Враг моего врага — ещё не друг. Но когда счет идет на часы выбирать не приходится |
В подвале пахло сыростью, плесенью и чем-то едким, химическим. Тусклый свет, который мы заметили с улицы, исходил от старой керосиновой лампы, стоявшей на перевёрнутом ящике. Он едва разгонял мрак, выхватывая из темноты фигуру нашего спасителя.
Он стоял в углу, сгорбившись так сильно, что его голова почти касалась колен. Под бесформенным балахоном с глубоким капюшоном, скрывавшим лицо, угадывалось уродливое, нечеловеческое вздутие — огромный горб. Руки и ноги незнакомца были плотно обмотаны грязными бинтами. Он напоминал оживший кошмар, чудовище из старых сказок.
— Кто вы? — мой голос прозвучал хрипло и неуверенно.
Фигура медленно выпрямилась, насколько это позволяла её жуткая деформация. Из-под капюшона донёсся глухой, скрипучий голос:
— Можете звать меня Горб. Имена здесь не имеют значения. Важнее другое: какого чёрта вы устроили этот шум? Вы привели их прямо к моему убежищу.
— Они гнались за нами! — вступилась Даша. — Мы просто хотели спрятаться.
— Спрятаться? — Горб издал звук, похожий на смешок. — В «Глобусе»? Вы что, с ума сошли? Вы хоть представляете, что там сейчас?
— Нам нужно туда попасть! — я шагнул вперёд. — На третий этаж. Там есть оранжерея, растения... Это вопрос жизни и смерти.
Горб повернул голову — или то место, где она должна была быть под капюшоном — в мою сторону. В щели маски блеснули глаза.
— Оранжерея... Значит, вы ищете Акалифу. Я так и думал. Но вы опоздали. Я видел пожар в вашем районе. Вы остались без запасов.
— Откуда вы... — начала Даша.
— Я слежу за городом, — отрезал Горб. — И я ненавижу Олифактов больше, чем вы можете себе представить. Именно они сделали меня таким. Проводили свои «улучшения». Так что я помог вам не из доброты душевной. Я помог вам, потому что вы их враги.
Мы с Дашей переглянулись. В его словах была извращённая логика.
— Но в «Глобус» вам не попасть, — продолжил он, понизив голос до шёпота. — Главный вход завален. Второй этаж частично обрушился на первый и завалил вход.
— Нам нужен только третий! — настаивал я. — Мы видели его с другой крыши! Он цел!
Горб долго молчал, словно взвешивая что-то в уме.
— Третий этаж цел... — медленно протянул он. — Это рискованно. Очень рискованно. Но... я тоже иду туда.
— Вы? — удивился я.
— Да, я. Мне тоже нужна Акалифа. Мои запасы на исходе, а эта трансформация... она приносит много боли. Слишком много.
В его словах был смысл. Мы смотрели на это чудовищное создание, и в нас не было страха, только жалость и понимание.
— Тогда давайте объединимся, — предложил я. — У нас общая цель и общий враг.
Горб долго смотрел на нас из-под своего капюшона, а затем медленно кивнул.
— Хорошо. Но пойдём моим путём. На третий этаж можно попасть с крыши соседнего здания.
Спустя полчаса мы уже пробирались по тёмным коридорам заброшенного дома, стоявшего почти вплотную к «Глобусу». Горб двигался на удивление бесшумно для своей комплекции, мы с Дашей старались не отставать, ступая след в след.
Мы поднялись на крышу. Ветер здесь был ещё холоднее, он пронизывал до костей. «Глобус» возвышался перед нами тёмной громадой. До его крыши было метров пять-шесть.
Горб деловито осмотрелся и начал доставать из своего балахона верёвки и старые доски.
— Придётся строить мостик, — проворчал он, связывая канаты. — Не самый надёжный способ, но другого нет.
Мы втроём принялись за работу, стараясь действовать как можно тише. Пока мы крепили конструкцию к вентиляционной шахте, я улучил момент и спросил то, что меня давно мучило:
— Горб... как вы справляетесь? Вы ведь тоже не спите?
Он на секунду замер, а потом продолжил свою работу.
