Все описанные события и персонажи вымышлены. Любые сходства с реальными событиями случайны.
Катер, отойдя от пирса, медленно вошёл в исток реки. По левому берегу потянулись ровные улицы с аккуратными беленькими домиками, пустые окна которых были прикрыты деревянными жалюзи, а крыши покрыты соломой из банановых листьев. Справа к самой воде подступал густой, сочный мангровый лес.
Широкая река извивалась, словно змея, посреди лесного тоннеля; в узких местах кроны деревьев смыкались над головой, образуя красивейший изумрудный свод. Воздух был напоён густой смесью лесных запахов, а щебет множества птиц сливался в подобие оркестровой мелодии. Журналисты, сидя на носу катера, восхищённо осматривали всё вокруг, и то и дело щёлкали затворы фотокамер.
Через несколько километров показался небольшой остров, который река огибала с двух сторон; на берегу виднелась брошенная одинокая хижина на высоких сваях с провалившейся крышей. Катер продолжал медленно двигаться, держась центра реки. Она то сужалась до пятидесяти-шестидесяти метров, то разливалась вширь до трёхсот. За очередным поворотом возник ещё один, более крупный, безжизненный остров.
Изредка среди зарослей мелькали одинокие хижины, а на расчищенных от леса клочках земли рос маис. Но людей не было видно, отчего эти жилища казались давно покинутыми. Река петляла, то приближаясь к невидимой среди густого леса границе с Коста-Рикой, то отдаляясь от неё.
Глядя на очередную промелькнувшую среди деревьев хижину, Молчун выдохнул, поражаясь тому, как здесь вообще могут жить люди. Андрей тихо заметил, что в таких местах им бывать ещё не доводилось; на севере, в Селае, он думал, что они уже видели джунгли, но теперь понял, что настоящая Коста выглядит именно так.
За следующим поворотом лес слева расступился, открыв взгляду три десятка домов, сколоченных из досок и крытых соломой, поставленных на высокие сваи. Кое-где к небу поднимались дымки. На берегу, под присмотром вооружённых мужчин, женщины, подоткнув юбки, стирали бельё, а чуть поодаль, повизгивая, купались дети. Завидев медленно двигающийся катер с сидящими на носу людьми, мужчины что-то крикнули. Малышня мгновенно выскочила из воды на берег и скрылась за деревьями. Женщины, побросав бельё на камни, быстро заспешили к домам. Серхио поднял руку и что-то прокричал на языке мискито. Мужчины опустили винтовки и, крикнув что-то в ответ, приветственно замахали руками. Вновь защёлкали затворы фотоаппаратов.
Час спустя катер продолжал медленно скользить по реке, которая превратилась в пограничную. Справа простирался берег Коста-Рики, слева — Никарагуа. Течение усилилось, воды стали более мутными. Справа показались полуразрушенные каменные строения и почерневшие от времени деревянные столбы, торчащие из воды.
Серхио прокричал, что это всё, что осталось от испанского пограничного форта. Уин со смехом спросил, зачем он тут был нужен, если с него нет никакого толку. Серхио, фыркнув, упрекнул его в незнании истории их стран. Он напомнил, что Селаю контролировали англичане, хотя и Никарагуа, и Коста-Рика были под пятой у испанцев, и что пару столетий назад по этой самой реке в озеро заходили корабли.
Пограничная река продолжала извиваться, то сужаясь, то расширяясь, открывая красивейшие виды. Журналисты снимали, меняли плёнки и снова снимали первозданную красоту.
К концу второго часа путешествия по реке справа открылась большая долина. На берегу расположились несколько десятков аккуратных домов под красными черепичными крышами, виднелись плантации маиса и маниока. На лугу паслись белые горбатые коровы с короткими рогами. Среди домов перемещались женщины в длинных юбках и белых блузах, рядом с домиками курился дымок. На берегу играли дети.
Напротив селения, на никарагуанской стороне, находился остров, отделённый от берега протокой. Серхио направил катер в узкое, похожее на зелёный коридор пространство, и вскоре журналисты увидели небольшой причал. На него вышли четверо вооружённых автоматическими винтовками коммандос в трёхцветном американском камуфляже; головы их покрывали шляпы-буни. Журналисты притихли, всматриваясь в лица встречающих.
Катер замер у причала, коммандос ловко привязали его к возвышающимся столбам. Серхио выпрыгнул на деревянный настил, обменявшись с коммандос рукопожатиями. Он попросил журналистов следовать на берег, сказав, что дальше их сопроводят, и попросил не задерживаться, так как до темноты нужно вернуться в Гранаду. Андрей пожал Серхио руку, поблагодарив его.
Коренастый мужчина, державший винтовку в правой руке, улыбнувшись, представился команданте Уильямом и сообщил, что ему поручено сопроводить гостей к команданте Серо. Грегори от имени всех поздоровался и поинтересовался, далеко ли идти. Уильям ответил, что идти всего пару километров и что прогулка будет лёгкой и безопасной.
Двое коммандос, положив винтовки на согнутые руки, двинулись вперёд по едва заметной тропе, проложенной среди казавшихся непроходимыми джунглей. Журналисты последовали за ними, команданте Уильям и ещё один боец замыкали процессию. Обходя многочисленные завалы из поваленных деревьев, утопая по щиколотку в мягкой почве, покрытой толстым слоем прелой листвы и мелких веточек, и вдыхая густой запах гнили, журналисты осторожно продвигались за проводниками.
Спустя полчаса джунгли расступились. На расчищенном от леса пространстве виднелся десяток добротных домов под соломенными крышами с пустыми глазницами окон, а на дальнем конце, у кромки леса, стоял двухэтажный дом с претензией на особняк: высокое деревянное крыльцо, четыре деревянные колонны у входа, окна, прикрытые деревянными жалюзи. У домов горели костры, под навесами сидели коммандос, кто-то спал в гамаках, развешанных между деревьями. Вправо уходила протяжённая, ровная как стрела земляная полоса, закрытая сверху маскировочными сетями.
