Из воспоминаний Игоря Силаева:
Получение диплома индустриального техникума, прощальная вечеринка с друзьями перед проводами в армию, зябкое темное утро и тягостная спешка после веселой ночи к военкомату. Последние рукопожатия и пожелания счастливой службы, холодный промозглый автобус и проверка за городом на предмет наличия алкоголя. Все обнаруженные бутылки со спиртным разбиты. Я стоял в неровном строю трезвеющих призывников на территории областного военкомата. Последняя медкомиссия пройдена, и мы, кто с сумками через плечо, кто с рюкзаками проходили последнюю поверку. Распределили по командам. Назвав фамилию, пошел со своей группой. Куда направлялись, никто толком не знал. Лишь когда в Москве переехали на Казанский вокзал и пересели на южное направление, стали возникать какие-то предположения. Сколько мы ни гадали, но не смогли предположить, что попадем на службу в Пограничные войска Комитета государственной безопасности СССР. Сначала Керки Чарджоуской области Туркменской ССР, пробыл там два месяца, а потом направили на полгода в Душанбе в учебную часть. 1987 год запомнился навсегда. В этом году прошел спецподготовку для отправки в Афганистан.
- Подъем! - орет дежурный. Я вскакиваю, натягивая на ходу хэбэшку. После утренней поверки три километра утреннего кросса даются легко. К концу дистанции наращиваю темп и с легкостью обхожу товарищей. После зарядки вода приятно охлаждает разгоряченное тело. Тщательно бреюсь, подшиваю чистый отутюженный подворотничок и бегом направляюсь в строй. После завтрака, продолжится практическая подготовка: стрельба из автоматического оружия, изучение минно-подрывного дела — сегодня обнаружение и закладка мин, изучение следовой дисциплины. Полгода в "учебке" пролетели незаметно. Я вернулся в Керкинский погранотряд. 30 мая 1988 года прошел мандатную комиссию, которая изучила полученные характеристики и отметки по военным дисциплинам. Меня направили во вторую мотоманевренную группу в город Шибирган Республики Афганистан.
Командир военного вертолета жестом показал, что пересекли воздушное пространство Афганистана. Звуки двигателя и вращающихся лопастей оглушили. Лишь монотонная вибрация стального корпуса ощущалась всем телом. Неожиданная сила вдавила в сиденье, а затем также исчезла, заодно выхватив из-под ног опору. Вертолет совершил противоракетный маневр. Мы упали на противоположный борт. Видя во время падения спокойные лица пилотов, я инстинктивно чувствовал, что ничего страшного не произошло, но те мгновения страха впитались в тело навсегда. С тех пор организм реагировал на смертельную опасность всегда одинаково. В такие моменты внутренний цензор отключался. Становишься, словно натянутая звенящая струна, но ощущаешь это лишь тогда, когда опасность миновала и напряжение спадало. Все видешь, чувствуешь, понимаешь и действуешь единственно верным способом. "Деды" называли это инстинктом. Что бы это ни было, но это помогло выжить. В Шибиргане приземлились на территории воинской части. -Бегом со взлетной полосы, - скомандовал офицер, и мы под прикрытием десяти солдат в бронежилетах помчались в ближайший блиндаж. Это оказалась столовая. Нас покормили и перевели в Красный уголок, располагавшийся, как и все остальные помещения, под землей в блиндаже. После выступления замполита и командира распределили по подразделениям. Я попал во взвод обеспечения. Начались солдатские будни. С новыми товарищами познакомились быстро. Во взводах все было просто, без церемоний. Даже офицеры не имели знаков отличия. Я получил автомат и с ним не расставался даже во время сна. Меня прикрепили к старослужащему Саше Акимову из Тулы. Обучение было очень простым. -Хочешь жить? -спросил Акимов. -Да. -Будешь делать то, что делаю я. И все. Ты должен стать моей тенью. Это предложение не вызвало даже намека на отрицание. На некоторое время я действительно стал тенью Саши Акимова. Так натаскивали всех молодых солдат в условиях боевой практики.
