Отар Амилахвари, Иване Багратиони-Мухранский, Иоанн Джапаридзе и Захарий Андроникашвили, сразился с авангардом войск Аги Магомета.
Сражение длилось долго, персы понесли значительный урон и были отброшены. На другой день против неприятеля вступил сам Ираклий. Ага поставил сзади своих войск наемных туркменов (6 000 человек) с приказом уничтожать всех персов, которые попытаются бежать с поля сражения.
Битва началась в 6 часов утра и сначала шла удачно для грузин. Но соотношение сил 70 000 персов к 4 700 грузин, сыграло свою роль. Иоанн чудом спас жизнь Ираклию.
Персы ворвались в Тбилиси, защитниками которого были показаны чудеса героизма. С персами сражались даже артисты театра, безоружные горожане. Как один пали 300 арагвийцев, не отступив и не покинув друг друга.
Но силы были слишком неравны.
К 4-м часам персы заняли майдан и тотчас приступили к грабежу и резне населения. Народ укрывался в церквях и шиитской мечети, но это никого не спасло. Мужчин, стариков и детей убивали, а юношей и девушек уводили в соганлугский лагерь. Персы ворвались в дом Гарсевана Амилахвари, посланного царем к графу Гудовичу, и напали на его жену. Молодая женщина своей рукой убила двух насильников и сама была ранена кинжалом. Персы разгромили Тбилиси, большую часть населения вырезали, тысячи женщин и детей угнали в рабство.
Россия в ответ в 1796 году организовала Персидский поход, кроме того русские войска были введены в Грузию для её защиты.
Поход был победоносным, русские войска заняли Дербент, Кубу и Баку, вышли в северные области Персии. Весь западный берег Каспия оказался под русским контролем. В российское подданство перешли Дербентское, Бакинское, Кубинское, Карабагское, Шемахинское и Гянджинское ханства. Осталось только закрепить этот успех политическим соглашением с разбитым персидским шахом.
Неожиданная смерть Екатерины Великой смешала все карты. Царь Павел I решил начать внешнюю политику с чистого листа и приказал отвести войска из Закаспийской области и Грузии.
Но вскоре переговоры между Россией и Грузией возобновились. Царь Картли-Кахетии Георгий XII понимал, что выжить Грузия может только под покровительством Российской империи. Он просил возобновить соглашение 1783 года. В апреле 1799 года русский государь Павел I возобновил договор о покровительстве, русские войска вернулись в Тбилиси.
В 1799 г. царь восточно-грузинского царства Картлия Георгий XII обратился к российскому императору с просьбой о присоединении. Причиной для этого была крайняя степень внешней опасности, грозящей Картлии. Царство стало объектом агрессии Ирана, что стремился вернуть времена, когда царство было иранским вассалом.
С другой стороны, Картлия, как и вся Грузия, была объектом набегов из Дагестана. Причём дагестанцы стали объединяться из отдельных отрядов в большие настоящие армии – и переходить от набегов к настоящим нашествиям. Появилась ещё одна тенденция – дагестанцы начали заселять опустошённые их набегами приграничные районы Грузии.
Была также и внутренняя причина. Царь Георгий XII был уже немолодым и старым. Вставал вопрос – кто унаследует после него престол? И здесь сталкивались две линии царских сыновей. С одной стороны были сыновья Георгия, а с другой – сыновья царицы Дареджаны (второй жены царя Георгия). Усилиями Дареджаны законы наследования были запутаны так, что обе линии царевичей считали именно своё превосходство в праве на престол. В Картлии назревала большая междоусобица между Георгиевичами и Дареджаничами.
В этих условиях Георгий XII и обратился в Петербург. Переход в российское подданство он и его сторонники считали единственным средством избежать грозящих их стране бедствий. Осенью 1799 г. русские войска прибыли в Тифлис.
Для Дареджаничей такой поворот был неприемлем. Русская поддержка Грузии укрепляла позиции Георгиевичей, а на амбициях Дареджаничей можно было ставить крест. Наиболее ретивый из сыновей Дареджаны царевич Александр поднял открытый мятеж. Он бежал в Дагестан к правителю Умма-хану.
