Рисую Вам ситуацию. Вы идете по центральной улице Уфы, мимо величественного здания Национальной библиотеки. Внутри тихо, дети читают книги, интеллигенция обсуждает классику. На фасаде — гордое имя. Но стоит лишь на секунду оторваться от красивых вывесок и вспомнить историю, как идиллия рассыпается в прах. Имя, начертанное на этом храме знаний, принадлежит человеку, чьим главным оружием помимо книг, были винтовка и идеология кровавого сепаратизма.
Речь об Ахмет-Заки Валиди. Фигуре, которую современные локальные националисты пытаются представить исключительно как «просветителя» и «отца автономии». Но давайте посмотрим на факты, которые порой старательно замалчиваются в официальных биографиях.
Начну с заметки, опубликованной 27 января 2021 года на сайте tvcpb.ru
СПбГУ по требованию прокуратуры демонтировал памятник востоковеду Ахмету-Заки Валиди. Ученого подозревают в пособничестве нацистам в годы Великой Отечественной войны.
Бюст был снят 24 января. Как сообщили газете «Петербургский дневник» в пресс-службе вуза, сейчас скульптура находится на хранении в СПбГУ.
Бюст востоковеда-тюрколога Ахмет-Заки Валиди был установлен во дворике филологического факультета вуза в июне 2008 года.
Однако некоторое время назад родители нескольких студентов обратились в прокуратуру с просьбой провести проверку из-за бюста спорного деятеля.
В данном факте прокуроры действительно усмотрели признаки героизации пособников нацистских преступников. В годы Великой Отечественной войны Ахмет-Заки Валиди распространял идеи о превосходстве одной нации над другими. По заключению надзорного ведомства, размещение бюста недопустимо, это негативно влияет на студентов.
От трибуна к полевому командиру
Да, в 1917–1919 годах Валиди был одним из лидеров башкирского национального движения. Но компромисс с большевиками его не устроил. Не устроила его и идея интеграции. В итоге один из самых образованных людей своего времени выбирает путь, который в любой нормальной стране квалифицируется однозначно: он становится идеологом и участником вооруженного подполья.
Бежав в Туркестан, Валиди не просто эмигрирует в Европу, чтобы писать мемуары. Он становится одним из ключевых лидеров басмаческого движения.
Давайте называть вещи своими именами. Басмачество — это не «национально-освободительная борьба» в вакууме. Это вооруженное восстание, сопровождавшееся террором, разрухой, грабежами и жестокими расправами над теми, кто не разделял радикальные сепаратистские идеи. Это была попытка вырвать огромные территории из состава государства, метод которого — кровь и хаос. И Валиди был в этой мясорубке не случайным наблюдателем, а одним из идеологов и организаторов.
Историческая шизофрения топонимики
И вот теперь главный вопрос, на который у местных властей и «хранителей культуры» нет внятного ответа. Почему в городе, который является столицей субъекта Российской Федерации, улица и главная Национальная библиотека носят имя человека, который с оружием в руках воевал против российской государственности?
Это не просто историческая несправедливость. Это элементарное лицемерие и историческая шизофрения.
Мы живем в стране, где территориальная целостность — это не просто строчка в Конституции, а кровь и пот миллионов людей, защищавших свои земли от любых сепаратистов. Мы чтим память тех, кто подавлял бандитизм и строил государство. Но при этом в Уфе мы ежегодно возлагаем цветы к табличкам с именем человека, чья поздняя биография — это служба радикальному национализму и басмачеству.
Что мы хотим сказать подрастающему поколению, называя Национальную библиотеку именем басмаческого лидера?
- «Если тебе не нравится политика центра, бери в руки оружие и иди в горы?»
- «Радикальный сепаратизм — это не преступление, а повод для того, чтобы через сто лет тебе поставили памятник из мрамора и гранита?»
Подмена культуры политикой
Защитники статуса-кво обычно включают режим «культурной отмазки». Они говорят: «Но ведь Валиди был ученым! Тюркологом! Он внес вклад в науку!».
Но позвольте, при чем здесь наука, когда речь идет о топонимике и мемориализации? Улицы и библиотеки называют в честь людей как цельных исторических личностей, а не только за их научные статьи. Назвать библиотеку именем Валиди — это все равно что назвать школу в честь человека, который, конечно, хорошо играл на скрипке, но при этом был серийным убийцей. Наука не отмывает кровь басмачества.
На самом деле, увековечивание имени Валиди — это не дань уважения науке. Это завуалированная, тихая реабилитация радикального башкирского национализма. Это способ через культуру, через книги и архитектуру протащить в общественное сознание идею о том, что «национальные герои» — это те, кто когда-то стрелял в русских солдат и красных комиссаров, пытаясь отделить Башкирию от России.
Время снимать маски
Историческая память не терпит двойных стандартов. Нельзя быть лояльным гражданином единой страны и одновременно боготворить тех, кто пытался эту страну разорвать на куски с помощью басмаческих отрядов.
Пока имя участника басмаческого движения красуется на фасаде Национальной библиотеки и на указателях улиц Уфы, мы будем жить в состоянии тихого исторического раздвоения. Пора перестать прятать неудобные факты за красивыми словами о «национальном возрождении».
Национальная библиотека должна носить имя просветителя, который созидал, а не полевого командира, который разрушал. А Уфе пора наконец определиться: она гордится своим местом в составе великой многонациональной России, или до сих пор тайно вздыхает по идеалам басмаческого подполья.