«На небе и на земле есть более вещей, Горацио,
Чем нашей философии мечталось». Уильям Шекспир «Гамлет»
Признаки аспектов, макроаспекты и сами аспекты могут носить множество различных имён, означающих одно и то же. Скажем, менее употребительное наименование признака «тело/поле» для экстравертных и интровертных аспектов в соционической теории — «чёрное/белое». Это связано с традицией окрашивать символы, обозначающие аспекты, в чёрный и белый цвета — как то можно увидеть в таблицах и на рисунках. К существу самих аспектов это прямого отношения не имеет. Но откуда же берётся само существо?
При составлении описания аспекта его суть сочетает в себе два начала: логическое — каков он есть, и этическое — каковым ему надлежит быть. Это проявляется в том, что аспект и признак аспекта существуют именно такими, каковы они есть, ибо, будучи таковыми, они обретают благотворное, созидательное начало. Словно сама природа запечатлела в связи аспекта и признака некое наставление о том, как должно быть, — пусть даже в частных случаях нашего опыта это чаще предстаёт иначе. Иными словами, аспекты и их признаки не просто описывают действительность, но и указывают на то, как ей надлежит быть для нас устроенной.
Этот нормативный подтекст можно объяснить тем, что соционика устремлена не только к объективному описанию действительности, но и к построению идеальной модели. Это станет особенно явно, когда мы далее обратимся к аспекту чёрной сенсорики (ЧС) — тому, что сопряжён с силой и властью. Соотнося этот аспект с признаком, мы уже подразумеваем, что сила должна быть обращена на созидание, а не на разрушение.
Это являет то, что и природа в своей основе не есть нечто незыблемое и абсолютное. Она тяготеет к благу и согласию, полагая свои законы настолько неизменными, насколько сие возможно. Однако в самой своей сердцевине законы сии столь же зыбки, непостоянны, спонтанны и даже случайны, как и сама жизнь. Посему даже истинное всегда несёт в себе тень лжи.
То же самое можно сказать и об аспектах: они упорядочивают наш мир, и, хотя сами идеи, только лишь тяготеют к идеальному выражению себя. Посему о каждом аспекте можно заключить, что он лишь в большей степени отвечает своему признаку, но всегда способен в некоторой мере нести свойства и противоположного.
И, видя вокруг несправедливость, мы вправе помыслить, что даже в наилучшем из миров не всё может быть столь благостно и совершенно, как того хотелось бы. Быть может, это даже и к лучшему: несовершенство оставляет простор для перемен, развития и нового понимания. Как о том сказал Фридрих Ницше: «Нет вечных фактов, как нет и абсолютных истин».
