Каждую зиму, примерно в декабре, этот лесной исполин принимает волевое решение, что ходить с тридцатикилограммовой люстрой на макушке ему больше не по карману, и устраивает грандиозный сброс балласта.
Всё начинается с банальной гормональной перестановки. Осенью, во время брачного периода, уровень тестостерона в организме сохатого зашкаливает, заставляя его крушить рогами кусты и вызывать конкурентов на дуэли. Но как только холодает и брачный сезон официально закрывается, уровень этого гормона стремительно падает до нуля.
В месте, где рог стыкуется с черепом, специальные клетки-разрушители начинают экстренно растворять костную ткань. Происходит это настолько быстро, что монолитная конструкция превращается в деталь, которая держится на честном слове и паре сухожилий.
Лось просто идет по лесу, задевает рогом замерзшую ветку дуба, и - бац! Одна половина его роскошной короны с глухим стуком падает в сугроб. В этот момент лось испытывает колоссальное анатомическое недоумение. Представьте, что у вас с одной стороны головы внезапно исчезли пятнадцать килограммов веса. Лося начинает предательски кренить набок, его походка становится похожа на траекторию слегка нетрезвого матроса во время шторма.
Чтобы восстановить баланс и вернуть былую грацию, сохатый начинает судорожно искать ближайшую прочную сосну, чтобы со всей дури бахнуться об неё оставшимся рогом и наконец-то выровнять горизонт.
Зачем вообще нужны такие страдания и почему нельзя носить эту люстру круглый год? Ответ кроется в жесткой экономии ресурсов. Зима в лесу - время суровое, еды мало, а ходить по двухметровым сугробам на тонких ногах - удовольствие сомнительное. Носить на себе лишний центнер костной ткани в мороз - это всё равно что бегать марафон в пуховике.
Без рогов лось становится обтекаемым, маневренным и может спокойно пролезать сквозь самые густые заросли, не боясь застрять в ветках. Кроме того, зимой рога банально не нужны - хвастаться не перед кем, все приличные дамы заняты выживанием, а от волков лось гораздо эффективнее отбивается своими тяжелыми передними копытами, которые работают со скоростью и мощью отбойного молотка.
После того как костяные лопаты сброшены, на голове лося остаются лишь две небольшие волосатые шишки, покрытые бархатистой кожей. В таком сиротском виде великан ходит до весны, напоминая крупную, слегка помятую жизнью корову. Но уже в апреле, как только припечет солнце и появится первая сочная трава, организм запускает процесс заново. Новые рога растут с бешеной скоростью - до нескольких сантиметров в день. Они мягкие, пронизаны кровеносными сосудами и жутко чешутся, из-за чего лось всё лето ходит с видом существа, которое очень хочет почесать макушку, но не может дотянуться лапой.
Сброшенные же рога не пропадают зря. Лесные мыши, белки и зайцы воспринимают упавшую корону как огромный кусок минерального мела. Они сбегаются со всей округи и начинают грызть лосиное наследство, пополняя запасы кальция после тяжелой зимы. Так что лось не просто облегчает себе жизнь, но и спонсирует полезными микроэлементами всю мелкую лесную экосистему.