Первый айфон в России: когда появился, сколько стоил и почему все сошли с ума - Полночь. Октябрь 2008-го. У дверей салона связи на другом конце страны, во Владивостоке, топчется толпа. Часы бьют двенадцать — и толпа радостно выдыхает: можно! Первый айфон в Приморье прямо под аплодисменты уносит с собой радиоведущий Сергей Стиллавин. В Москве в это же время у салонов «Билайна» очереди человек по двадцать, и один парень, как выяснится, специально прилетел ради этого из Краснодарского края. Люди не спали ночь. Ради телефона. С камерой на 2 мегапикселя.
Сегодня это звучит как выдумка. Восемь гигабайт памяти, экран меньше спичечного коробка, снимает хуже дверного глазка — и за этим стояли очереди по всей стране, от Камчатки до Москвы? Стояли. Ещё как. И у нас сохранились скриншоты тех самых страниц из 2008 года — с настоящими ценниками, а не «мне так помнится». Сейчас всё покажу и расскажу, как оно было на самом деле.
Как вообще появился этот айфон
Чтобы понять безумие 2008-го, надо отмотать на полтора года назад. Январь 2007-го, сцена в Сан-Франциско, Стив Джобс достаёт из кармана чёрный прямоугольник и говорит: это три устройства в одном — плеер, телефон и интернет. Зал теряет рассудок от восторга. А глава Microsoft Стив Балмер, посмотрев на это, снисходительно фыркает: самый дорогой телефон в мире, ещё и без кнопок, кому он вообще нужен?
Спустя пару лет Балмер, надо думать, эту фразу вспоминал не с самым радостным лицом.
Первый iPhone вышел 29 июня 2007-го за 499 долларов — и разлетелся так, что за первые 30 часов смели 270 тысяч штук, а за неполный год — больше шести миллионов. Была, правда, одна загвоздка: интернет у него был медленный (никакого 3G), а поставить своё приложение было нельзя вообще — магазина приложений просто не существовало. Поэтому строгие технари ворчали, что это и не смартфон толком, а «понтовая звонилка».
Джобс намёк понял. 11 июля 2008-го вышел iPhone 3G — с быстрым интернетом, GPS и, главное, с App Store, тем самым магазином приложений, который позже породит целую индустрию. Миллион штук улетел за три дня, десять миллионов — за пять месяцев. Вот эта модель и стала первым айфоном, который официально приехал в Россию.
И тут вступает Россия — со своим колоритом
Дальше начинается самое интересное. Первую модель айфона в России легально не продавали вообще — никогда. Пока весь мир полтора года наслаждался оригинальным iPhone, к нам его возили только «серые» дельцы: из-за границы, с разлоченными симками, из-под полы. К осени 2008-го таких «серых» айфонов на руках у россиян уже гуляло около ста тысяч.
То есть Apple и операторы садятся делить российский рынок — а половину пирога уже кто-то втихаря съел.
Продавать iPhone 3G официально бросились сразу все три главных оператора — МТС, «Билайн» и «Мегафон». И замахнулись по-богатырски: по контрактам с Apple они обязались выкупить в сумме около четырёх миллионов айфонов. Четыре миллиона! Подключилась и вся крупная розница — «Евросеть», «Связной», «М.Видео», «Эльдорадо». Запомните эту цифру в четыре миллиона, она нам ещё аукнется — причём смешно.
Вот он, красавец из 2008-го
Та самая карточка товара, живьём из 2008 года. Младшая версия — 8 гигабайт, чёрный. Полюбуйтесь на «мощь»: экран 3,5 дюйма, разрешение 320×480, процессор ARM. Сегодня такой герой не откроет и прогноз погоды без обморока. А тогда — гвоздь программы, и заметьте статус: «нет в наличии», кнопка «предварительный заказ». Дефицит по всем правилам культа.
А вот и старший брат — белый, на 16 гигабайт, за 27 000 рублей. Те же характеристики, что у младшего, разница только в цвете и объёме памяти — но за лишние восемь гигабайт просили доплатить целых четыре тысячи. И снова знакомое «нет в наличии» с кнопкой «предварительный заказ»: хочешь белый — вставай в очередь и жди.
Так сколько же он стоил
Смотрим на ценники со скриншотов: 8 Гб — 23 000 рублей, 16 Гб — 27 000 рублей. По официальному прайсу «Евросети» на старте продаж значились чуть другие круглые цифры — 22 990 и 26 990, — но в первые недели их правили на ходу, ловили акции и переставляли статусы, так что реальные ценники слегка гуляли. Вилка ясная: примерно 23–27 тысяч за телефон. По тем временам — половина неплохой месячной зарплаты, отданная за то, чтобы тыкать пальцем в стекло.
Операторы, конечно, подслащивали. У МТС айфон можно было забрать со стартовым взносом 5990 рублей и добивать остаток целый год. Сегодня мы зевнули бы — «рассрочка, и что». А тогда это звучало почти как волшебство. Кстати, обратите внимание на скрины: прямо на странице айфона висит предложение «кредит от Банка Русский Стандарт» — брать телефон в кредит было в порядке вещей.
А теперь — как всё это красиво рухнуло
Помните четыре миллиона айфонов, которые операторы гордо пообещали продать? Так вот. За весь период официальных продаж в России их разошлось, по оценкам экспертов, тысяч двести. Не миллионов — тысяч. Разница с планом примерно как между «сгоняю в булочную» и «полечу на Луну».
Что пошло не так? Во-первых, та самая серая армия айфонов, которая уже была у людей на руках — зачем переплачивать, если у соседа такой же, только без контракта. Во-вторых, осенью 2008-го грянул финансовый кризис и обрушил рубль — идеальный тайминг, ничего не скажешь. Склады забились непроданными телефонами, а потери каждого из операторов от всего этого праздника доходили, по оценке аналитика Эльдара Муртазина, до 60 миллионов долларов. На брата.
К 2009-му гордые операторы тихонько пошли к Apple на поклон — просить скидок и послаблений. А когда в 2010-м привезли следующую модель, 3GS, миллионные контракты просто аннулировали, будто их и не было. Занавес, аплодисменты, все расходятся.
Что в сухом остатке
Первый айфон приехал в Россию осенью 2008-го — с опозданием на целое поколение, сразу в виде iPhone 3G, по цене около 23–27 тысяч рублей. Встретили его салютом и ночными очередями, а он в ответ завалил операторам склады и вписал их в убытки. Такая вот любовь с первого взгляда, закончившаяся семейным скандалом.
И всё-таки перечитайте первый абзац. Люди не спали ночь ради телефона на 8 гигабайт с камерой хуже глазка. Сегодня над такими характеристиками смеются даже самые дешёвые смартфоны. А тогда это было окно в будущее, за которое не жалко было отстоять очередь до рассвета — от Камчатки до Москвы. Вот и не верь после этого, что чудеса стареют быстрее всего.