Новое исследование австрийского ученого Сергея Ивлиева предлагает неожиданный ответ на знаменитый парадокс Ферми. В 1950-х годах физик Энрико Ферми задал простой вопрос во время обеденной беседы в Лос-Аламосе: «Где все?» Если Вселенная полна потенциально обитаемых планет, почему мы не видим следов развитых цивилизаций? Этот вопрос лег в основу современных программ поиска внеземного разума, хотя сам Ферми никогда формально не публиковал свои размышления.
Ивлиев, имеющий степень в области математической экономики и основавший несколько экологических консалтинговых компаний, предлагает новое разрешение парадокса через концепцию «фильтра тихой экспансии». Центральный аргумент исследования заключается в том, что развитые цивилизации не строят тысячи инопланетных мегаструктур, потому что после достижения порога автономной космической промышленности на основе ИИ «громкие» ресурсоемкие империи становятся иррациональными. Вместо этого экспансия переходит в «тихий» режим, мотивированный рациональными целями: диверсификацией рисков выживания, сохранением знаний и научными наблюдениями.
Ключевой порог для такого перехода Ивлиев называет AICI — автономная ИИ-космоиндустрия. Это состояние, когда цивилизация создала самоподдерживающуюся внеземную индустриальную и вычислительную систему, способную с помощью автономного ИИ проектировать, производить, ремонтировать и запускать космическую технику без постоянного участия биологических существ. Наши нынешние эксперименты с космическими дата-центрами — лишь самые первые шаги в этом направлении.
Опираясь на идеи астрофизика Сергея Попова, Ивлиев исходит из того, что рациональный ИИ не будет руководствоваться человеческими мотивами — романтикой звезд, жаждой славы или завоеваний. Для него освоение космоса — это прежде всего управление рисками. Хранить всю цивилизацию «в одной корзине» — на одной планете, в одной звездной системе или даже в одной галактике — опасно: любая достаточно крупная катастрофа может уничтожить все.
При наличии AICI энергоемкость межзвездных миссий становится для цивилизации сравнительно небольшой статьей расходов. Например, отправка 10‑килограммового зонда к другой звезде со скоростью 1% от скорости света потребует лишь малую долю ее энергетического бюджета. Такой зонд не везет «колонистов» — он несет «семена» цивилизации: ее знания, коды, возможно, замороженный биоматериал. Достигнув подходящей системы, продвинутый ИИ мог бы при необходимости «перезапустить» там целый мир.
Это и есть «тихая экспансия»: вместо громоздких кораблей с миллионами пассажиров — маломассивные, скрытные «семенные системы», разбросанные по галактике. Они выбирают перспективные экзопланеты по данным дистанционных наблюдений, экономно используют местные ресурсы и при этом жестко ограничивают самовоспроизводство, чтобы избежать сценария, когда автономные наномашины бесконтрольно пожирают все вокруг.
В такой картине отсутствие «громких» техносигнатур — например, теплового свечения цивилизаций масштаба Кардашева III — не означает пустую галактику. Оно означает, что успешные цивилизации перешли в малозаметный, экономный режим, готовя «резервные копии» на случай катастроф, но не разбрасываясь энергией ради эффектных мегаструктур.
Однако у этой гипотезы есть и тревожный вывод. Если межзвездные «резервные копии» относительно дешевы, а мы пока не обнаружили никаких явных следов таких систем в Солнечной системе, возможны два варианта: либо мы одни из самых первых, кто приближается к порогу AICI, либо переход от планетарной индустрии к автономной космоиндустрии — чрезвычайно узкое, опасное «горлышко бутылки», через которое почти никто не проходит.
Сами по себе «тихие» зонды было бы очень трудно найти даже у нас под боком, так что окончательные выводы делать рано. Но, по мысли автора, если человечество действительно приближается к порогу AICI, мы вступаем на территорию, где, возможно, уже «сломались» многие другие цивилизации. Это делает дискуссии об управлении развитием ИИ и космической инфраструктуры не только технологическим, но и, в буквальном смысле, цивилизационным вопросом выживания.
Ранее ученые объяснили, переживет ли Земля огненную гибель Солнца.