Глава третья
Копирование и публикация материалов без разрешения автора запрещены.
Все совпадения имен и названий населенных пунктов случайны.
Виола открыла глаза и потянулась. Летнее солнце заливало комнату ярким светом. Она потянулась, замерла и вдруг резко вскочила с кровати. Лешка! Лешка погиб! Виола села на кровать, закрыв лицо руками и заплакала, тихо поскуливая. Так начиналось каждое утро последние две недели.
Лешка был ее лучшим другом. За всю ее жизнь, ей встретились только два человека, которым она могла безраздельно доверять и чувствовать себя самой собой. Не притворяться, не скрываться, не прятаться, просто быть. Она должна была поехать с ним на этот допрос. У них в команде существовало правило: в адрес нельзя выезжать одному, только с напарником. Серебровский тогда был на совещании у генерала, Ярвине с Полевым проверяли информацию по делу, а Виола доделывала отчет. Лешка не стал ждать, они собирались после работы посидеть в баре. Вот он и решил, что если он съездит один, то они поскорее освободятся.
Виола не стала его разубеждать, тоже хотела поскорее отправиться в бар, вот он и уехал один. Когда она увидела, что может с ним произойти, дозвониться до него она уже не смогла. Зато быстро выдернула с совещания Серебровского, а Ярвине с Полевым сразу поехали за Лешкой. Но они опоздали, следователь было уже мертв, а убийца собирал вещи, чтобы сбежать из города. Ребята еле удержали Виолу, чтобы та не убила преступника.
Все две недели Артем ходил за нею по пятам. Отвозил на работу и с работы, кормил ужинами, отвлекал разговорами. Виола знала, что ему тоже тяжело. Серебровский сам подбирал свою команду, знал каждого и относился к ребятам, как к членам семьи. Обязанности руководителя отдела с него тоже никто не снимал. Но он старался быть все время рядом с Виолой. Вчера она сказала Артему, что уже может сама по себе позаботиться, и ему не обязательно проводить все свободное время с нею.
Но вчерашний вечер показал, что ничего не прошло, да и не могло пройти. Есть не хотелось, спать тоже. Не хотелось читать, смотреть телевизор, гулять – ничего не хотелось. Вот она вчера и напилась – выпила литровую бутылку мартини под виноград, сыр и горький шоколад.
Заснула она очень быстро, спала, как младенец, без сновидений и ужасов, проснулась в отличном настроении. И тут ее настигла реальность: Лешки нет, тошнит, желудок сворачивается от изжоги, болит голова.
Виола застонала и бухнулась на кровать. Она уже давно должна быть не работе. Только вот на работу она сегодня не пойдет, переживут без нее. Даже звонить никому не будет, чтобы не объясняться. Напишет сообщение Руслану, он всегда все сообщения читает. Дай бог, никто из ребят к ней не припрется. А она сейчас выпьет таблетки от головной боли и боли в желудке и вернется под одеяло. Будет целый день спать.
В глубине души она хотела, чтобы прибежал Артем, сварил ей овсянки, спас от помелья и душевной боли. Чтобы сел рядом с нею, обнял, гладил по голове и говорил, говорил, говорил что-нибудь успокаивающее, так, как он может.
Но за весь день Артем так и не приехал, даже не позвонил. Отчего плакать хотелось еще больше. Она и плакала, и никто ей не мешал.
***
- Квартира студия, - говорил Серебровский, пропуская Ксению в прихожую, - вот здесь санузел, здесь встроенный шкаф, там кухня и спальная зона. На кухне полностью вся посуда и техника, холодильник. Все, что необходимо.
- И сколько за это платить? – спросила Ксения, оглядываясь.