В задачу мотоманевренной группы, кроме охраны газопровода из Туркмении, входила поддержка при сопровождении колонн из Советского Союза с продовольствием по территории Республики Афганистан. Сопровождение колонн было самым опасным. В их состав входили до трехсот автомобилей "Урал". Всю эту массу сопровождали всего 15-20 боевых машин. Колонны встречали непосредственно на контрольно-пропускном пункте на границе и провожали до пункта назначения. Последнюю колонну сопровождали до Мазари Шарифа - это 520 километров по Афганистану. -Здесь на любом километре могут обстрелять, -я прислушивался к разговору сгрудившихся над картой офицеров. Мы загружали в свой бронетранспортер боекомплект и сухой паек. БТР-70 под завязку был забит боеприпасами "на всякий случай". -Выдвигаемся в четыре утра, на самой заре, -продолжали офицеры, - самое прохладное время. Пусть все бойцы возьмут по две фляжки с водой и заполнят кипяченой водой металлические емкости на броне. Я посмотрел на свой бронетранспортер. У нас уже давно все готово. Кроме того, воду не просто закипятили, но заварили на верблюжьей колючке. Вода получалась горькой, но утоляла жажду более эффективно. Еще раз осмотрел сухой паек: консервы, крупы, маринованная картошка, тушенка - все, что можно быстро приготовить. Боекомплект превышает норму в четыре раза. Как говорится, береженого Бог бережет. Выехали в назначенное время. Через два часа первая остановка. Разведчики отправляются на выяснение оперативной обстановки. Мы в этот момент роем в спекшейся, словно зацементированной, суглинисто-каменистой почве капонир под БТР. Туда ставят машину так, чтобы торчала одна башня. На костре готовится завтрак. Дровами заполнены несколько машин в колонне. Родными дровишками — из Советского Союза. В Афганистане-то ведь дров не достать, они на вес золота. Через два часа колонна трогается дальше. Иначе нельзя. Колонну могут обнаружить, тогда беды не миновать. Сопровождаем колонну уже несколько дней. Груженая колонна движется очень медленно. Она является лакомым кусочком для всех. Здесь продовольствие, оружие, боеприпасы. Колонна въезжает в ущелье, где на пути расположился очередной кишлак. В Афганистане каждый кишлак — отдельная республика. Они признают только родство и живут племенами и родами. Другой род и племя — потенциальные враги. Наши разведчики выходят с переводчиком на переговоры к аксакалам. Назад возвращаются почти бегом. Что-то не так. После короткого совещания, дали предупредительный огонь из крупнокалиберных башенных пулеметов над кишлаком. Никто не хочет кровопролития, поэтому, обычно, стараются договориться о проезде за бакшиш. Для этого в колонне предусмотрено несколько дополнительных машин с продовольствием. Но эти требовали слишком много. Если пойти на уступку, покажешь свою слабость, а, значит они не получат ничего. Огонь из пулеметов предупредил несговорчивых и чересчур жадных о решительном настрое пройти через этот кишлак. Спустя час езды по раскаленному солнцу выходят из строя два "Урала". Груз тут же перегружают на другие автомобили, а сломанные машины оттаскивают в сторону и взрывают. Любая остановка смерти подобна, поэтому колонна безостановочно движется вглубь страны. После разгрузки в Мазари Шарифе пустые машины ехали быстрее. Назад двигаться было гораздо легче.
Мне и моим товарищам повезло, что мы попали служить в Афганистан уже в конце войны. Горбачевым был подписан приказ о выводе войск из Афганистана, и маджахеды нас не слишком беспокоили. Я прослужил там девять месяцев, и самое страшное было при выводе войск из Афганистана. Мы еще находились в Шибиргане. Это 245 километров вглубь Афганистана. В 12 часов дня, когда наши подразделения перешли мост Хайратон в Термезе (Узбекистан), генерал Громов объявил, что больше войск в Афганистане нет. А ведь там остались более 10 тысяч военнослужащих пограничных войск. Мы прикрывали при выходе тылы сороковой армии и оказались в роли партизан. Пролетающие над нами вертолеты передавали, что вдоль дороги, концентрируются маджахеды. Фактически мы выходили через устроенный ими коридор. Мы шесть часов шли через пустыню Каракумы в Туркмению к своему погранотряду. Наконец, проехали КПП седьмой пограничной заставы. Нас встречали свои. В пяти километрах от КПП было подготовлена база с вырытыми блиндажами и палатками. Там я прослужил вплоть до увольнения в запас. Сегодня моя война в Афганистане вспоминается как прогулка. Мы с ребятами и шутим даже по этому поводу. Но я знаю точно - воевать больше не хочу.
Источник информации: Светагорскія навіны, 2019
В оформлении использованы фотографии с сайтов: mmg-shora.ucoz.ru
Уважаемые читатели! Ставьте лайки, подписывайтесь на канал и делитесь своими воспоминаниями!