Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Известия

По Дмитровке гуся водили: физики, лирики и комбинаторы на московских сценах

Перед тем как отправиться в отпуск, нескольких ведущих столичных театров выстрелили яркими, заслуживающими внимания премьерами с участием звезд и молодых талантов или анонсировали в формате эскизов, концертов и открытых репетиций то, чем планируют удивлять осенью. Подробности — в традиционном театральном обзоре «Известий». Вахтанговцев справедливо упрекали, что нынешний, 105-й по счету, сезон оказался для прославленной труппы в творческом отношении далеко не самым удачным, а потому на последнюю по счету премьеру ими делался особый расчет. И во многом амбиции оправдались: первые показы сопровождались аншлагами, а все билеты на сентябрь уже раскуплены. Театр снова отправил нас в ретропутешествие, в начало XX века, однако не стал осовременивать классику, а предложил ностальгический диалог с историей. По идее главного режиссера Анатолия Шульева, поставившего в этом сезоне уже второй спектакль о счастливом и трагическом прошлом, Сергей Плотов написал сагу о русских Фаберже — о вымышленной с
Оглавление
   Фото: t.me/Vakhtangov_theatre
Фото: t.me/Vakhtangov_theatre

Перед тем как отправиться в отпуск, нескольких ведущих столичных театров выстрелили яркими, заслуживающими внимания премьерами с участием звезд и молодых талантов или анонсировали в формате эскизов, концертов и открытых репетиций то, чем планируют удивлять осенью. Подробности — в традиционном театральном обзоре «Известий».

«Блеск и пепел»

Театр им. Евг. Вахтангова

Вахтанговцев справедливо упрекали, что нынешний, 105-й по счету, сезон оказался для прославленной труппы в творческом отношении далеко не самым удачным, а потому на последнюю по счету премьеру ими делался особый расчет. И во многом амбиции оправдались: первые показы сопровождались аншлагами, а все билеты на сентябрь уже раскуплены. Театр снова отправил нас в ретропутешествие, в начало XX века, однако не стал осовременивать классику, а предложил ностальгический диалог с историей. По идее главного режиссера Анатолия Шульева, поставившего в этом сезоне уже второй спектакль о счастливом и трагическом прошлом, Сергей Плотов написал сагу о русских Фаберже — о вымышленной семье ювелиров Кутейниковых, имеющей, впрочем, вполне реальных прототипов. Дружная семья ювелира, похожая на драгоценный камень, попала в жернова эпохи, в революционный пожар.

   Фото: t.me/Vakhtangov_theatre
Фото: t.me/Vakhtangov_theatre

В этой цепочке именно пьесу считают слабым звеном, слезовыжималкой, сравнивают с мыльной оперой, а драматурга даже назвали Максимом Горьким на минималках. Но, как известно, массовому зрителю нравится эффект узнавания, ему комфортно с предсказуемыми сюжетами и знакомыми референсами. И, конечно, великолепный актерский ансамбль вдохнул жизнь в своих местами плоских персонажей. Народные артисты России Виктор Сухоруков (отец) и Ирина Купченко (мать) вместе со своими молодыми коллегами (Владимир Гуськов, Николай Романовский, Василий Симонов, Егор Разливанов, Александр Галочкин) виртуозно держат внимание зала более трех часов.

«Сирано де Бержерак»

Мастерская Петра Фоменко

«Гамлета» надо ставить, если у вас есть Гамлет, гласит старинное театральное правило. То же самое можно сказать и о героической комедии Эдмона Ростана. Без сильного актера, способного передать всю глубину, сложность, интеллект и рефлексию Сирано, парижского поэта, дуэлянта и обладателя большого уродского носа, за эту популярную историю о странностях любви не стоит и браться. У режиссера Евгения Каменьковича такой исполнитель есть — Федор Малышев. Красный нос артист надевает прямо на глазах у зала, появившись в футболке с надписью «ГИТИС». Театр в театре. Но дальше всё начинается всерьез. Высокая трагедия.