Вообще, приглашение внешних сил для поддержки своих претензий внутри страны было обычным делом для грузинских феодалов. Персы, а особенно дагестанцы, охотно вмешивались в грузинские распри, что давали им возможность грабежа. Так и Дареджаничи ради своих интересов шли на соглашение с исконными врагами Грузии – Персией и Дагестаном.
В ноябре 1800 г. вместе с Александром-дареджаничем в Картлию вторглось большое войско из Дагестана. Шах Ирана также пообещал Александру военную помощь в захвате Картли, персидские войска начали собираться для похода в Грузию. Целью Александра было захватить власть над Картли и выбить русские войска из Грузии, тем самым разорвать союз с Россией.
Можно сказать, что Александр стал первым грузинским русофобом. Отчасти он имел основания не доверять России. С другой стороны, он был против призвания русских войск, поскольку это перекрывало лично ему путь к власти. И ради этой власти он вёл в Грузию войска иноземцев. Войско возглавляемое Александром было не таким дисциплинированным как русские батальоны, скорее это были орды дагестанцев и тюрко-персов.
В ноябре 1800 г. Александр и Умма-хан (к которому присоединились и другие дагестанские владетели) пошли на Тифлис. На встречу выступил русский отряд в 1 200 человек с 4 орудиями, а также несколько тысяч грузинских ополченцев под началом сыновей царя Георгия.
19 ноября на реке Иори произошла битва. Войско Умма-хана и Александра-царевича оценивается в 15 – 20 тысяч человек. Вторгнувшееся войско представляло из себя огромную толпу наездников – которая ничего не смогла противопоставить регулярной русской пехоте. Ружейно-пушечный огонь отразил все атаки дагестанцев и грузинских мятежников. Затем русские войска сами перешли в штыковую атаку, их удар поддержала царская грузинская конница. Дагестанцы и мятежники бежали. Персы, получив известие о разгроме союзников, не пошли на Грузию, и вообще увели свои войска с Кавказа.
Русское командование (генералы Гуляков и Лазарев) доложило в Петербург, что русский отряд потерял в битве только одного человека убитым. Победа на Иори резко подняла российский авторитет в Грузии. Русские войска показали свою силу, даже небольшой их отряд мог разгромить вражеские скопища.
Битва на Иори вышла чрезвычайно удачной. Но это было только первым русским сражением за Грузию. Их было ещё много, и часто с большими потерями для русских войск.
На Иори противник был повержен. Вот только дагестанцы учли преподанный урок и больше не сражались навалом толпы в чистом поле на русский строй. После Иори они предпочитали биться в каменных теснинах. Один из победителей при Иори генерал Лазарев погибнет уже в 1803 г., другой победитель – генерал Гуляков будет убит уже в 1804 г., когда его отряд, уничтожавший гнездо разбойников, организующих набеги на Грузию, попал в засаду в горах.
Заметим, что в 1800 году Грузия ещё не входила в состав Российской империи. Россия оказывала военную помощь своему союзнику.
Грузинский царь Георгий XII и прорусская партия пришли к решению, что в интересах Грузии необходимо пересмотреть Георгиевский трактат, усилив русскую власть в стране. Летом 1800 года император Павел принял предложение грузинского царя об усилении полномочий русского правительства: речь шла теперь не только о контроле над внешней политикой Грузии, но и о вопросах внутренней политики.
В конце 1800 года грузинский царь Георгий XII тяжело заболел. Во время его болезни верховная власть перешла в руки полномочного министра русского правительства при грузинском царе – Коваленского и командующего русскими войсками в Грузии – генерала Лазарева.
Через 18 лет, 30 января 1801 года, уступая всё более настойчивым просьбам царя Картли-Кахетии Георгия XII о вхождении в состав России, император Павел I подписал манифест о присоединении Грузии. В манифесте русский император объявил, что принимает в вечное подданство царя Георгия XII и весь народ грузинский. В середине февраля того же года манифест этот был оглашен и в Тбилиси. Русские войска в Грузии были усилены, что позволило успешно отразить набег аварского хана. После убийства Павла этот акт был подтвержден и правительством Александра.