Ей нравилось то, что она увидела. Просторная квадратная прихожая со встроенным шкафом, полочкой для обуви и даже небольшим пуфиком, совместный санузел с современной сантехникой. Она сняла ботинки и босиком прошла в комнату. Цветовая гамма удивила, но очень понравилась. сама Ксения до такого не додумалась бы: все стены были выкрашены в разбавленный лаймовый цвет. В сочетании с белой мебелью и белым текстилем выглядело все необычно, но красиво.
– Впечатляет? – с улыбкой спросил Серебровский.
- Как бы – да, - кивнула она, - неожиданно. Здесь жил погибший следователь? И сколько все-таки за это платить?
- Платить только по счетчикам и со следующего месяца, - сказал шеф, - Лешка жил у своего брата. Эта квартира только после ремонта, ее недавно выкупили.
- Могу поинтересоваться, кому она принадлежит? Сомневаюсь, что у нашего ведомства есть деньги на такие апартаменты для командированных сотрудников.
Ксения уперла руки в бока и склонив голову уставилась на Серебровского.
- Я не сомневался, что ты задашь этот вопрос, - усмехнулся он, - ничего удивительного в этом нет. И ты права, наше ведомство не будет выбрасывать деньги на наши потребности. Но, если ты помнишь, я говорил, что есть люди, которые заинтересованы в хорошей работе нашей группы.
Ксения подошла к окну и посмотрела вниз. С пятнадцатого этажа открывался красивый вид на город.
- Надеюсь, ты не боишься высоты, Сения, - услышала она голос Серебровского у самого уха.
Она не слышала, как он подошел так близко, и резко отшатнулась. Он успел подхватить ее за талию и удержать, чтобы она не упала. Сердце Ксении гулко билось то ли от испуга, то ли от близости красивого молодого мужчины. Она чувствовала запах его парфюма, что-то древесно-цитрусовое, едва уловимое, слышала его дыхание. Ксения взяла себя в руки и освободилась из объятий начальника. Он и не собирался ее удерживать.
- Я не боюсь высоты. – строго сказала она. – Но мне не нравится все происходящее. Все очень странно. И вы ведете себя очень странно.
- Мы договорились на «ты», - вздохнул Серебровский.
- Хорошо, на «ты». Если ты сейчас же не объяснишь мне, что происходит, я уеду в гостиницу, отработаю положенные дни до конца месяца и вернусь в Воронеж. Лучше я уволюсь со службы, чем влезу в сомнительное мероприятие.
Серебровский вздохнул, сел за барную стойку, служащую одновременно и обеденным столом и указал Ксении на стул напротив. Она села и вопросительно воззрилась на начальника. Он потер лицо руками:
- Даже не знаю, с чего начать. Думал, все будет намного проще, и ты сама все поймешь.
- Что я должна понять?! – Ксения в упор исподлобья смотрела на Серебровского.
- Тебя мне порекомендовал Алексеев. Он же о тебе знает со слов твоей мамы Лены. Насколько я знаю, он помог тебе с поступлением и трудоустройством.
Ксения удивленно смотрела на шефа.
- Наш отдел не совсем обычный, - продолжил он, - все мы имеем некоторые способности. Я, к примеру, медиум.
Ксения хихикнула, потом прикрыла рот ладошкой. Серебровский внимательно смотрел на нее.
- Вроде бы при трудоустройстве в МВД проходят психиатра и психолога, - тихо сказала она.
- Вот этого я и боялся. - вздохнул майор. – Скажи, Сения, с тобой никогда ничего странного не происходило?
- С чего бы, - фыркнула она.
Потом задумалась. Не нравился ей этот разговор, не нравилось, что он называет ее Сенией, не нравился разговор о ее жизни. Сразу вспомнилось детство, детский дом, травля девчонками, страхи. А ведь точно, когда она была маленькая, то видела приведений. Она всегда думала, что этого и не было, а просто детские страхи. Скорее всего это и были просто страхи. Еще час общения с Серебровским, и она тоже станет пациентом психиатра. Но вслух сказала:
- В детстве мне казалось, что я вижу призраков. Даже боялась из-под одеяла вылезать.
