Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Крым - рай

УКРАИНА — 2026, или ИНДУЛЬГЕНЦИИ НЕ БУДЕТ

Разговаривала позавчера с подругой и коллегой - умницей, хорошим поэтом, абсолютно пророссийским человеком, этнической украинкой Ольгой Бондаренко. Зашла речь о политике - как же без неё в сидящем на режимной подаче воды и электроэнергии под непрерывным беспилотьем раскалённом июньском Крыму? Зашла речь о народе Украины, Оля вздохнула: "Народ ранен..." Я аж задохнулась: "Как сказала верно! Напиши об этом, попробуй..." Ольга расстроилась ещё больше: "Да не могу я! Мне с 2014 года, как начались события в Донбассе, будто кислород перекрыли - не могу писать! Как та собака стала - глазами всё выразит, а сказать не может..." И неожиданно предложила: "А ты - попробуй... У тебя получится!" Растерялась я: "Оль, так я ж могу и не пожалеть... Хотя простых людей безумно жаль..." Но внутри уже включился какой-то отсчёт: стих писался сам. Ночь напролёт, в ванной, карандашоом на клочке бумаги, когда не было возможности включить компьютер... И правда - индульгенции, отпущения грехов проштрафившимся б

Разговаривала позавчера с подругой и коллегой - умницей, хорошим поэтом, абсолютно пророссийским человеком, этнической украинкой Ольгой Бондаренко. Зашла речь о политике - как же без неё в сидящем на режимной подаче воды и электроэнергии под непрерывным беспилотьем раскалённом июньском Крыму? Зашла речь о народе Украины, Оля вздохнула: "Народ ранен..." Я аж задохнулась: "Как сказала верно! Напиши об этом, попробуй..." Ольга расстроилась ещё больше: "Да не могу я! Мне с 2014 года, как начались события в Донбассе, будто кислород перекрыли - не могу писать! Как та собака стала - глазами всё выразит, а сказать не может..." И неожиданно предложила: "А ты - попробуй... У тебя получится!" Растерялась я: "Оль, так я ж могу и не пожалеть... Хотя простых людей безумно жаль..." Но внутри уже включился какой-то отсчёт: стих писался сам. Ночь напролёт, в ванной, карандашоом на клочке бумаги, когда не было возможности включить компьютер...

И правда - индульгенции, отпущения грехов проштрафившимся братьям не вышло.

Народ изранен: в душу, в сердце, в разум

Попали три отравленных стрелы,

И Вий следит заплывшим кровью глазом,

Чтоб жертвы стрелы вырвать не смогли.

.

Народ, хмельной от непривычной злости

И ложных мрий, рассыпавшихся в прах,

Не чует, как хрустят его же кости

У вурдалаков пришлых на зубах.

.

Народу сшит жовто-блакитный саван —

На вырост, до последних парубков.

И априори не сумеет сам он

Избавиться от дьявольских оков.

.

Но испокон ведь русские солдаты,

Едва зачистив в сече вражий дзот,

На плечи взваливали даже катов,

Чтоб вынести из гибельных болот.

.

Но сколько бы Русь нежить ни пытала,

Здесь меру чувствам знала голова —

И пленным немцам в руки хлеб совала

Едва от них отбитая Москва.

.

Но, боль глотая от потерь несносных,

Люд жалостью обманываться рад:

Не чужеземец заблукал в трёх соснах,

А без вины осатаневший брат…

.

Да, пепел Старобельска с пеплом Лавры —

Как тень на напряжённых желваках,

Ещё глухи победные литавры

И не остыл «калашников» в руках.

.

Да, миллионы безответных судеб

Спалив в донбасской доменной печи,

Народ — подсуден. Бог его рассудит.

И надо выносить.

Спасать.

Лечить.

30.06.2026