UnHerd | Великобритания
Возможный отказ Карла III от роли Верховного правителя Англиканской церкви в угоду мультикультурализму вызвал волну критики, пишет колумнист Unherd. Попытка услужить "Новой Британии" в ущерб традициям лишь усугубит кризис доверия к короне, уверен автор статьи.
Нил Гуч (Niall Gooch)
На протяжении столетий одним из главных полей битвы в британской политике были роль, полномочия и прерогативы короны. Начиная с Баронских войн и заканчивая Реформацией и Гражданской войной — у нас кипели многовековые споры о том, для чего вообще нужен монарх, что ему позволено, а что — нет, и как его привилегии вписываются в конституцию. В соответствии с переменчивой политической обстановкой и атмосферой в обществе неизбежно появляются различные компромиссы и уловки.
ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>>
Сегодня главная проблема монархии — ее место в стране, этнически и религиозно все более пестрой. Перед коронацией ходило много разговоров о том, что король Карл хотел бы именоваться "Защитником веры" (Defender of Faith) в общем смысле, без традиционного определенного артикля (Defender of the Faith), который используется с 1521 года, когда папа Лев X пожаловал Генриху VIII титул Fidei Defensor, и со времен Реформации понимается применимо к англиканству. В конце концов ничего из этого не вышло, однако недавний документ Букингемского дворца возродил эту идею. В докладе о суверенных расходах утверждается, что одна из ролей короля — защита веры "в многоконфессиональной нации".
Отставка Стармера вскрыла грязную тайну. Украине она очень не понравится
Некоторые усмотрели в этом капитуляцию Карла перед современным мультикультурализмом и отказ от роли Верховного правителя Англиканской церкви. Можно, конечно, счесть это неуместным драматизмом, но, с другой стороны, самодовольные голоса, уверяющие нас в том, что это не более чем буря в стакане воды, тоже заблуждаются. Конечно, доклад о суверенных расходах — лишь сухой бухгалтерский документ, но его, несомненно, самым скрупулезным образом выверили высокопоставленные члены двора. Таким образом, мысль, что Карл отстаивает некую "общую" религию, прозвучала весьма недвусмысленно — и мы вправе заключить, что король наконец-то занял четкую позицию в нашумевших вопросах идентичности и национальности.
Резонно поднять вопрос о том, кто и когда постановил, что британская монархия на это уполномочена. В конце концов, действующая в стране конституционная монархия вот уже более восьми веков зиждется на том принципе, что корона не действует по собственному усмотрению, но ограничена законом и обычаями. "Фирма", как иной раз называют королевский двор в обиходе, не вправе единолично решать, какой будет роль монархии, — особенно в период скорых перемен и назревших противоречий.
Членам королевской семьи лучше не делать опрометчивых шагов и не злить сторонников понапрасну. Всего за 14 лет со времен Бриллиантового юбилея правления королевы Елизаветы II поддержка монархии, по данным YouGov, рухнула на 11% до 64%. В 2022 году, когда нация вроде как сплотилась вокруг королевы Елизаветы II в связи с празднованием платинового юбилея, этот показатель на короткое время упал до 59%, после чего восстановился и даже стабилизировался уже при Карле. Однако похоже, что это снижение носит необратимый характер, и молодежь совсем не так благосклонна, как население в целом.
Сомнения монархии в общественной поддержке вполне диктуются и демографическими переменами. Совершенно очевидно, что многие новоприбывшие в любом случае не ощутят той инстинктивной привязанности к этому институту, что сохранилась у многих британцев, — как бы Карл и его советники ни старались затушевать его традиционную роль христианского короля вполне определенного народа. Поэтому делать ставку исключительно на Новую Британию, презрев при этом возражения людей, которые исторически выступали самыми преданными сторонниками короны, весьма опрометчиво.
Нил Гуч — работник государственного сектора, писатель на досуге, живет в Кенте.
Еще больше новостей в канале ИноСМИ в МАКС >>