Люба листала ленту на страничке своего мужа. Вдруг пришло сообщение: «Привет, медвежонок!» Она сморгнула несколько раз. Нет, не показалось. Коле писала какая-то Элеонора и ласково называла Любиного мужа медвежонком...
Коля, грузноватый, но ещё крепкий мужчина с лысиной и доброй улыбкой, никогда не закрывал страничку на домашнем компьютере, не ставил паролей. Что ему скрывать от жены? Нечего. И Люба не первый раз открывала соцсети мужа. И тут на экран выскочило уведомление: « Рада, что ты меня помнишь. И я помню все. А ты совсем не изменился, медвежонок.»
Сердце Любы ёкнуло еще раз, неприятно так сжалось. «Медвежонок»... Она так никогда его не называла. Люба открыла сообщение. На экране была ещё пара строк: «Я в городе, сто лет тебя не видела. Давай встретимся?» Аккаунт Эли она изучала с интересом и злостью. Эля яркая женщина с холёным лицом, на аватарке профессиональное фото, шикарные волосы, дорогой шарфик. Имя той, которая так беспардонно писала Николаю: Элеонора Ветрова.
Люба вздохнула, закрыла страницу. Она была женщиной мудрой — не стала закатывать скандал сразу. Но вечером, когда Коля вернулся с работы и сел ужинать, она спросила как бы невзначай:
— Коль, а кто такая Элеонора?
Коля поперхнулся борщом.
— Откуда ты… — начал он, но сразу осекся. — Элеонора? Это… ну, учились вместе. Одноклассница... Бывшая... Она в одиннадцатом классе уехала, я тебе рассказывал.
— Первая любовь, значит, — тихо повторила Люба. — И что же она пишет?
— Пишет, что приехала, хотела бы увидеться. У нее тут какие-то дела. Люб, ну это ж просто одноклассница. Старая дружба, детьми же были еще. Давай я её в гости позову, вы познакомитесь?
Люба помолчала, помешивая ложкой остывающий борщ.
— Зови. Познакомимся с твоей Элеонорой.
Элеонора пришла субботним днём. Она оказалась эффектной женщиной с идеальным макияжем, ярко-рыжими волосами (хотя раньше, по словам Коли, была русой) и смехом, от которого, казалось, дребезжали хрустальные рюмки. Она принесла торт «Птичье молоко» и бутылку итальянского вина, обняла Любу как старую подругу, а Коле долго жала руку и смотрела в глаза чуть дольше, чем следовало просто Однокласснице...
— А помнишь, Коля, как ты катал меня на велосипеде? — щебетала Эля. — А помнишь нашу скамейку в парке? Я потом туда каждый год приходила, когда приезжала в город…
Коля смущённо улыбался, поглядывал на жену. Люба молча наливала чай, но её пальцы чуть заметно сжимали заварочный чайник.
На следующий день Коля сказал, что ему нужно «помочь одному товарищу с ремонтом машины» и вечером сразу после работы куда-то умчался. Люба, оставшись одна, зашла на свою страницу в «Одноклассниках» и, сама не зная зачем, открыла профиль Элеоноры. Там уже появилась новая фотография: Эля позирует с огромным букетом белых роз. Подпись: «Мой медвежонок не забывает школьные привычки! Спасибо, Коля!»
Люба почувствовала, как пол уходит из-под ног. Она всё поняла.
Когда Коля вернулся, она встретила его на пороге:
— Коля, я всё знаю. Ты купил ей цветы. Ты был у неё. И называл её «зайкой» в сообщениях, я видела историю. Это как понимать вообще?
Коля побледнел, начал оправдываться:
— Любаш, это просто… старая дружба… ты не понимаешь… Она одна, ей тяжело…
— Я понимаю, что ты ведёшь себя как мальчишка, — голос Любы был ровным, но глаза блестели не от слез, а от злости. — А мне не двадцать и не тридцать. Мне пятьдесят. И я не собираюсь делить мужа с чужой женщиной. И не собираюсь смотреть, как ты тратишь семейный бюджет на своего старого друга Элю!
Он ушёл. Точнее, ушёл от жены «подумать».
Поселился у друга в гараже, переоборудованном под комнату, а сам втайне встречался с Элей. Первую неделю всё было как в тумане, он снова чувствовал себя юным и влюблённым. Но уже на вторую заметил: Эля постоянно говорит о деньгах, о том, что устала жить одна, у нее сын студент и ему нужно помогать пока на ноги не встанет. И вообще как хорошо было бы, чтобы рядом был надёжный мужчина, который решит ее проблемы.
— Я присмотрела квартирку в центре. Хочу перебрать сюда. Я же здесь выросла, здесь ты, — мечтательно говорила она. — Ты же поможешь с ремонтом? И с мебелью? У тебя же руки золотые, медвежонок.
Коля кивал, но в душе у мужчины росла тревога.
А дома, куда он приезжал за вещами, чтобы переодеться и перехватить домашней еды, его ждала Люба.