- А сейчас призраков видишь?
- Нет, не вижу, - засмеялась она, - я выросла.
- А когда они перестали приходить?
- Один раз я так испугалась ночью, что чуть не перебудила весь детский дом, а потом потеряла сознание. Мама Лена сказала, что я больше не буду бояться, и подарила мне небольшую подвеску на шнурочке. Она до сих пор хорошо умеет убеждать, с тех пор я никого не вижу.
Серебровский многозначительно на нее смотрел.
- Да ладно тебе! – она не заметила, как перешла на «ты». – Это же детские страхи!
- Хочешь проверить? – спросил он. – Поехали к любой больнице, там снимешь свою подвеску. Она ведь до сих пор с тобой?
- А почему не на кладбище сразу? – усмехнулась Ксения.
- Слишком опасно для тебя. К этому надо привыкнуть, - покачал головой Серебровский.
- Ничего я не буду проверять, – надулась Ксения, - не верю я во все это.
- А скажи, Сения, - вкрадчиво спросил шеф, - не было у тебя такого, когда ты точно знала, что что-то произойдет?
Ксения закатила глаза, посмотрела в потолок и ответила:
- Глупости все это! Ну пару раз сказала нашей Кольцовой, что она по контрольной тройку получит. Так там и так ясно было, потому что она не готовилась. Так она потом сказала, что я ведьма, и со мной не надо общаться. После этого никому ничего и никогда не говорила. Так это все совпадение, не больше.
- Давай все же проверим, - предложил Серебровский, - сними свою подвеску и возьми меня за руку.
Ксения, как будто делая одолжение, оттянула ворот водолазки, сняла через голову тонкий кожаный шнурок с золотистым удлиненным листиком. Положила его на стол и протянула руку майору. Ладонь его была большая, теплая и немного шершавая. Ксения с улыбкой смотрела на него, как бы говоря: «Я сделала то, что ты просил. Доволен? Ничегошеньки я не вижу! И все твои слова – глупые придумки».
Вдруг голова закружилась так сильно, что Ксении пришлось закрыть глаза. Она увидела, как Серебровский подходит к своей машине, наклоняется к окну со стороны пассажира и отдает кому-то большой стакан с кофе. Потом обходит машину, садится за руль и заводит машину. Мимо пролетают деревья, столбы, дорожные знаки, по встречной полосе несется поток машин. Серебровский серьезен и сосредоточен. Машина проезжает указатель «Воронеж 300 км». Майор поворачивает голову и что-то говорит ей, Ксении.
От испуга она резко открыла глаза. Майор внимательно смотрел на нее.
- Что видела?
- Мы с тобой едем в Воронеж, - тихо выдохнула она.
- Значит, поедем в Воронеж. И да, твоя мама Лена не ошиблась. И Алексеев был прав, прислав тебя сюда, - спокойно ответил Серебровский.
- Это все странно, - нахмурилась Ксения.
- Надень на шею подвеску и не снимай, пока находишься одна. К этому надо привыкать постепенно. И хорошо, если рядом с тобой будет кто-то свой.
- И зачем ты поедешь со мной в Воронеж? – спросила Ксения.
- Тебе виднее, - усмехнулся он, - скорее всего поедем к маме Лене, чтобы узнать твою историю. Только сначала найдем Олега Капустина, иначе его отец с нас голову снимет. Хорошо?
- Хорошо, - растерянно согласилась Ксения.
- Я понимаю, что огорошил тебя, но мне придется сейчас оставить тебя одну. Ты устала, отдохни. А мне надо узнать, почему наша Виола не вышла сегодня на работу.
- А она кто? Ты медиум, а она?
- Она – ведьма, - широко улыбнулся Серебровский и поднялся со стула.
ПРОДОЛЖЕНИЕ
Автор Татьяна Полунина
Буду благодарна лайкам и комментариям.