Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

‍ПРИТЧА О СЫНЕ, ПРЕДАВШЕМ МАТЬ

Одну женщину обвинили в сатанизме и собирались сжечь на костре как колдунью. Но по существовавшему в то время обычаю все должны были подтвердить, что она ведьма. Огромная толпа, словно камни, бросала возгласы «ведьма». Только её сын безмолвствовал среди толпы. — Сжечь и сына, — крикнул кто-то, — он сын ведьмы, значит, и он — сатана. Опасаясь за жизнь сына, крикнула несчастная женщина в толпу: — Это не мой сын! И тогда возмущённый сын заорал вместе с безумствующей толпой: — Ведьма! Ведьма! И в тот же миг запылало пламя у ног невинной. Языки огня лизали уже тело, но не эта боль жгла сердце матери. Вспомнила несчастная, как впервые шевельнулся под сердцем ребёнок, словно цветок распустил свои лепестки. Вспомнила, как в муках родила она долгожданное дитя, как услышала его первый крик, возвестивший о появлении нового существа на свет Божий. Вспомнила, как приложила впервые к груди тёплый дорогой комочек, как впервые он произнёс слово «мама», как сделал первый шаг… Смотрела она в родное л

ПРИТЧА О СЫНЕ, ПРЕДАВШЕМ МАТЬ

Одну женщину обвинили в сатанизме и собирались сжечь на костре как колдунью. Но по существовавшему в то время обычаю все должны были подтвердить, что она ведьма. Огромная толпа, словно камни, бросала возгласы «ведьма». Только её сын безмолвствовал среди толпы.

— Сжечь и сына, — крикнул кто-то, — он сын ведьмы, значит, и он — сатана.

Опасаясь за жизнь сына, крикнула несчастная женщина в толпу:

— Это не мой сын!

И тогда возмущённый сын заорал вместе с безумствующей толпой:

— Ведьма! Ведьма!

И в тот же миг запылало пламя у ног невинной. Языки огня лизали уже тело, но не эта боль жгла сердце матери. Вспомнила несчастная, как впервые шевельнулся под сердцем ребёнок, словно цветок распустил свои лепестки.

Вспомнила, как в муках родила она долгожданное дитя, как услышала его первый крик, возвестивший о появлении нового существа на свет Божий. Вспомнила, как приложила впервые к груди тёплый дорогой комочек, как впервые он произнёс слово «мама», как сделал первый шаг… Смотрела она в родное лицо, искажённое безумством, и жгучие слёзы заливали опалённые огнём щёки.

Жестокий костёр погас, безжалостное пламя исчезло, оставив на площади серый пепел, который разносил во все стороны равнодушный ветер. Толпа, получив наслаждение, разошлась, а сын безвинной женщины так и стоял на площади. Не было у него никого, и некуда ему было идти.

С площади его вскоре прогнали, и он побрёл в поисках другой жизни. И где бы он ни был, куда бы ни прибивался, отовсюду был гоним, обруган, оскорблён и нередко избит. И чем больше ему доставалось, тем чаще он вспоминал мать: её тёплые мягкие руки, её милый сердцу голос, её родной образ, её нежность и любовь.

— Мир жесток, — твердил несчастный. — Он отнял у меня то, что было всего дороже.

— Нет, это не мир отнял у тебя самое дорогое, — услышал он голос внутри себя. — Это ты отрёкся от него, чтобы сохранить себе жизнь.

...И стал жить сын с вечным укором совести, как с клеймом.

Мораль:

Самые страшные предательства совершаются не из ненависти, а из страха. Желая сохранить свою жизнь, человек может потерять то, что уже никогда не сможет вернуть: чистую совесть, любовь и тех, кто любил его безусловно.

Любовь матери готова пожертвовать собой ради ребенка. Но если ради собственного спасения человек отрекается от любви, он остается жить с раной, которую не исцелят ни годы, ни новые дороги, ни оправдания.

Эта притча напоминает нам слова Христа: «Какая польза человеку, если он приобретёт весь мир, а душе своей повредит?»

Иногда цена земного спасения оказывается слишком высокой, если ради него приходится предать добро, истину или любовь.

Берегите тех, кто любит вас бескорыстно. Потому что, потеряв их по собственной вине, человек может прожить долгую жизнь, но уже никогда не обрести прежнего мира в своем сердце.

#притча

отец Алексей | Наш Max