Она реагировала не так, как хотел Коля. Жена молча смотрела, как он ставит перед собой тарелку щей, которые она приготовила, и сначала она запиралась в спальне и не выходила. А потом вышла и сказала ему:
— Бесплатная столовая закончилась, дорогой почти бывший муж. Хочешь питаться - ешь у той, с кем ты загулял, Кола. Я подаю на развод. И вещи вывези свои, я хочу квартиру продать.
А Коля не хотел уходить, идти-то ему было некуда по сути. Эля с ее мечтами и запросами его откровенно пугала. У них ведь с Любой все строилось иначе. Они вместе всего добивались, жена все время работала. А теперь она хочет продать квартиру, развестись. А с Элей что-то строить - это значит пахать на Элю.
Коля сидел и с грустью думал, как Люба по субботам ездит на их дачу, которую они строили вместе двадцать пять лет. А Элю туда не повезешь, она хочет городского комфорта. И не то, чтобы дача плохая у Николая, Элеоноре нужно то, к чему мужчина не привык. Рестораны, подарки, много внимания... А еще сын-студент, которому мать должна помочь. И все это - из расчета на средства Николая... Грустил Коля, а Люба жила.
В одну из суббот Коля случайно оказался в том же районе. Он увидел Любу у их сарая. Жена красила забор. Старые джинсы в краске, волосы выбились из пучка, на руках перчатки огромные. Рядом стоял сосед, дядя Вася, и помогал скорее всего советом или просто топтался рядом с Любой.
— Люб, дай я сам, — кряхтел сосед. — Дело мужское.
— Спасибо, Василий Иванович, — улыбнулась она. — Вы единственный мужчина, который мне сегодня помог.
Коля стоял за углом и смотрел. Вспомнил, как они эту дачу начинали: как Люба месила цемент, пока он «руководил». Как она не жаловалась, когда денег не было на нормальную крышу. Как родила ему двоих сыновей и ни разу не попросила дорогих подарков. Любила ведь его, и хотела судя по всему, только чтобы он был рядом.
В тот же вечер он написал Элеоноре: «Прости. Я возвращаюсь к жене». И удалил её номер.
Эля, конечно, обиделась. Прислала гневное сообщение: «Ты тряпка, Коля. Она тебя не стоит. Ты возвращаешься к женщине, мир которой сузился до кастрюли борща! Я была о тебе другого мнения, медвежонок». Но Коля уже не читал. Он купил букет жене. Конечно, не белые розы, а скромные ромашки, которые Люба любила. И вернулся домой.
Люба сидела на кухне. Перед ней на столе лежали документы на развод. Заявление было уже заполнено, а Коля положил сверху ромашки.
— Любаш, прости меня, дурака. Я не знаю, что на меня нашло. Первая любовь это как наваждение, но она мне не нужна. А ты — моя жизнь. Прошу, дай мне шанс.
Она долго молчала. Потом спросила:
— А что, вторая любовь уже не считается?
— Вторая? — не понял он.
— Да. Ты говоришь, что Эля первая любовь. А я, получается, вторая? Или третья? А я думала всю жизнь, что я единственная. А ты, Коля!
Она всхлипнула, а Коля опустился на колени:
— Ты моя единственная и последняя. Самая главная. И больше я никогда не совершу такой глупости.
Люба женщина мудрая, с многолетним опытом терпения, только вздохнула, забрала бумаги на развод и отложила их.
— Ладно. У нас с тобой полжизни позади, и один вот этот дурацкий месяц. Я тебя не прощаю, но даю шанс с условием: никаких больше «одноклассниц» и ни одного взгляда налево. И нашу квартиру мы переоформим на меня, так мне будет спокойнее, Коля.
Коля поцеловал её руки и на все согласился.
****
Элеонора уехала обратно в свой город. Через месяц она нашла себе нового спутника и, как она посчитала, он был лучше скупого и неинтересного Коли. Подробности Люба, конечно, не знала, но понимала, что Эля искала красивую жизнь и видимо получила ее.
Люба и Коля живут душа в душу. По вечерам смотрят старые фильмы, пьют чай с мятой. Коля сам доделал забор на даче и купил жене новые садовые инструменты. А на годовщину свадьбы подарил ей не телефон, не цветы, а путёвку в Кисловодск — туда, где они были в первый отпуск после свадьбы.
В «Одноклассниках» у Коли теперь висит одна-единственная фотография: он обнимает Любу на фоне цветущего сада на даче. Подпись: «Моя единственная. Люблю».
Первая любовь, конечно, это память, а вот последняя, как сказал Коля, это выбор. И в пятьдесят лет он, наконец, понял, что последняя любовь дороже первой, юношеской, и менять ее ни на что не стоит.
Вам понравится
Подпишитесь на канал, чтобы не пропустить новые публикации..
Мой канал МИЛ РЭЙ
Спасибо за лайки, репосты и подписку©️Мила Шилова