Вслед за этим другие грузинские правители один за другим стали просить русское подданство. В 1803 году была присоединена Мингрелия, в 1804 году Имеретия, затем Сванетия, Абхазия и Аджария. Так впервые за несколько сотен лет Грузия оказалась объединена под властью императоров всероссийских, а грузинский народ спасен от уничтожения.
Русская «оккупация» спасла историческую Грузию от полного уничтожения, а народ от истребления, ассимиляции и исламизации. Под властью русских большая часть исторической Грузии была воссоединена. Было отменено позорное рабовладение, когда свои же грузинские феодалы продавали детей и девушек в рабство.
Британский чиновник Эдмонд Спенсер, который ещё в 1830-х годах «путешествовал», а точнее, шпионил, в Черкессии, описывал Суджук-кале как «белоснежный замок» в живописном и плодородном регионе, который пришёл в упадок после «варварского нападения русских». Мало того, что Суджук был небольшой захолустной крепостью, а отнюдь не «замком», так экономика «плодородного» региона вокруг «замка» держалась на работорговле, о чём Спенсер и не вспомнил.
Под экономическим влиянием турок на рабских рынках продавали черкесов, грузин, калмыков, абазов и представителей прочих кавказских народов. Высокая рентабельность невольничьего бизнеса обеспечивалась значительной разницей в ценах закупки женщин на Кавказе и стоимости продажи их на восточных работорговых рынках. Если в Черкесии в XIX веке за девушку или женщину платили от 200 до 800 руб. серебром, то после прибытия в Турцию её цена поднималась до 1500 руб. серебром.
Путешественник М.Пейсонель в середине XVIII века писал, что «в зависимости от того, к какой национальности принадлежат порабощённые, назначается и их цена.
Возвращаясь к теме подписания Георгиевского трактата 1783 года можно сказать то, что по нему Грузия получала полную защиту от Персии и Османской империи, сохраняла полную независимость при решение внутренних вопросов, но была ограничена при ведении внешней политики. Это были достаточно мягкие условия протектората, и именно поэтому договор был так легко и быстро подписан. Поэтому когда сегодня говорят об оккупации Грузии Россией в 1783 году по Георгиевскому трактату, то просто нужно перечитать положения самого трактата, где Грузия сохраняла полную самостоятельность и независимость. Выражаясь современным языком это была автономия, которая была полностью самостоятельной, только за исключением введения внешней политики. Кроме того, здесь очень важно отметить, что ни о какой оккупации речи не может идти, поскольку Грузия сама обращалась к Российской империи с просьбой о протекторате. Более того, когда мы говорим о трактате 1783 года, нужно понимать, что подобные обращения были и до этого.
Российская империя полностью и добросовестно выполняла свои обязательства по защите грузинского народа при разбойных нападениях на него с территории Дагестана. Русские войска не несут ответственности за бездействие правящих кругов Грузии при нападении горцев на их территорию.
Расторжение договора произошло после сепаратных соглашений царя Ираклия II с Турцией.
Ещё одним доказательством того, что Грузия была очень заинтересована в установление протектората России, является факт того, что уже осенью 1800 года, то есть прошло менее 13 лет с момента вывода русской армии из Грузии, грузинский царь вновь направил делегацию в Россию с просьбой восстановить в той или иной форме трактат и опять установить протекторат России. Эти условия были одобрены Павлом I 19 ноября 1800 года. После этого возобновилось покровительство России над Грузией.
Нужно помнить, что окончательное присоединение Грузии к Российской империи произошло 30 января 1801 года, после настойчивых просьб царя Картли-Кахетии Георгия XII о вхождении в состав России с целью предотвращения гражданской войны. Именно на основании этих просьб император Павел I подписал манифест о присоединении Грузии.
Естественно, что после добровольного, обращаю ваше внимание на слово «добровольное», присоединения новых территорий там было установлено административное территориальное деление принятое на всех территориях России.