Сопровождавшие коммандос остановились и молча кивнули, после чего направились к одному из домов. Уильям жестом предложил гостям следовать за ним к двухэтажному зданию. Журналисты, чувствуя на себе любопытные взгляды коммандос, двинулись следом.
На крыльце дома их встретила Розита. Она стояла, заложив руки за спину и покачиваясь с пятки на носок. Девушка торжественно провозгласила: «Добро пожаловать в Ла Пенка!». Грегори, улыбнувшись, ответил, что они рады видеть её. Розита сообщила, что Эден ждёт, и, распахнув дверь, вошла в здание. Андрей протянул руку Уильяму, поблагодарив команданте. Тот ответил, что ему кажется, будто они уже встречались раньше. Андрей, кивнув и соглашаясь с такой возможностью, извинился и поспешил за остальными.
Вслед за Розитой журналисты поднялись на второй этаж и вошли в большую комнату. Напротив входа, за письменным столом, просматривая какие-то бумаги, сидел команданте Серо, одетый, как всегда, в выгоревшую военную форму. У правой стены стояли два шкафа с пустующими полками. Слева находились старый диван и пара кресел, между которыми был втиснут низенький прямоугольный столик. Пастора, оторвавшись от бумаг, посмотрел на вошедших, поднялся и, чуть раскинув руки, сказал, что рад видеть друзей, и пригласил их присаживаться. Мари, поблагодарив, первой направилась к дивану. Пастора попросил Розиту организовать кофе, а сам взял стул, развернул его спинкой вперёд и сел верхом, опершись локтями о спинку.
Мари, обворожительно улыбнувшись, поблагодарила команданте за приглашение и столь интересное и познавательное путешествие. Пастора ответил, что они — первые журналисты, прибывшие на базу организации. Он сообщил, что здесь размещаются полтысячи лучших коммандос и что они контролируют реку и выход к Карибскому побережью. Мари, извинившись, спросила насчёт Сан-Хуан-дель-Норте, ведь в Манагуа заявляют, что контролируют город. Пастора усмехнулся и ответил, что власти могут заявлять всё что угодно, но город контролируют именно они.
В комнату вошла Розита, расставила на столике глиняные чашки с кофе и тихо вышла. Мари, бросив быстрый неодобрительный взгляд на Андрея, пригубила напиток и, глядя на Пастору, с улыбкой заметила, что, выражая, пожалуй, общее мнение, для них стало полной неожиданностью его приглашение. Она добавила, что их распирает профессиональное любопытство: что же он им поведает.
Пастора начал свой рассказ. После своего ухода и всех заявлений в адрес тех, кто называет себя сандинистами, от него и его сторонников ждали активных действий. Он в очередной раз повторил, что они не воюют с народом. Команданте много раз предлагал сидящим в Манагуа добровольно отказаться от насильственно захваченной власти, но они остаются глухи. Однако терпение не безгранично, народ требует выборов и отмены ряда законов, ущемляющих права людей. Правящая хунта не слышит голоса народа, и потому пришло время исполнить обещанное. Буквально через несколько дней они начнут новый этап войны, который не затронет простых людей и приведёт их к победе. Сказав это, Пастора отхлебнул кофе и посмотрел на журналистов с блеском в глазах.
Мари осторожно заметила, что команданте сказал много, но они не совсем понимают, о чём идёт речь. Пастора, попросив потерпеть несколько дней, пояснил, что по соображениям секретности не может раскрыть карты. Он заверил, что они нанесут удар в самое сердце режима, узурпирующего власть, заставят хунту капитулировать, после чего триумфально войдут в Манагуа. Сразу же будет назначено проведение всеобщих выборов, к которым допустят все политические партии, кроме СФНО в его нынешнем виде. Если сандинисты желают, чтобы их признавали как партию, они обязаны отказаться от коммунистических идеалов и изгнать из Никарагуа русских и кубинцев, потому что стране не нужна власть Москвы и Вашингтона, народ хочет жить без советских танков и американских долларов.
Андрей попросил разрешения закурить и, получив согласие, закурил. Он заговорил о том, что они не совсем понимают, что именно произойдёт через несколько дней, но, допустим, власть сандинистов и правда падёт. Андрей выразил уверенность, что FDN, северные контрас, не смирятся с тем, что власть достанется не им. Пастора с пренебрежением ответил, что ему плевать на сомосовцев, и пообещал уничтожить их в течение нескольких дней, а также войти в Гондурас и выжечь все их базы. Молчун, фыркнув, напомнил об американцах, ведь FDN — порождение ЦРУ, и усомнился, что они позволят уничтожить своё детище. Пастора возразил, что американцы сами хотят избавиться от сомосовцев, поэтому конгресс и планирует прекратить их финансирование, а люди Бермудеса лишь вредят, настраивая граждан Никарагуа против истинных борцов за свободу.
В комнату вновь вошла Розита, приблизилась к Пасторе, наклонилась и что-то тихо ему сказала. Команданте поднялся и предложил гостям перекусить, предположив, что они наверняка проголодались. Мари с удовольствием согласилась. Пастора, улыбнувшись, заметил, что пища у них скромная, но вкусная, и направился к выходу. Журналисты двинулись следом.
На площадке Author Today можно приобрести и скачать в формате FB2 электронные книги: «Пикси», «По прозвищу Змей», «Серж» (6 книг), «Сашка» (пока 8 книг).
Полную версию «Журналист» и другие произведения читайте на Boosty, подписка платная всего 130 рублей месяц.