Пока они ехали, Анатолий то и дело на Ларису изучающе поглядывал.
Потом он музыку включил погромче. И, пока стояли на светофоре, он неожиданно положил ей руку на коленку,
- А ты ничого такая, Ларис, я тебя рассмотрел. И ножки, и всё при тебе, а что, вечером может сходим куда-нибудь?
- Убери руку, - не глядя на него ответила Лариса.
Его взгляд был какой-то сальный, а слова и фамильярный жест ей сразу не понравились, и даже думать об Анатолии ей расхотелось.
Всю оставшуюся дорогу Анатолий обиженно молчал, тихо насвистывая, а когда они подъехали к дому пенсионера орденоносца, то он повернулся к ней,
- Зря ты так, Лариса, меня отталкиваешь, я ведь к тебе с искренними намерениями. У тебя так никогда никого не будет, капризничаешь, будто выбор есть.
От этих слов настроение у неё испортилось. И правда, что она о себе надумала? Если на неё и в восемнадцать никто не глядел, так сейчас и подавно не взглянет.
С таким настроением Лариса поднималась на четвертый этаж старого кирпичного дома, удивляясь, что такой почетный пенсионер, как Николай Константинович, живет в доме без лифта.
Она нажала кнопку дверного звонка, но за дверью было тихо. Лариса нажала еще несколько раз, начиная уже переживать – вдруг с пожилым мужчиной что-то случилось?
Но наконец-то за дверью послышались шаги, стук трости, и старческий голос произнес,
- Иду, иду, подождите, я не могу быстро.
Дверь открылась, и перед ней предстал довольно крепкий внешне, и совершенно седой мужчина. Он виновато и жалобно улыбнулся, показав на костылик,
- Прихватило меня, ноги снова подвели, вот и пришлось о помощи просить, а я-то к этому не привык. Ты проходи, милая, как зовут хоть тебя? Лариса? Ну надо же, прямо как мою жену покойную. Тут я список написал небольшой, мне бы продукты купить и лекарства, сам не дойду я, пока обострение не пройдет.
- А может, мы с вами закажем всё это по телефону, Николай Константинович? Или вы хотите, чтобы я сама сходила за продуктами? - предложила Лариса.
Мужчина смутился,
- Да не умею я заказывать, Ларочка, ты не кричи, слышу-то я хорошо, а вот ноги...
- Так давайте я вас научу, и вы сможете сами заказывать, хотите?
- Ну давай попробуем, ты хоть проходи, садись вот сюда, а вот список, что мне нужно.
- Хорошо, Николай Константинович, вы давайте ваш телефон, мы с него сразу закажем, – опять предложила Лариса.
Но, когда он вынул из кармана маленький кнопочный телефончик, она все поняла.
- Ой, с такого телефона можно только звонить, из приложения не заказать.
Пожилой мужчина еще сильнее смутился,
- Мне уже восемьдесят, внук купил мне новый телефон, а я с ним не справляюсь. Не то нажму, все пропадает, а я раздражаюсь.
- Ладно, ничего страшного, смотрите, Николай Константинович, можно просто позвонить и продиктовать свой заказ. А можно из приложения, давайте я со своего вам все покажу и закажу, хотите?
- Очень хочу, Ларочка, помогите мне, я без вас не разберусь, - пожилой хозяин квартиры даже вспотел от беспомощности, и продолжил, - Когда жена была жива, она все умела, а я на вагоностроительном заводе работал до семидесяти трех лет. Все казалось, что еще мы не старые. А потом как навалилось все, и вот теперь видите, как получилось?
- Не переживайте, всё в порядке.
Лариса заказала ему продукты и лекарства, и согласилась подождать, пока их привезут.
Радостный хозяин достал шоколадные конфеты и чаю ей предложил.
- Составьте мне пожалуйста компанию, Ларочка?
За чаем они разговорились. Оказалось, что у Николая Константиновича сын служит в другом городе, и вскоре с семьей в их город переводится. - Мне совсем недолго надо продержаться, скоро я не один буду, а сыну Матвею я пока не сказал, что так сдал, зачем их заранее тревожить, приедут и сами увидят.
Вскоре привезли все заказы, и Николай Константинович восхищался, как быстро их доставили.