— После того как они... изменили меня... моя физиология стала другой. Мне больше не нужна эта ваша настойка из цветка в таких дозах, как вам. Я могу спать короткими урывками, не отключаясь полностью. Мозг остаётся в пограничном состоянии.
Я застыл от удивления. Это было невероятно! Это же ключ к вакцине! Не полное излечение, но способ дать мозгу отдых без риска смерти! Сергей Соколов внутри меня ликовал от научного открытия, пока я продолжал механически подавать доски.
Внезапно Горб закончил привязывать верёвку и ступил на импровизированный помост из досок.
— Держится крепко... — начал он и пошел дальше.
Горб открыл окно, и начал пролазить. Как только он ступил на пол, раздался оглушительный треск ломающегося бетона. Горб потерял равновесие и с грохотом провалился вниз вместе с обломками пола прямо на первый этаж «Глобуса».
Мы с Дашей бросились к краю крыши и заглянули внутрь через дыру в полу. Внизу клубилась пыль. Сквозь неё мы увидели Горба: он лежал на груде строительного мусора в окружении разбитых цветочных горшков и мёртвых растений.
— Его нужно спасать! — закричала Даша.
Но я уже видел то же, что и она: тяжелая балка придавила Горба к полу, а вокруг него были лишь увядшие стебли. Нашей надежды больше не было.
Внизу раздался стон.
— Уходите! — прохрипел Горб из-под завала. Его голос был слабым, но властным. — Они уже идут на шум! Спасайтесь сами!
Я посмотрел на Дашу, потом снова вниз на Горба.
— Мы вернёмся за вами! Я обещаю! — крикнул я в пролом.
Мы отпрянули от края крыши и спрятались через какое-то время внизу послышались голоса и топот ног по лестнице.
Мы спустились обратно в подвал соседнего дома и притаились за старым котлом отопления, глядя через щель в двери на чёрный ход «Глобуса». Ждать пришлось недолго. Спустя несколько минут дверь распахнулась, и трое Олифактов в своих костюмах вышли наружу. Они остановились на крыльце, переговариваясь через встроенные рации глухими, искажёнными голосами.
Один из них поднял руку с рацией к забралу шлема и что-то коротко сказал в неё. Затем они просто встали полукругом у входа и замерли в ожидании.
— Они вызвали подмогу... — прошептал я Даше на ухо.
Прошел час мучительного ожидания. Затем второй. И вот из-за угла соседнего здания вышли ещё семеро бойцов Олифакта в полной экипировке со странными носилками в руках.
Они деловито вошли в здание «Глобуса» и через несколько минут появились снова, неся на носилках обмякшее тело Горба. На его уродливый горб никто не обращал внимания — видимо, для них это было привычное зрелище. Один из бойцов защёлкнул на его запястьях массивные наручники, прикованные к носилкам.
Процессия двинулась по улице в сторону центра города. Мы выждали пару минут и пошли за ними, держась на почтительном расстоянии и прячась за остовами машин и в дверных проёмах. Это была долгая слежка — два часа или четыре, время потеряло счёт в этом сером мареве вечного дня. Мы крались бесшумно, как тени, стараясь даже не дышать громко.
Наконец, они привели нас к цели: массивному бетонному зданию бывшего бизнес-центра или министерства, окружённому высоким забором с колючей проволокой и вышками наблюдения по углам. Центральная база Олифактов.
Процессия с Гобом скрылась за массивными воротами, которые тут же закрылись с глухим лязгом.
Мы остановились за углом полуразрушенного дома в паре кварталов от базы.
— Дальше мы не пойдём, — твёрдо сказал я Даше. Это было бы чистым самоубийством против такой охраны.
Мы зашли в подъезд обшарпанной панельной девятиэтажки на довольно большом удалении от базы и поднялись на последний этаж. Я достал бинокль и навёл его на серую цитадель врага, изучая расположение постов и график смены караула на вышках.
Даша села рядом со мной на пол у разбитого окна и тихо спросила:
— Какой план?
Я посмотрел на нее и уверенно ответил:
— Будем ждать ночи.
Авторы: Владимир Комков, Александр Бор.
Продолжение следует...