История любви Джона Китса и Фанни Браун
25 июня завершился очередной аукцион Sotheby’s, примечательный среди прочего тем, что на нем представили письма английского поэта Джона Китса его возлюбленной Фанни Браун, долгое время считавшиеся пропавшими. Эстимейт переписки составил $1 500 000–2 500 000. Weekend вспоминает одну из самых удивительных — и разумеется, трагических — любовных историй эпохи романтизма.
Текст: Александр Брун
По отношению к Джону Китсу и Фанни Браун слова о тайной страсти и любви, полной загадок, преувеличением не будут. Их встреча происходит словно в декорациях романов Джейн Остен. С этого начинается их биографический миф. Усадьба Уэнтворт-Плейс на севере Лондона, скромный, но красивый пейзаж (поместье, скорее пригород, чем город, парк, приглушенная цветовая гамма), а главное — свободное время, необходимое для сближения и неспешных разговоров. Чем не идиллия для знакомства в лучших традициях эпохи? Правда, с одной важной оговоркой — Джон Китс сам и будет во многом создавать этот миф. Ни одна из биографий поэта не была написана лично знавшими его людьми, что порождает не только сложности для исследователей, но и пространство для воображения.
Как бы ни хотелось романтизировать легенду, встреча происходит осенью 1818 года — в сезон, совсем не располагавший к расцвету любви. По крайней мере, в поэтике того времени. Впрочем, Джон Китс окажется среди тех, кто развеет это предубеждение. Знаков, что знакомство не случайно, хватает: представляет их друг другу Чарльз Уэнтворт Дильк, выдающийся критик, одним из первых оценивший гений поэта, Фанни — тезка матери и сестры Джона — обладает двумя ключевыми талантами эпохи: к языкам и вязанию. Девушка, которая может одновременно вязать и поддержать разговор, к примеру, на французском — что-то вроде воплощения ненавязчивого уюта (могла бы быть такой пушкинская Татьяна?). Джон Китс будет одним из первых поэтизировать быт.
В это время угасает Томас Китс, брат поэта. От туберкулеза, ставшего впоследствии самой «романтической» болезнью. Джон — уже сам с признаками чахотки — преданно ухаживает за Томасом, и это, конечно, производит впечатление на Фанни.
Молодые люди проводят время за чтением — в том числе Дантова «Ада». Посвященный Фанни сонет «Яркая звезда» Джон обрабатывает буквально до последних дней своей жизни, всерьез уверяя, что, когда он поставит последнюю точку, умрет и он сам — еще один из ключевых мифов романтизма.
Весной 1819 года Джон и Фанни стали соседями по Уэнтворт-Плейс (рекламные буклеты сообщали среди прочего о железистых водах, помогающих от туберкулеза). Виделись они каждый день, и поэт написал в это время пять из шести своих великих од: «Психее», «Соловью», «К греческой вазе», «Меланхолии», «К праздности». Правила света гласили, что соседство было все-таки слишком тесным (опять же достаточно вспомнить Джейн Остен: чтобы попасть в гости друг к другу, герои «Гордости и предубеждения» проходят несколько миль в качестве прогулки — или ездят верхом). Так что дальше история делает романтический поворот: в начале лета Джон о чем-то договаривается с Фанни — хотя это и не было помолвкой, ведь он ничего не мог ей предложить. Он воспринимал себя как бедствующего поэта, живущего в поместье друга. Только для него все это не было штампом.
А вслед за этим наступает его личная трагедия. Тоже романтическая: если в эпоху классицизма герои сгорали в борьбе с миром, то теперь — с самим собой.
Летом 1819 года Джон Китс резко отошел от канона, ориентированного на посвящение возлюбленным множества стихов (как правило, с тонкими намеками на моделирование ситуаций встреч и разговоров — в качестве примера можно вспомнить уже переосмысляющее традицию стихотворение Джорджа Байрона «К М.С.Г.»). Вместо этого под влиянием усугублявшейся болезни и тяжелого душевного состояния, он создает весьма мрачные — и гениальные — поэмы: «Канун святой Агнессы», «Ламию»и «Гипериона». Впервые в литературе романтизма поэтические произведения такого масштаба вдохновлены разделенной любовью. Эта двойственность наложила сильный отпечаток на последние лирические шедевры поэта.
Наверно, сегодня может показаться удивительным, что он фактически впал в депрессию уже после того, как договоренность о счастье была достигнута — летом 1819 года. Свою роль сыграли болезнь, безденежье и бесперспективность — как писал выдающийся исследователь творчества Китса Роберт Гиттингс, «darkness, disease and depression». Неровные отношения продлились еще несколько месяцев. Но вместе с любовью и творчеством развивался и туберкулез. В сентябре 1820 года Джон Китс отправился в Рим в отчаянной попытке «для поправления здоровья» — но предчувствуя скорую кончину. Он умер 23 февраля 1821 года на руках своего близкого друга, художника Джозефа Северна.
Ни одно письмо Фанни к поэту не сохранилось. Шесть лет она носила траур. Но в итоге вышла замуж, стала матерью троих детей и была, кажется, счастлива.
И последнее «далековатое сближение». Творчество Джона Китса повлияло на великое множество англоязычных поэтов и писателей. Один заокеанский пример: строкой из одного из главных стихотворений европейской поэзии — «Оды соловью» — назван великий роман Фрэнсиса Скотта Фицджеральда «Ночь нежна», а глубоким изломом души Джона Китса наделен другой герой американского классика — великий Гэтсби, для которого счастье оказалось столь же недостижимо.
К хорошему быстро привыкаете, если это Telegram-канал Weekend.Не подписываться — моветон.