   Фото: t.me/fomenkiru
Фото: t.me/fomenkiru

Мы видим перед собой человека свободного, бесстрашного, искренне влюбленного в Роксану (Ольга Бодрова). Спектакль получился умным и эмоциональным. Стихи из уст всех персонажей звучат легко и органично. Взят перевод Елены Баевской, сравнительно свежий — ему нет и полувека, без архаики. Нельзя не сказать и о художниках. Одно из важных действующих лиц — занавес. Сценограф Евгения Шутина предложила интересное решение: главное место на почти пустой сцене занимает подвижный занавес. Порой он закручен героями, а порой он играет ими. Как и свет, талантливо поставленный Сергеем Синицыным, это воздействует на эмоции зрителей не меньше, чем актерский ансамбль.

«История одного детства»

РАМТ

Спектакль Сойжин Жамбаловой можно сравнить с ожившими фотографиями из старого семейного альбома, но без бытовой пыли и слащавости, без нафталина и глянца. Он поставлен по мотивам автобиографической книги «На заре жизни» Елизаветы Водовозовой, урожденной Цевловской, впервые изданной в 1911 году (инсценировку специально для постановки в РАМТе сделала Мария Малухина). Перед нами протекает отрочество и юность девочки Лизы (Варвара Пахомова, в другом составе — Антонина Писарева), в будущем ставшей писательницей и педагогом.

   Фото: t.me/ramteatr
Фото: t.me/ramteatr

У завораживающе красивого, музыкально насыщенного и многожанрового зрелища две части: бедное дворянское детство, усадебный быт, отношения с близкими и затем учеба в Смольном институте с его спартанским бытом, запретами и наказаниями, влюбленностями и стычками. Несмотря на далеко нерадостные и даже жестокие сюжетные перипетии и свойственную премьерным показам затянутость, зрители испытывают театральное счастье. Создатели спектакля привнесли много поэтических метафор, гротеска и постановочных эффектов. Актерский ансамбль работает как слаженный механизм, притом что многим исполнителям досталось по две-три разноплановых роли.

«Великий комбинатор»

«Ленком Марка Захарова»

Можно гадать — кого же публика сочтет настоящим великим комбинатором: авантюриста и мечтателя Остапа Бендера (Антон Шагин), подпольного миллионера Корейко (Максим Аверин) или карманника Паниковского (Иван Агапов, пожалуй, самый убедительный и трагикомичный, тем более у него в руках сногсшибательная живая бутафория в виде гуся). Или комбинаторы — все сразу?

   Фото: t.me/teatrlenkom
Фото: t.me/teatrlenkom

Постановка Владимира Панкова, задуманная как приношение его предшественнику на посту худрука легендарного театра — Марку Захарову, подтвердила, что роман «Золотой теленок» трудно перенести на сцену. А еще труднее заставить зрителей смеяться над текстом, давно разлетевшимся на афоризмы. Даже если на подмостках присутствуют и комментируют происходящее сами авторы — обаятельные Ильф (Александр Фокин) и Петров (Илья Халмурзаев). В лучшем случае выйдет неплохая иллюстрация в стиле «дорого-богато». Зрелище получилось предсказуемо шумным (Панков работает в изобретенном им стиле саундрама), экспрессивным, визуально красивым и избыточно многолюдным. Тут есть хор Остапов из десяти юношей в одинаковых полосатых пиджаках и белых фуражках (зачем главного героя клонировали — загадка), танцовщицы в перьях, полуголые физкультурники и молодые артисты с азиатскими фамилиями, изображающие строителей Восточной магистрали.

«Физики»

Театр Сатиры

Пьесу, написанную в 1961 году и пользовавшуюся большим спросом в том числе и в СССР, швейцарский классик Фридрих Дюрренматт назвал комедией, хотя, конечно, это напряженная социальная драма с элементами детектива и даже хоррора. Действие происходит в частном психиатрическом санатории «Вишневый сад», где на вилле обитают три душевнобольных пациента, считающие себя Ньютоном (Юрий Васильев), Эйнштейном (Евгений Хазов) и Мебиусом (Сергей Шнырев).

   Фото: t.me/satiretheatre
Фото: t.me/satiretheatre

Но на самом деле — не будем спойлерить — всё с этими гениальными (в кавычках и без) физиками гораздо сложнее, страшнее и увлекательнее. За их открытиями охотятся спецслужбы... Режиссер Владимир Герасимов попытался увязать эту историю с современными реалиями, предлагает поразмышлять об ответственности ученых перед человечеством, о том, как страшна наука в эпоху искусственного интеллекта и как беспомощны люди в этом безумном мире.