Июнь 2026 года, саммит G7 в Эвиане. Эммануэль Макрон с пафосом заявляет: «Россия отступает». Следом — торжественное обещание: страны G7 увеличивают поставки перехватчиков, дальнобойных средств и тд. Звучит как победная реляция. Но в том же выступлении он произносит фразу, которая перечёркивает всю предыдущую риторику: «Соотношение сил за последние месяцы глубоко изменилось». Если западенцы наступают, как же соотношение сил могло измениться не в их пользу? Ответ прост: никакого наступления нет. Есть только желание создать иллюзию, что всё идёт по плану.
Что на самом деле означает эта дипломатическая формулировка? Только одно: все обещания «разгрома России» оказались пустышкой. Европа, которая 4 года назад отказывалась даже слышать о дипломатии, теперь вынуждена говорить о переговорах. Макрон допускает, что «Россия должна сказать, когда она будет готова к переговорам». И это при том, что на том же саммите лидеры G7 подтвердили «неизменную поддержку» Куеву. НЕИЗМЕННУЮ — при том, что сама риторика изменилась до неузнаваемости.
Он обещает увеличить поставки оружия и тут же говорит о переговорах. Это как заливать пожар бензином и надеяться, что он погаснет. Реальная цель европейских лидеров, как раскрыл Сергей Лавров в июне 2026 года, — не победа, а «заморозка» без устранения первопричин, чтобы предотвратить коллапс на линии разграничения. А затем — быстрое размещение контингентов англо-французской «коалиции желающих». То есть Европа проиграла даже информационную войну. Она признала это, не признавая. И теперь её главная задача — не победить, а удержаться.
Ведь если вы наступаете, зачем вам переговоры? И если вы просите о переговорах, то кто на самом деле наступает? О том, как европейская риторика эволюционировала от «разгрома России» до «заморозки», и почему Макрон признал поражение, не сказав этого вслух и не только, читайте в полной статье — https://dzen.ru/a/akKxlMvQxzknpOwg
Читайте в полной статье:
– Как европейские лидеры за четыре года прошли путь от «победы на поле» до унизительных призывов к переговорам.
– Почему «заморозка» — это не план, а фактор неминуемого коллапса.
– И главное: что на самом деле скрывается за словами Макрона о «глубоком изменении соотношения сил» — и почему это признание страшнее любых санкций.
_________________
Подписывайтесь на нас в MAX:
Часть новостной повестки, которую мы освещаем именно там – коротко и с юмором.
_________________
Автор:
kogman