- Не волнуйтесь, - на прощанье пообещала Лариса. - Если что вы мне звоните, ваш адрес и номер телефона у меня есть. Я вам и продукты закажу, и лекарства, и приеду, если нужно.
Николай Константинович проводил ее до дверей и долго стоял, пока она спускалась по лестнице, и по старинке, как будто провожая, махал рукой, хотя его она уже и не видела...
Лариса же спускалась по ступенькам, и думала - как же тяжко вот так, ведь был наверное крепкий и сильный мужчина, по нему видно. А теперь - одинокий немощный старик...
Анатолий сидел в машине и играл в телефон. Увидев её он завел машину, и пошутил,
- Что-то долго ты у этого почётного пенсионера сидела, может пыталась его очаровать? А что, он одинокий, зато тебе квартира останется.
Лариса молча села на заднее сиденье.
Анатолий тронулся, но не смог промолчать, и продолжил,
- Вот и ты одна так же останешься в старости, раз такая несговорчивая.
Но Ларисе его шутливый тон не нравился, и она всю дорогу молча в окно смотрела...
Вечерний воздух был прохладный, предвещая скорое наступление ночи.
Лариса, уставшая после долгого рабочего дня, медленно шла к своему подъезду, перебирая в уме список дел на завтра. Мысли о невыполненных задачах и предстоящих заботах кружились в голове, пока она не подняла глаза и не увидела его.
Миша вышел из соседнего подъезда, и сердце Ларисы забилось - надо же, давно они не встречались.
Неожиданная, почти детская радость вспыхнула внутри. Мишка! Тот самый Мишка, с которым они дружили до самого окончания школы, которого дразнили ее женихом, а ее – его невестой.
Тогда они были такими несмышленышами, даже по сравнению с одноклассниками. Она помнила его неумелый, робкий поцелуй, от которого она тогда возмущенно отпрянула,
- Ты что, мы же просто друзья! А потом их пути разошлись, но Лариса всегда хранила в памяти ощущение их удивительной схожести, того, как они понимали друг друга без слов.
Она уже открыла рот, чтобы окликнуть его, но тут, следом за Мишей, из его подъезда вышла молоденькая девушка. Легкая, воздушная, с копной светлых волос, она улыбалась Мише, а он обнял ее, склонился и что-то сказал. Девушка звонко засмеялась, и они прошли мимо, не замечая Ларису, словно ее и не было.
Радость, только что вспыхнувшая, мгновенно погасла, оставив после себя лишь горький привкус разочарования.
"Наверное, я ерунду какую-то придумала, – прошептала Лариса себе под нос. – Наивно решила, что вот так вдруг захочу – и замуж выйду. А так не бывает, у каждого своя судьба. А моя судьба – помогать родителям и нуждающимся".
И, склонив голову, она пошла домой...
Утро следующего дня принесло обычную суету.
Лариса уже вела прием посетителей, когда зазвонил телефон. Это была Надежда Петровна, ее недавняя клиентка.
- Лариса Андреевна, вам как удобнее в салон на модельную стрижку прийти, завтра вечером или через три дня, когда снова моя смена? – голос Надежды Петровны звучал бодро и жизнерадостно.
- Даже не знаю, может, не нужна мне стрижка, как-то мне не до этого, – хотела отказаться Лариса, чувствуя, что ей сейчас совсем не до внешности.
Но Надежда Петровна, словно прочитав ее мысли, тут же предложила,
- Может, вы устали? Давайте через три дня. Вы не думайте, стрижка не короткая, но с изюминкой, вам будет чудесно, не сомневайтесь во мне.
– Спасибо, хорошо, давайте через три дня, – сказала Лариса, чтобы не обидеть эту добрую женщину, и почти сразу забыла о своем обещании.
У нее было много посетителей, и каждому надо было уделить внимание, выслушать, помочь. Мысли о Мишке и его новой спутнице тоже отошли на второй план, уступая место насущным проблемам других людей.
Жизнь продолжалась, она вернулась в свою колею, и Лариса была этому рада. Хватит придумывать чепуху, поздно, поезд уже ушёл, и она не успела вскочить в последний вагон...
И вообще - не только в замужестве и материнстве радость и счастье жизни. Живут же многие и без этого...